Красота спасет мымр - Елена Логунова

На баннере красовалось изображение любимой куклы моего сынишки, рыжего монстрика Манюни! Голый, как в первый день сотворения его Иркой, он исполнял несколько па раздольной русской плясовой. Манюня весело прыгал вприсядку, и это движение позволяло ему в лучшем виде демонстрировать свое мужское достоинство.

– Упс! – вручную вернув челюсть на место, ошеломленно воскликнула я. – Порно-Пупс?!

Мое невероятное изумление быстро сменилось негодованием. Мысль о том, что какая-то сволочь украла у моего ребенка любимую игрушку, чтобы с ее помощью рекламировать порносайт, привела меня в состояние, близкое к бешенству.

Тут тугодум-компьютер наконец изволил выдать на экран картинки с сайта мебельщиков. Натуралистическое изображение лаково блестящей металлической ножки стула вызвало у меня горячее желание вооружиться такой вот удобно изогнутой стальной трубой и молотить ею похитителей Манюни, выколачивая из них любые эротические мысли и саму способность к плотским контактам. Уж я бы надавала этим гадам по эрогенным зонам!

Я чувствовала себя оскорбленной до глубины души! Дурашка Манюня, милая симпатичная кукла – в лапах мерзких торговцев порнографией! Не имея иной возможности выплеснуть свое возмущение, я схватила телефонную трубку и позвонила Ирке.

– Говори быстро, я очень занята, – не слишком дружелюбно отозвалась подруга.

– Ты говорила, что я могу в любой момент свистнуть на помощь! – напомнила я.

– Свисти быстрее, я очень занята, – повторила Ирка.

Я глубоко вздохнула и выдохнула воздух с обещанным свистом. Получилось, действительно, совсем даже не тихо! Закипающий электрочайник озадаченно и не без зависти заморгал красным глазом.

– Я нашла Манюню, – сообщила я подруге, которая была в курсе нашей пропажи.

– Правда?! – Ирка неподдельно обрадовалась. – Это отлично! Где он был? В каком-нибудь узле?

– Хуже, – мрачно сказала я. – Он не в узле, он в путах! Томится в плену в каком-то виртуальном борделе!

– Что-что? – Я услышала, как Ирка кому-то говорит: «Погодите, я сейчас не могу, начинайте без меня, я подойду позже». Потом голос подруги вновь зазвучал громко и отчетливо: – Я ничего не поняла, о каком борделе ты говоришь?

– О порносайте в Интернете, – объяснила я. – Я увидела изображение Манюни на рекламном баннере.

– Ты серьезно?! – я услышала скрежет: наверное, озадаченная Ирка почесала в затылке телефонной трубкой. Или это у нее в черепушке мозги заворочались! – А это точно наш Манюня, ты не перепутала?

– Думаешь, его можно с кем-то перепутать?

Подруга немного помолчала, потом сказала не без гордости.

– Да, пожалуй, нельзя! А как наша игрушка попала в эти порнографические рудники?

– Почем я знаю? – огрызнулась я. – Должно быть, Манюню кто-то спер при переезде.

– Натуральный киднепинг, – пробормотала Ирка.

– Только выкупа никто не просит.

– Лучше бы попросили, мы бы заплатили и выкупили Манюню из рабства, – заметила Ирка. – Лен, так что мы будем делать?

Уверенность подруги в том, что мы не оставим на произвол судьбы нашего маленького кукольного друга, и ее безоговорочная готовность участвовать в мероприятиях по Манюниному спасению меня искренне порадовали. На душе потеплело, и я перестала сжимать телефонную трубку, как горло смертельного врага.

– Давай думать вместе, – пригласила я.

– Только не заочно, ладно? – попросила Ирка. – Ты дома сидишь? Оставайся на месте, я сейчас разберусь с делами в магазине, а потом заеду, заберу тебя к нам. Сядем спокойно, раскинем мозгами, что-нибудь обязательно придумаем. В первый раз, что ли?

– Боюсь, что и не в последний, – пробормотала я.

Зная, что Ирка – человек действия, обещала приехать быстро – значит, так и будет, я собралась к выходу и включила свет в прихожей, чтобы подруга, войдя в дом, не ухнула в яму имени дяденьки-плотника. Чтобы не пропал зря кипяток в подоспевшем чайнике, сообразила себе кофе и даже плеснула в чашку немного спирта. Получилось далеко не так вкусно, как кофе с коньяком, но я проглотила мерзковатое на вкус пойло, как лекарство. Терапевтический эффект я почувствовала незамедлительно. Размягчились и мои коленки, и камень на сердце, щеки разрумянились, а глаза заблестели так, что Ирка при виде меня подозрительно прищурилась и спросила:

– Ты, никак, чего-то хряпнула?

– Кофе со спиртом, – честно призналась я, закрывая на ключ забитую вещами комнату.

К счастью, это помещение находилось за линией фронта широкомасштабных ремонтных работ.

– Кофе со спи-иртом? Это что-то новенькое, – заметила Ирка. – А откуда у тебя спирт?

– Это наследство от предыдущих владельцев квартиры: трехлитровый баллон со спиртом я обнаружила в кладовке.

– Ценная вещь! Спрячь подальше, чтобы не нашли работяги, – посоветовала умудренная жизненным опытом подруга.

– Куда спрятать? – озираясь, я остановилась посреди пустой комнаты. – Может, на антресоли?

Я взяла драгоценный баллон и полезла с ним на стремянку, приготовленную для штукатура. Зная, что некоторое количество спирта уже перекочевало из емкости в мой желудок, Ирка меня заботливо поддерживала под коленки. Я благополучно загрузила банку на антресоли и подвернувшейся под руку антикварной кочергой аккуратно задвинула ее подальше.

– Все, поехали, – сняв меня со стремянки, распорядилась подруга. – Манюня ждет помощи! Купим какой-нибудь быстрой еды, чтобы не заморачиваться с приготовлением ужина, и устроим военный совет. Надеюсь, ты запомнила адрес порносайта?

– И даже записала, – я потрясла перед носом подруги блокнотом.

– Помчались! – скомандовала Ирка.

И мы помчались.

Стажер Петя Белов, постучавший в мою дверь немного погодя, не дождался отклика и удалился восвояси, досадливо подумав, что капитан Лазарчук в чем-то прав: по мобильности, непредсказуемости и разрушительным последствиям ее активной деятельности Елена даст фору любому торнадо!

Саня Кубиков, слесарь из будки на Новом рынке, крутил в руках тяжелый ключ, морща лоб в глубоком раздумье. За неделю Саня сделал два дубликата этого самого ключа, и вот теперь ему заказали третий. Всякий раз с заказом приходил новый человек. Сначала это был высокий скуластый парень, похожий на голливудского актера Брэда Питта. Потом пришла нервная дамочка, которая вела бесконечные разговоры по мобильнику и имела такой вид, словно хотела бежать одновременно в четыре стороны. Третьим явился толстобрюхий мужик с вялыми губами и жирными пальцами, похожими на сардельки.

Кубиков был озадачен и заинтригован. Слесарному мастерству он обучался четверть века назад в детской исправительной колонии, в которую угодил после дерзкого налета на кондитерскую. Выйдя из колонии, Саня стал законопослушным гражданином. И вот теперь какой-то ключик всколыхнул в его душе придонные уголовно-авантюрные слои! Что это за дом такой, ключами от которого один за другим запасаются такие разные люди?