За чужие грехи - Марина Серова

– Знаю, знаю, и у нее еще браслет такой, из серо-голубых камушков, да?

– Да-да, верно! – обрадовалась я. Значит, действительно Алена уже успела примелькаться.

– Да, она часто у нас бывает. Почти каждый день.

– А вы не заметили, она с кем-нибудь встречается?

– Да, время от времени. – Прекрасно осознавая важность момента, менеджер по поставкам медленно и торжественно заявил: – Мне очень жаль, но эти два парня не очень подходят для вашей сестры, как мне кажется.

– Что это значит? – пролепетала я, стараясь притупить спортивный интерес и изобразить испуг и огорчение.

– Ну, они явно не вызывают особого доверия, и вообще какие-то странные. Но я, кажется, могу вас немного успокоить: я бы не сказал, что между ними существуют какие-то близкие отношения. Скорее, они просто друзья. Или хорошие знакомые. Но это не свидание, не волнуйтесь. – Сам Андрей Иванович прямо-таки очень волновался.

Ага, чего же тут волноваться! Да если бы моя младшая сестра (спасибо тебе, господи, что таковая отсутствует) довольно часто встречалась в кафе с двумя подозрительными парнями, имея с ними чисто дружеские отношения, я бы совершенно не волновалась. Я бы просто тихо впала в панику и упрятала бы свою несуществующую родственницу на какой-нибудь далекий необитаемый остров.

О чем же я хотела его еще спросить? Ах да, вспомнила:

– Андрей, а она потом уходит с ними?

– Нет-нет, – поспешил меня успокоить мой рыцарь, – они вместе, по-моему, никогда не выходили, не беспокойтесь.

– Слава богу, – радостно выдохнула я. Так, значит, просто встречались. Зачем?

Внезапно мой собеседник схватил меня за локоть и прошептал:

– Не дергайтесь, а потихоньку посмотрите, они как раз подходят к кафе.

Недостатком сообразительности я никогда не страдала, поэтому громко заявила:

– Может, посидим на скамеечке, сто лет не виделись, хоть поговорим?

И мы прошли к скамеечке напротив кафе. Этот несложный маневр позволил мне достаточно хорошо рассмотреть двух парней, которые шли навстречу нам прямиком к входной двери.

Да, пожалуй, Андрей Иванович прав, ребятки достаточно подозрительные, главным образом потому, что никак не могут быть людьми, которых можно представить рядом с Аленой. Они вызывают в памяти скорее молодчиков из группы боевиков – крепкие, бритые, с тяжелым взглядом и крутыми кулаками. Одинаковые кожаные куртки и неслабые золотые цепи прекрасно дополняют этот образ. Да, для Алены это очень странная компания, если она не является самозванкой. И очень странно выглядят эти встречи.

Мой добросовестный помощник терпеливо сидел рядом на скамейке со смешанным выражением на лице: нетерпением, вызванным, вероятно, необходимостью вернуться на рабочий пост, и готовностью помогать мне. Я оценила это и с благодарностью произнесла совершенно убитым голосом:

– Большое спасибо, вы мне очень помогли, мне теперь все ясно. (Ха, если бы!) Простите, что оторвала вас от работы, не смею больше задерживать. Еще раз огромное спасибо.

– Если я могу еще чем-нибудь помочь... – начал крайне благородным тоном господин Корольков.

Ну нет, только этого не хватало. Привяжется еще как банный лист, что я с ним делать буду?

– Нет, благодарю вас, это дело семейное, – проговорила я совершенно мертвым голосом человека, который только что узнал о том, что на его семью легло несмываемое пятно позора. Ну что-то вроде той ситуации, как если бы я, будучи членом семьи Капулетти, увидела Ромео, спускающегося с балкона Джульетты ранним утром.

