Последняя любовь президента - Андрей Курков

– А ты умеешь отказываться?

– Я умею, – уверенно кивает Львович.

Наш кортеж состоит из двух десятков одинаковых черных «мерседесов». У всех вместо номеров голубые трезубцы на желтом фоне. В одной из машин едет Львович, в другой – я со Светловым. Несколько машин вообще мчатся пустыми. Как дрезины впереди бронепоезда. На случай мины.

– Он собрал три миллиона подписей за импичмент, – мрачно докладывает Светлов.

– Когда он успел? Он же только пару часов назад объявил по УТ-1 о всенародном импичменте!

– Он уже две недели собирал, а объявил, когда набрал три миллиона, – поясняет генерал Светлов. – Мы пытались найти эти подписи, но пока безуспешно.

– Ну найдешь, а что с ними делать? Три миллиона людей не накажешь за то, что им хочется другого президента!

– Им ничего не хочется. Им дают по двадцать гривень за подпись. Они даже не спрашивают, под чем свои подписи ставят! Единственное, что можно было бы сделать, – это найти подписи и сжечь. Пришлось бы ему снова две недели и шестьдесят миллионов гривень тратить. По крайней мере, время бы выиграли!

– Что, настолько все серьезно? – Я пристально смотрю в глаза генералу.

Он выдерживает взгляд легко и жестко. Видимо, так и есть на самом деле.

– А что он еще может сделать? – спрашиваю я.

– Может подать в суд на правительство, может потребовать признать всю страну банкротом из-за неплатежей за электроэнергию.

– Но это же бред!

– Бред, но соответствующие законы об ответственности за неплатежи на любом уровне парламент еще два года назад принял.

– Что же делать? – спрашиваю я и слышу в собственном голосе полную растерянность. – Подавать в отставку, что ли?

– Нельзя, – твердо говорит Светлов. – Главное – сделать неожиданный шаг и перехватить инициативу!

– И кто эту инициативу перехватывать будет? – интересуюсь я, а в голове на фоне возвращающегося в тело тепла разливается полное безразличие. – Может, просто передать власть по состоянию здоровья и по конституции премьер-министру или даже Львовичу?

– Премьер-министр вас уже продал, – шепчет Светлов. – Уж лучше Николаю Львовичу. Но я бы не спешил! Спешка – признак слабости.

Началось. Теперь Светлов будет мне рассказывать, что и когда делать!

Несмотря на вроде бы полную подконтрольность своих эмоций, я вдруг ясно ощущаю, как начинает покалывать сердце. Ну вот, помянул «по состоянию здоровья» на свою голову. Тут же состояние здоровья и вылезло.

– Вам нехорошо? – обеспокоенно спрашивает Светлов, заглядывая в мое склонившееся к коленям лицо.

– Сердце, – шепчу я. – Что-то не в порядке.

Он протягивает мне капсулку зеленого цвета.

– Возьмите!

Вслед за капсулкой он дает мне стаканчик минералки без газа. Сердце успокаивается.

– А Майя не с вами прилетела? – интересуется вдруг генерал.

– Нет, она завтра, обычным рейсом из Симферополя.

Светлов одобрительно кивает.

– Мы немного опаздываем, – вдруг спохватывается он, бросив взгляд на часы.

– Куда?

– Вы же сами назначили совещание силовиков!

Я киваю. Я просто потерял интерес к течению времени.

Черные «мерсы» длинной змеей торопливо взбираются наверх, на Сырец. Справа мелькает и остается позади горящая вывеска ресторана «Дубки».