Кошки-мышки - Вера Каспари

Историю Вильсона я услышал в сентябре от капитана Риордана – в баре на Третьей авеню за бутылкой канадского ржаного виски. Он пил, я платил – и считал это хорошей инвестицией. Все самое интересное Риордан выдает, именно когда он навеселе.

Я делал первые шаги на посту редактора журнала «Правда и преступление» и еще питал надежды улучшить вверенное мне издание. Это был детективный ежемесячник – капля в море бульварного чтива. «Только реальные события!» – то есть самые громкие криминальные происшествия, обсосанные во всех газетах, а также всякое старье из недр полицейских архивов; каждая статья подается под сенсационным заголовком и приправлена ханжеской моралью. История Вильсона не имела завершения, и я решил напечатать ее в рубрике «Нераскрытая загадка месяца».

Статью я написал сам, не доверив никому из своих штатных журналистов. Хоть я и оформил ее по всем канонам нашего уважаемого журнала, проницательный читатель мог увидеть в тексте нечто большее – не просто примитивную интригу, но эссе о современной фазе развития американской культуры.

Утром в четверг двадцать второго ноября тысяча девятьсот сорок пятого года я сидел в своем кабинете в редакции издательского дома «Правда от Барклая». Это был первый личный кабинет в моей карьере, и лицезрение своего имени на двери над должностью «редактор» золотыми буквами еще грело мое самолюбие.

В то утро я пребывал в отличном настроении. У меня был повод гордиться собой – февральский номер отправлялся в печать, и все статьи, кроме одной, были сверстаны и готовы к выходу. Под моим руководством уже вышли январский и декабрьский номера, но они состояли из статей, заказанных моим предшественником, и не вполне отвечали моему вкусу. Февральский же номер был полностью моим – первый выпуск журнала от мистера Анселла, и я чувствовал себя примерно как гордый папаша, качающий на руках первенца.

Зазвонил телефон.

– Производственный отдел, – сообщила миссис Кауфман. – Спрашивают, почему до сих пор нет материала для рубрики «Нераскрытая загадка месяца».

– Ну что вы суетитесь? – крикнул я в трубку. – Все остальное у вас есть, «Нераскрытую загадку» утвердят с минуты на минуту.

В трубке забурчало.

– Я не виноват, – ответил я. – Статья лежит у Барклая уже три недели – вероятно, он ею подтирается.

Бурчание в трубке сделалось угрожающим.

– Слушайте! – возмутился я. – Ну что я могу поделать, если рабочий процесс задерживает сам мистер Барклай?! Он тут начальник, он сам установил правила, ему прекрасно известно, когда номер выходит в печать. И вообще, вот пришла моя секретарша, она только что от Барклая. Что вам сказали про «Нераскрытую загадку», миссис Кауфман?

Миссис Кауфман, которая сегодня и близко не подходила к кабинету Барклая, лишь приподняла кустистые брови.

– Хорошие новости! – сообщил я, перебив грозное бурчание на том конце провода. – Секретарша мистера Барклая говорит, что у него прежде не было времени посмотреть статью, но только что он ее прочитал, и он в восторге. С минуты на минуту я получу от него официальное одобрение и сразу же сообщу вам. Устроит вас такой вариант?