Мой рыцарь сочувственно закивал и удалился почти на цыпочках. Можно было бы, конечно, попросить его каким-то образом подслушать, о чем эти парни беседуют с Аленой, но это рискованно: мало ли какие у них дела, и впутывать в это совершенно постороннего человека не стоит. Он и так мне уже здорово помог, мой поход в кафе удался, этих «хороших знакомых моей сестренки» я отлично запомнила. Надо, пожалуй, линять отсюда, а то в скором времени они должны разойтись по домам, а мне абсолютно не улыбается столкнуться здесь с Аленой лицом к лицу.

Я поднялась со скамеечки и пошла по направлению к своему временному жилью. Шла я не спеша, тащилась как черепаха, и поэтому неудивительно, что меня все время обгоняли какие-то люди. Я на них мало обращала внимания, не особо прислушивалась и к разговору за своей спиной.

– ...а он успеет?

– Ну-тк, обещал же, гарантировал.

– Не рано мы?

– Че тянуть-то, это можно хоть год ждать. Она говорит – нормально, бабка привыкла, ей виднее.

Тут говорившие обогнали меня, повернули к автостоянке и сели там в красный, замызганный грязью джип. У меня сначала мелькнула мысль о том, что джип не «Запорожец», можно было бы и вымыть, а уж потом я сообразила, что мне жутко повезло, потому что беседовавшие оказались теми самыми парнями, знакомыми Алены, и мне посчастливилось услышать обрывок их разговора.

Так, чего там они сказали? Что пора что-то начинать, что бабка привыкла (если в применении к нам, то под бабкой они явно имеют в виду Ирину Николаевну)... что там еще? А-а, кто-то что-то должен успеть, поскольку он гарантировал.

Какие мы можем из этого сделать выводы? Если все это непосредственно относится к нам, то у Ирины Николаевны прекрасная интуиция, и я совершенно не напрасно временно поменяла место жительства. И еще: активные действия вот-вот должны начаться, а мне надо умудриться сделать самое трудное, что только может встретиться в практике частного детектива, – предотвратить преступление. И особая прелесть этого занятия в том, что я не знаю ни того, кто это преступление намеревается совершить, ни каким образом он планирует это сделать. Я только знаю (точнее, предполагаю), кто намечается на роль жертвы. Хотя нет, с жертвами у нас тоже не все так ясно: первым и главным кандидатом остается Ирина Николаевна, но и ее соседей я пока не могу сбрасывать со счетов. А еще, кстати, я не знаю, когда это должно произойти. Но хочется, чтобы это было поскорее, потому что ждать я, можно сказать, совсем не умею.

* * *

Домой я добралась раньше Алены, вкратце рассказала обо всем Ирине Николаевне, и мы вместе попытались предположить хоть что-то разумное. Кончилось это, естественно, ничем. Алена вернулась спустя полчаса после моего прихода, в ее поведении ничего не изменилось, и вечер прошел очень спокойно и без неожиданностей. Ложась спать, я всей душой надеялась, что то, что должно случиться, потому как ждать больше нет смысла, случится не этой ночью. Ночью я предпочитаю спать, приключений мне хватает и днем.

* * *

Утром мне стало понятно, что если я проведу тут еще неделю, то окончательно разбалуюсь и потеряю форму, поскольку разбудили меня уже к завтраку, посуду мыть не разрешили и от помощи в легкой уборке комнаты с возмущением отказались.

Закончив все хозяйственные дела, Алена наконец успокоилась и уселась разгадывать кроссворд в ежедневной газете, которую купила утром, когда выходила за хлебом и молоком. Ирина Николаевна читала книгу, а я пыталась по мере сил участвовать в разгадывании кроссворда. Это благородное занятие еще раз подтвердило мои давние подозрения о том, что я не выиграю в «Поле чудес» не только автомобиль, но даже банальную кофеварку. Правда, огорчалась я недолго, поскольку, во-первых, у меня куча других талантов, а во-вторых, Алена тоже наконец-то не смогла ответить на очередной вопрос и обратилась за помощью к Ирине Николаевне как последней инстанции: