Дом на берегу ночи - Анна Данилова

— Да все я понимаю, Машенька. Мне много раз приходилось защищать людей, которые совершили убийство. Но убийца убийце рознь, ты права… Послушай, как страшно это звучит… Более того, я склонна утверждать, что не всякого человека, совершившего убийство, можно назвать убийцей. На войне люди тоже убивают друг друга, но они не считаются убийцами, они солдаты, герои, защитники и так далее. Скажи, ты готова остаться с Федором, зная, что он убил человека?

— Я знаю Федю. Если он убил, значит, у него не было другого выхода. Или же он убил по неосторожности, произошел несчастный случай.

— Но труп-то он завернул и вынес из дома. Полицию не вызвал, понимаешь?

— Испугался. Понятное дело… Лиза, что делать?

— Думаю, надо бы поехать в Калину и попытаться найти следы этого преступления. Как ты, говоришь, звали этого убитого парня?

— Коля Решетов.

— Ну, вот и поезжай. Думаю, что неплохо было бы тебе встретиться с Никитой, поговорить с ним. Не советую сразу же признаваться ему в том, что Федор — твой жених, что вы вместе. Придумай причину, по которой ты приехала в Калину. И будь готова к тому, что Никита вообще будет молчать и ничего тебе не расскажет. Может, он и жене-то своей, Гале, рассказал случайно, проговорился по пьяной лавочке. А может, спорили, кого-то вспоминали, знаешь, как это иногда бывает.

— А что мне Феде сказать?

— У тебя в Калине родственники остались?

— Конечно!

— Ну вот и скажи, что поедешь проведать их. Обычное дело. Машенька, успокойся и возьми себя в руки. Уверена, что все это глупости и твой Федор никого не убивал. Ты поедешь только ради того, чтобы окончательно успокоиться. Если же нервы сдадут и ты не выдержишь и тебе захочется откровенного разговора, найди возможность поговорить с Никитой с глазу на глаз. Объясни ему, что замуж за Федора собралась, что слышала, будто бы у него кто-то есть, какая-то девушка в Калине или что он замешан в какой-то истории, словом, что ты хочешь все о нем знать… Это будет нормально, естественно. И если Никита захочет, расскажет тебе о том, что произошло на даче Арнаутовых пять лет тому назад. Если же нет, то, возможно, твоя Галка что-то напутала или же Никита связан обещанием хранить молчание. А может, и у самого рыльце в пуху…

— Спасибо тебе, Лиза. Помогла мне хотя бы в себе разобраться. Ты права, я сегодня же поеду в Калину. Заеду домой, приготовлю Феде поесть, потом позвоню ему. Ладно, тебе все это уже неинтересно. Передавай привет Глаше!

— Удачи тебе, Машенька! Если что — звони в любое время дня и ночи, мы с Глашей тебе поможем. Да и на Мирошкина всегда можешь надеяться, он — свой человек в прокуратуре.

Дома Маша быстро собралась, приготовила Федору на ужин картофельный салат, поставила на видное место в холодильнике (по опыту знала, что мужчина видит в холодильнике лишь то, что лежит на самом виду) контейнер с котлетами, оделась, посидела несколько минут, чтобы отдышаться и спросить себя, правильное ли решение она приняла, после чего позвонила Федору:

— Федя? Привет! Послушай, мне тетя Римма позвонила из Калины, помнишь ее? У нее день рождения. Хочу съездить, поздравить ее, туда и обратно. Завтра уже буду дома. Ты как, не возражаешь?

Конечно, он не возражал. Она слышала лай собаки в телефонной трубке, возможно, это был очередной пациент Федора. Подумалось, что как все-таки несправедливы люди по отношению к Федору. Никто не оценил, что он выучился в Петербурге на ветеринара, параллельно работая вместе с братом, ремонтируя старые, битые питерские квартиры, чтобы заработать денег. Потом приехал в Саратов, выкупил разбитое и разграбленное помещение детского сада, взяв кредит, заново отстроил его, превратив в настоящую ветеринарную клинику с лабораториями, операционной и всем необходимым. Жил впроголодь, работая круглыми сутками, чтобы вернуть кредит, пока не встал на ноги и не завоевал доверие жителей города к своей новой клинике. Почему, почему Галка ничего не знает об этой стороне его жизни, а выдала только ту, черную, криминальную, пахнущую кровью и преступлением? С ее слов получается, что начиная с того момента, как Федор уехал из Калины в Питер, о нем больше никто ничего не слышал, разве что о том, что он жил там у брата и учился на ветеринара. Значит, все их друзья в Калине думают, что он по-прежнему живет в Петербурге. И уж точно никто не знает, что она, Маша Зимина, собирается за него замуж.

Что ж, может, это и к лучшему, тогда у нее есть шанс узнать кое-что из прошлого Федора. Хотя она всегда считала, что знает о нем все. Он в семье единственный ребенок. Отец — участковый полицейский (а не прокурорский работник, как сказала Галка), мама Феди — медицинская сестра в больнице.

Весной Маша с Федором ездили в Калину — знакомиться с родителями друг друга. Собрались все вместе на даче у Машиных родителей, устроили пикник, где две семьи за шашлыком и водочкой договорились о дате свадьбы.

И как получилось, что ни Зимины, ни Морозовы никому не рассказали о таком важном событии в жизни своих детей — вопрос. Хотя и тайны они из этого делать не стали бы. Значит, круг общения их родителей просто-напросто не пересекался с той средой, в которой жили Галка и Никита Пахомовы, Алиса и Андрей Арнаутовы с компанией. Иначе бы Курочкина точно услышала об этом. Городок маленький, новости быстро разлетаются.

— Маша, слушай, все грозу ждут, в соседней области такой ливень прошел, что улицы в реки превратились, — вдруг вспомнил Федор напоследок. — Может, ну ее, эту твою тетю Римму? Сидела бы дома, а?

— Федя, я же на машине, быстро домчусь, ливень меня и не догонит. А у тети Риммы большой дом с садом, благодать. Она варениками своими меня угостит, увижу своих родственников… Я же знаю, что тебе с ними было бы неинтересно…

— Да я понимаю. Хорошо, поезжай, к тому же у меня сегодня полно работы, три операции запланированы, а Люда не вышла на работу, затемпературила, я бы сегодня и так поздно вернулся… Конечно, поезжай. Только теплые вещи возьми и заправь полный бак бензина, договорились? Мало ли…

— Договорились, Федечка! Целую тебя!

Она выключила телефон. Зачем она едет в Калину? Зачем ей что-то знать о Федоре? Убийство…

И вдруг она разозлилась. Подумала, что, если выяснится, что Курочкина все это выдумала или что-то перепутала, то и она тоже как бы невзначай расскажет ей о Никите Пахомове, ее муже, что он вообще… педофил! А что, чем не выдумка? Вот и пусть мучается, проверяет!!! Или, ладно, просто гей. Но что его партнер живет в Москве и зовут его… Надо только фамилию выдумать, сказать, что он артист, к примеру, вот пусть Курочкина и поедет в Москву, окунется с головой в богему, поищет какого-нибудь Альберта Вампирова…

«Ну и дура ты, Маша», — она тряхнула головой, встала, взяла рюкзачок, набитый бельем и пижамой, и вышла из квартиры.

В машине, чувствуя себя почему-то необыкновенно свободной и несчастной одновременно, она достала сигареты, выкурила одну в открытое окно.

Над городом собрались тучи, слетелись, столкнулись, словно им было тесно на небе, грозясь разразиться громом, молниями и ливнем. Надо было поскорее убираться из города.