Спасибочки - Лебрута алей Ла

Думаю о нём.

Как он встречает Новый год? С кем? Есть ли у него кто-то?

Я так и не спросила. Боялась узнать ответ.

Когда куранты бьют двенадцать, загадываю желание.

Только одно.

Тетрадь вторая. Весна

15 января

Вернулась в Москву.

Первый вторник после каникул. Шла в «Луч» и думала: сегодня. Сегодня скажу.

Но не сказала.

Он был занят — звонки, встречи, проблемы с приютом, который закрывают. Было не до меня. Было не до разговоров.

Ничего. Скажу в следующий раз.

2 февраля

Следующий раз так и не наступил.

Каждый раз что-то мешает. То он уходит раньше. То мы не одни. То я теряю смелость в последний момент.

Игорь по-прежнему смотрит.

Я стараюсь не обращать внимания. Стараюсь делать вид, что всё в порядке.

Но внутри что-то сжимается каждый раз, когда встречаюсь с ним глазами.

14 февраля

День святого Валентина.

Глупый праздник, придуманный для того, чтобы одинокие люди чувствовали себя ещё более одинокими.

Максим пришёл с шоколадкой — для всех. «Поздравляю с праздником любви, — сказал. — Пусть у каждого она будет».

Я смотрела на него и думала: у меня есть. У меня есть любовь. Вот она, стоит передо мной, раздаёт шоколадки и улыбается.

Только он об этом не знает.

1 марта

Весна.

Снег тает. Солнце светит. Город оживает после зимы.

А я всё ещё молчу.

20 марта

Сегодня Игорь сказал:

— Интересно, что будет, если он узнает?

Я повернулась.

— Что?

— Ничего. — Улыбка. — Просто думаю вслух.

Он уходит, а я стою и не могу пошевелиться.

Он что-то затевает. Чувствую это. Знаю это.

Но не знаю, что делать.

5 апреля

Решила: скажу до конца месяца.

Хватит бояться. Хватит прятаться. Хватит жить в этом аду неопределённости.

Либо он ответит взаимностью — и это будет счастье.

Либо не ответит — и я буду знать. И смогу двигаться дальше.

Но так — между да и нет, между надеждой и страхом — больше не могу.

18 апреля

Осталась неделя до конца месяца.

Завтра — вторник. Останусь допоздна. Дождусь, когда все уйдут. Скажу.

Господи, помоги мне.

19 апреля. Вторник.

Я не успела.

Пришла в «Луч», как обычно. Ждала, когда все разойдутся. Волонтёры уходили один за другим — Лена, Саша, Дима. Оставался только Игорь.

Он не уходил.

Сидел в углу и смотрел на меня.

Я ждала. Час. Два. Три.

Он всё равно не уходил.

В одиннадцать Максим сказал:

— Ребята, пора закрывать.

И мы ушли — все трое.

Игорь шёл рядом со мной до метро. Молчал. Улыбался.

Когда я спустилась на станцию, обернулась — он стоял наверху и смотрел.

20 апреля

Не могу перестать думать о вчерашнем.

Он знал. Он знал, что я хочу остаться. Знал и не дал.

Зачем?

Что ему нужно?

28 апреля

Месяц заканчивается.

Я так и не сказала.

Завтра попробую снова.

29 апреля. Четверг.

Не получилось.

Опять Игорь. Опять сидел допоздна. Опять не уходил.

Я не выдержала — ушла первой.

Плакала в метро. Люди смотрели, но мне было всё равно.

5 мая

Позвонила маме. Рассказала всё.

Про Максима. Про любовь. Про Игоря. Про страх.

Она слушала молча. Потом сказала:

— Доченька. Если ты его любишь — скажи. Чего бы это ни стоило. Иначе будешь жалеть всю жизнь.

Я знаю. Знаю, что она права.

Но страх сильнее.

15 мая

Решила написать ему.

Не говорить — написать. Письмо. Настоящее, на бумаге. Оставлю на его столе, когда никого не будет.

Так проще. Так я не буду видеть его лицо, когда он прочитает. Так смогу убежать, если что-то пойдёт не так.

Трусиха. Знаю.

Но это единственный способ, который могу осилить.

20 мая

Написала письмо.

Переписывала семь раз. Каждый раз казалось — не то. Слишком много. Слишком мало. Слишком жалко. Слишком пафосно.

Вот финальная версия:

«Максим.

Я не знаю, как это сказать, поэтому пишу.

Я люблю тебя. Наверное, с первого дня — с того момента, когда увидела тебя с щенком на руках. С тех пор прошло восемь месяцев, и каждый день я думаю о тебе. Каждый вторник и четверг — самые счастливые дни моей недели, потому что я вижу тебя.

Я понимаю, что ты, возможно, не чувствуешь того же. Я понимаю, что для тебя я просто волонтёр — одна из многих. Но я не могу больше молчать. Не могу притворяться.

Если ты не ответишь — я пойму. И исчезну. И никогда больше не буду тебя беспокоить.

Но если вдруг — если хоть капля тебя чувствует что-то ко мне — дай знать. Пожалуйста.

Майя».

Положу завтра.

21 мая

Не положила.

Игорь был там весь вечер. Следил за каждым моим движением.

Письмо лежит в сумке. Жжёт через ткань.

28 мая

Ещё одна неделя. Ещё одна попытка. Ещё один провал.

Я начинаю думать, что это знак. Что судьба не хочет, чтобы я говорила. Что должна просто смириться и жить дальше.

Но я не могу смириться.

Не с этим.

10 июня

Лето.

Сессия, экзамены, бессонные ночи. Редко бываю в «Луче» — нет времени.

Скучаю по нему.

Скучаю так, что болит.

25 июня

Сессия закончилась. Сдала всё. Могу вернуться.

Завтра — вторник.

Завтра — точно. Клянусь себе.

26 июня. Вторник.

Не получилось.

Максим уехал — срочно, на спасательную операцию. Застрял на трассе, потом в приюте, потом ещё где-то.

Я сидела одна и ждала.

Он так и не пришёл.

15 июля

Лето тянется бесконечно.

Жара. Асфальт плавится. Люди злые, потные, усталые.

А я всё ещё ношу письмо в сумке.

Оно истрепалось по краям. Наверное, нужно переписать.

Наверное.

3 августа

Переписала.

Версия восьмая. Короче, проще. Без лишних слов.

«Максим. Я люблю тебя. Майя».

Так честнее.

20 августа

Скоро сентябрь. Скоро год с того дня, когда я впервые вошла в «Луч».

Год.

Целый год я люблю этого человека. Целый год молчу. Целый год боюсь.

Хватит.

В сентябре — скажу. Что бы ни случилось.

Тетрадь третья. Осень

6 сентября

Год.

Ровно год назад я увидела его впервые.

Пришла в «Луч» — всё так же пахнет кофе, кормом, теплом. Плакаты на стенах. Диван в углу. Он за столом — поднял голову, улыбнулся.

— С годовщиной, — сказал.

Я замерла.

— Что?

— Год, как ты с нами. Помню твой первый день.

Он помнит.

Весь вечер я не могла сосредоточиться. Он помнит. Он помнит мой первый день. Он помнит меня.

15 сентября

Решила: в октябре. На годовщину