Волки - Александр Леонидович Аввакумов

Эта идея ему явно понравилась. Он заулыбался и, поднявшись из-за стола, подошел к окну, за которым шел дождь.

«Да, вот и лето пролетело, – подумал он, поеживаясь от сырости. – А, ведь еще вчера казалось, что тепло навсегда завоевало этот город».

***

Наконец, Абрамову удалось добиться того, что Яшин был наказан. Приказом министра ему был объявлен выговор за неудовлетворительную работу по раскрытию преступлений. Виктор сидел в кабинете и изучал поисковое дело по нераскрытому убийству. Вечером должно было состояться заслушивание о ходе расследования убийства, и он просматривал все новые материалы, которые находились в деле. Раздался довольно сильный стук в дверь, Абрамов оторвался от изучения и машинально посмотрел на дверь. В проеме двери он увидел Яшина. Остановившись на пороге кабинета, он с нескрываемой злостью посмотрел на Виктора.

– Что у вас? – задал ему вопрос, Абрамов, спокойным голосом. – Почему вы без разрешения входите в мой кабинет, Анатолий Гаврилович?

– Мне нужно с вами поговорить, Виктор Николаевич, – произнес он сквозь плотно сжатые зубы.

– Извините, Анатолий Гаврилович, но я сейчас очень занят. Зайдите через полчаса, – произнес Абрамов и снова углубился в изучение оперативных материалов, лежащих на столе.

Лицо Яшина исказила злобная гримаса. Он резко развернулся и, сильно хлопнув дверью, вышел из кабинета. Через полчаса, Яшин, постучав в дверь, вошел в кабинет. Виктор, молча, указал ему на стул и, подняв глаза от документов, вновь задал ему свой вопрос:

– Что у вас, Анатолий Гаврилович?

– У меня к вам один вопрос. Почему вы так относитесь ко мне, чем это вызвано?

Абрамов посмотрел на него и, стараясь говорить спокойно, произнес:

– Вы, Анатолий Гаврилович, не первый день работаете в системе МВД. Не буду вас учить, но вся система построена на безусловном подчинении младшего состава своим руководителям. Мне непонятно, почему, но вы решили поставить все это с ног на голову. С чего это вы, уважаемый Анатолий Гаврилович, потеряли ориентиры? Вы перестали реагировать на мои приказы, стали обсуждать их в присутствии моих подчиненных. Вы начали зарабатывать себе популярность открытым противостоянием со мной. Мне это все надоело, и я решил слегка щелкнуть вас по носу. Таким образом, родился этот приказ. Если вы не измените своего отношения к работе, то второй приказ будет уже о вашем служебном несоответствии. По-моему, я четко вам разъяснил свою позицию?

– Вы с самого начала моей работы в Управлении дышали мне в затылок, – произнес он. – Я хорошо знаю, что вы были против моего назначения. Думаю, это связано с тем, что вы просто видите во мне конкурента.

– Оправдываться не собираюсь, я действительно был против вашего назначения и никогда не скрывал этого мнения ни перед кем. Я много слышал о вас, как о специалисте и еще тогда догадывался о возможных наших стычках в случае вашего назначения на эту должность. К моему сожалению, мне не удалось убедить в этом Феоктистова, и теперь я об этом сильно жалею. В отношении конкуренции могу пояснить только одно: я вас абсолютно не боюсь, вы не конкурент по целому ряду обстоятельств. Вы не способны хорошо работать, вам просто нужна пятиминутная слава. Авторитет, который вы так хотите заработать у сотрудников Управления, заключается не в том, чтобы не подчиняться приказам вышестоящего руководства, а в том, чтобы своей работоспособностью удивить не только руководство, но и самих сотрудников. Что мы видим? За полгода вашей работы в Управлении вы не завели ни одного оперативного дела, не приобрели агентурный аппарат, не раскрыли самостоятельно ни одного убийства. И вы считаете, что подобными результатами вы заработаете себе авторитет среди этих тружеников? Поверьте, мне неохота вам все это высказывать, но вы меня просто вынудили сделать это.

Яшин сидел с поникшей головой. В какой-то миг Виктору даже показалось, что он согласился с ним. Но, он жестоко ошибался. Все, что Абрамов высказал ему в лицо, его еще больше разозлило. Он сверкнул своими маленькими глазами и вышел из кабинета.

***

Немного успокоившись, Абрамов попросил сотрудников пригласить к нему в кабинет члена группировки «Чайники» Гаврилова, которого доставили сотрудники Управления буквально полчаса назад. Он спокойно вошел в кабинет и стал внимательно его осматривать. Парень был явно напуган и ждал от него каких-то неординарных действий.

– Что, Гаврилов, дергаешься? Отсюда еще никто не убегал. Давай, садись, поговорим.

– Не садись, а присаживайся, – поправил он Виктора и заулыбался своими желтыми прокуренными зубами.

– Шутишь? Это хорошо. Ты же знаешь, что хорошо смеется тот, кто смеется не последним, а тот, кто стреляет первым.

– Вы что меня, гражданин начальник, уже в мертвые определили? Не рановато ли? – он вопросительно посмотрел на него.

Абрамов тоже посмотрел на него и улыбнулся. Их взгляды встретились. Противоборства не вышло, Гаврилов отвел свой взгляд сначала в сторону, а затем уткнулся в пол кабинета. Виктор решил попробовать разыграть перед ним небольшой спектакль.

– Гаврилов, ты угадал. Жить тебе действительно осталось совсем немного. Может, это даже для тебя и к лучшему, что ты сейчас у нас. Я, конечно, имею в виду, в МВД. Ты знаешь, в Казань приехали люди «Гарика», которые, сейчас, пытаются разыскать тебя, чтобы предъявить тебе счет за убитого «Гордея».

– Вы рамсы не путайте, начальник. Я здесь не причем, и крови «Гордея» на мне нет.

– Это твое мнение. У них в отношении тебя другое мнение. Ведь это ты передал Сереге пистолет «ТТ» из которого, как показала экспертиза и был застрелен брат «Гарика». Вот этот факт они и хотят предъявить тебе.

– Это ошибка, я никому и ничего не передавал, а тем более какое-то оружие. Пусть Серега подтвердит им это.

– Серега и подтвердил это им. Ему, сам подумай, зачем все эти проблемы с твоим пистолетом? Он, в отличие от тебя, решил немного пожить и сразу же прибежал к нам сдаваться. Это ты кричишь, что не при делах, а тот все рассказал нам, как ты ему всучил этот пистолет, уверяя, что он чистый. А пистолет-то, милый мой, оказался паленым. Как это ты, Гаврилов, мог зарядить под такое дело Серегу?

– Я не понимаю, о чем вы говорите, товарищ начальник. У меня с роду, никогда не было никакого оружия. Вы меня с кем-то путаете.

Абрамов внимательно посмотрел на него. Руки Гаврилова ходили ходуном, и он никак не мог найти им место. У него явно сдавали нервы, и он отлично это понимал. Видя