Наваждение - Линкольн Чайлд

«Роллс-ройс» несся по Парк-авеню; мимо желтыми пятнами мелькали запоздалые такси. Д’Агоста сидел рядом с Пендергастом и старался не обращать любопытного взгляда в его сторону. Таким он его раньше не видел: нетерпеливый, взъерошенный…

— Когда вы это узнали? — отважился спросить д’Агоста.

— Сегодня вечером.

— И каким образом?

Машина резко свернула на Семьдесят седьмую улицу и понеслась к Центральному парку. Пендергаст убрал в бар стакан из-под бренди, который до сих пор, сам того не замечая, держал в руке. Глубоко вздохнул.

— Двенадцать лет назад в Замбии нас с Хелен попросили убить льва-людоеда, льва с необычайной красной гривой. Точно такой лев наводил ужас на местных жителей сорок лет назад.

— А почему попросили именно вас?

— Частично из-за того, что у меня была профессиональная лицензия на отстрел. В этом случае по требованию властей полагается убивать любых животных, угрожающих деревням или охотничьим лагерям. — Пендергаст не отрываясь смотрел в окно. — Лев убил немецкого туриста прямо в лагере сафари. Мы с Хелен выехали из нашего лагеря, чтобы покончить со зверем.

Машина двигалась по парку, сверху в тревожном ночном небе мелькали голые ветки.

— Лев бросился на нас из укрытия, напал на меня и следопыта. Когда зверь уходил в буш, Хелен выстрелила в него и как будто промахнулась. Она стала перевязывать следопыта… — У Пендергаста задрожал голос, и он замолчал, пытаясь взять себя в руки. — Стала перевязывать следопыта, и тут лев бросился второй раз. Он уволок Хелен. Больше я ее не видел. Живой не видел.

— Боже мой! — У д’Агосты по коже пробежали мурашки.

— Сегодня вечером в нашем поместье я случайно обратил внимание на ее винтовку. В то утро, двенадцать лет назад, кто-то вынул из винтовки боевые патроны и вставил холостые. Она не промахнулась. Пули просто не было.

— Вот черт! Вы уверены?

Теперь Пендергаст отвернулся от окна и тяжело уставился на лейтенанта.

— Винсент, стал бы я все это говорить… и был бы я сейчас здесь, не будь я полностью уверен?

— Простите.

Оба замолчали.

— Значит, вы это обнаружили сегодня вечером в Новом Орлеане?

Пендергаст коротко кивнул.

— Я заказал чартерный рейс.

«Роллс-ройс» затормозил на Семьдесят второй улице перед входом в «Дакоту». Едва автомобиль остановился, как Пендергаст выскочил наружу и пробежал мимо помещения охраны под сводчатую арку каретного подъезда, не обращая внимания на крупные капли дождя, что шлепались на асфальт. Д’Агоста рысил следом — в большой внутренний двор, мимо ухоженных растений и журчащих бронзовых фонтанов к узкому вестибюлю в юго-западной части здания. Пендергаст нажал кнопку лифта, и двери с шорохом разошлись. Поднимались молча. Через минуту двери опять раскрылись, и друзья попали в небольшое помещение с единственной дверью в торце. Замочной скважины д’Агоста не видел, но Пендергаст совершил у двери какую-то странную манипуляцию, и раздался звук открывающегося замка. За дверью оказалась тускло освещенная гостиная: три стены розовые, четвертая — черного мрамора, по которому плоской широкой струей текла вода.

Пендергаст указал на расставленные в комнате черные кожаные диваны.

— Присядьте. Я сейчас.

Д’Агоста откинулся на спинку и стал наслаждаться журчанием воды, видом деревьев бонсай и запахом цветов лотоса. Толстые стены «Дакоты» приглушали раскаты грома. Все в комнате навевало покой. Однако как раз покоя д’Агоста сейчас не испытывал. Он опять думал о том, как вывернется перед боссом и особенно перед Лорой Хейворд.

Пендергаст вернулся через десять минут — гладко выбритый, в чистом черном костюме.

— Спасибо, что подождали, Винсент. Продолжим.

Д’Агоста прошел за другом через длинный холл, с любопытством посматривая по сторонам: библиотека, галерея, от пола до потолка увешанная картинами, винный погреб. Пендергаст остановился перед единственной закрытой дверью и открыл ее таким же таинственным движением пальцев.

В комнате едва умещался длинный стол и два стула. Одну из стен почти полностью занимал банковский сейф не меньше четырех футов в ширину.

Пендергаст опять жестом пригласил лейтенанта сесть, а сам вышел. Через минуту он вернулся с кожаным саквояжем, водрузил его на стол и извлек набор лабораторных пробирок и флаконов со стеклянными пробками, которые аккуратно расставил на полированной столешнице. Его рука слегка дрогнула, пробирки тихонько звякнули. Приготовив все, он шагнул к сейфу и отпер его, пять или шесть раз повернув диск. Тяжелая дверь распахнулась, и д’Агоста увидел, что внутри — выдвижные контейнеры, как в банковских хранилищах. Пендергаст вынул один контейнер и положил на стол. Потом, закрыв сейф, сел напротив лейтенанта.

Некоторое время он сидел неподвижно. Раздался еще один раскат грома — далекий и приглушенный, Пендергаст очнулся, вынул из саквояжа белый шелковый носовой платок и расстелил на столе. Придвинул стальной ящик, поднял крышку и извлек два предмета: клок жесткой красной шерсти и золотое кольцо с красивым звездчатым сапфиром. Пинцетом отодвинул шерсть и взял в руку кольцо — жест его был исполнен такой нежности, что д’Агоста растрогался до глубины души.

— Это я взял на память о Хелен, — пояснил Пендергаст. При слабом освещении его лицо казалось еще изможденнее. — Двенадцать лет я к ним не прикасался. Ее обручальное кольцо… и клок шерсти, который она вырвала из гривы льва.