Вор - Андрей Константинов

— Дрон! — рявкнул Ганс. — Заткни пасть этой дуре! Она щас весь поселок на уши поставит!

Дрон подобрал с пола у печки какую-то тряпку и забил ее Гордеевой в рот, а для надежности, чтоб не выплюнула, обмотал голову тугой капроновой петлей…

— Так, — сказал Ганс, закуривая новую сигарету. — Пусть бабушка пока дойдет, попреет… Давайте-ка, соколики, хату ошмонаем… Глядишь, и сами обойдемся, без наводочки… Верно я говорю? А, пучеглазенькая?

Он посмотрел в расширявшиеся глаза Ирины Васильевны и захохотал — словно залаял…

Дрон с Лабазом начали обыск, а Шплинт по-прежнему лежал без сознания на диване.

* * *

Кудасов и Марков никак не могли раскрутить Обнорского — разговор шел уже часа полтора, кабинет заволокли сизые клубы сигаретного дыма, заставлявшие Никиту Никитича недовольно морщиться, а результатов не было — журналист то откровенно дурковал, то пытался натурально врать, то просто молчал, глядя в стенку.

С каждой минутой Андрей нервничал все больше и все чаще поглядывал на дверь. Наконец он тяжело вздохнул и помотал головой:

— Все! В сортир отведите!

— Что? — не понял Степа. — Зачем?

— Срать хочу, — откинулся на стуле Обнорский. — Очень. Кабинет могу загадить. Марков еле слышно матюгнулся сквозь зубы и выглянул в коридор:

— Дежурный! Пришлите сержанта! Сопроводить надо товарища…

Сержантик явился через минуту — молодой, довольный собой и службой розовощекий парень. Серый от усталости Кудасов посмотрел на него, кивнул на Андрея.

— Отведи в туалет, потом обратно сюда… Смотри, чтобы не сбежал…

— Куда он, на хуй, — хохотнул было сержант, но осекся под тяжелым взглядом Никиты Никитича. — От меня не сбежит, товарищ майор!

Сержант извлек из-за пояса наручники, застегнул один браслет на своей левой руке, другой — на правой Обнорского.

— Прошу!

— М-да, — сказал Андрей, поднимаясь. — Спасибо за впечатления… Вижу заголовок грядущего материала: «Как сержант журналиста какать водил»…

На его шутку никто не среагировал. Кудасов и Марков молча смотрели друг на друга и ждали, пока останутся одни — надо было посоветоваться и решить, что делать дальше…

Сержант торжественно провел Серегина к местному толчку. Перед тем как зайти в благоухающее заведение, Андрей оглянулся — в дежурке было оживленно, двое патрульных приволокли толпу цыганок с детишками, от их пестрых одеяний рябило в глазах, гвалт стоял, как на Кондратьевском рынке…

Зайдя в туалет, Обнорский смущенно кашлянул и посмотрел своему конвоиру в глаза:

— Слушай, брат… Ты что же, над очком меня держать будешь? Отцепил бы ты меня, ей-богу… Куда я сбегу отсюда?… Хотя дело твое, конечно, нравится — нюхай…

Страж порядка подумал и важно кивнул, потом отвернул левый лацкан кителя — там английской булавкой был подколот к сукну ключ от наручников Сержант освободил запястье Обнорского и еще раз важно кивнул.

— Спасибо, — вежливо сказал Андрей и ткнул большим пальцем правой руки сержанта под диафрагму.

Парень открыл рот, выпучил глаза, но вздохнуть уже не смог, начал подламываться в коленях, норовя упасть на пол. Серегин бережно взял его под мышки, подтащил к водопроводной трубе и застегнул на ней свободный браслет.

Затем он забрал у служивого ключ от наручников, вынул из кобуры ствол и положил все это хозяйство на подоконник так, чтобы сержант не мог до них дотянуться.

— Ну ладно, — сказал Обнорский милиционеру, медленно сползавшему по трубе к полу. — Вот мы с тобой и покакали… Извини, если что не так…

Сержант отвечать не стал — он продолжал беззвучно открывать и закрывать рот, пытаясь, видимо, глотнуть хоть немного воздуху…

Серегин тихо вышел из туалета, уверенным шагом дошел до дежурки, пролез, матерясь вслух, через цыганок и покинул гостеприимное заведение… В кабинете Марков с Кудасовым спешно обменивались впечатлениями.

— Знает он все, — горячился Степа. — Колоть его надо! Что мы с ним миндальничаем?! Кудасов задумчиво почесал затылок и вдруг обеспокоенно сказал:

— Степа, загляни-ка в туалет. Что-то мне…

Марков без слов пулей выскочил в коридор и в два прыжка достиг двери в сортирчик. С его появлением прикованный к трубе сержантик обрел наконец голос:

— Я застрелю его, суку! — завыл он, дергая плененной рукой. — Отстегните меня!

— Идиот! — зарычал Степа и рванулся обратно к кабинету. — Никита Никитич! Ушел!

Сквозь цыганок они прошли, как регбисты через команду противника, а потом выскочили на площадь Ленина и закрутили головами.

— Вот он! — закричал Марков. — В машину садится! Обнорский действительно садился в этот момент в «Москвич» зеленого цвета. Водитель согласился за сто марок пулей доставить Андрея в Сосново…

Пока Кудасов с Марковым добежали до своей припаркованной напротив книжного лотка «шестерки», «Москвича» уже и след простыл.

— Ну что? — спросил Степа, судорожно запуская мотор.

— Давай по Приозерскому, — махнул рукой Никита Никитич. — Проверим нашу удачу… Жми, Степа! На светофоры не смотри… «Москвич» они догнали уже на самом выезде из города.

— Они! — Степа облегченно вздохнул. — Все, теперь не уйдут! Он включил спецсигнал, а потом сказал в микрофон матюгальника:

— Водитель автомашины «Москвич» 31-40! Немедленно остановитесь! Немедленно остановитесь!…

Водитель «Москвича» испуганно дернулся и хотел было поворачивать к обочине, но Серегин закричал ему:

— Жми на газ, дурак, это бандиты сзади! Но водитель Андрею, судя по всему, не поверил — он резко затормозил и завизжал как резаный:

— Я на такое не подписывался! Не подписывался!

Серегин скрипнул зубами и выскочил из машины; бежать уже не имело смысла — в двух шагах от него стоял Марков — злой как черт, со стволом в руке.

— Тебе что, мудаку, по-русски не понятно? Может, надо было дяденьке, — Степа кивнул на водителя, — колеса прострелить?

— Андрей Викторович, — веско сказал подошедший Кудасов, — вы ведете себя неразумно… Куда вы собрались ехать? Куда?

Обнорский, тяжело дыша, переводил взгляд с одного на другого. Мысли мелькали и гасли.

«Нужно обязательно добраться до Соснова и забрать картину… Потом… потом разберемся в наломанных дровах… Победителей не судят… А эти двое… Тоже, небось, на Палыча шустрят… Шварц… В Соснове ждет Шварц, у него есть ствол… Что мы, с Серегой двух ментов не осилим? Картина… Это самое главное… А потом разберемся…» — Ладно! — кивнул Андрей. — Раз вы такие любопытные — поехали! Только говорить будем уже на месте!

— А где место-то? — поинтересовался Степа.

— В Соснове, — буркнул Серегин и направился к машине оэрбэшников…