Ветеран - Фредерик Форсайт

Молодой человек брезгливо поморщился.

— Но, шериф…

— Делай, что тебе говорят. Он тоже был человеком. И заслуживает, чтоб его похоронили по-христиански.

От валявшейся на боку лошади остался один скелет. Объеден весь дочиста, ни клочка шкуры, мышц, сухожилий не осталось. Даже хвоста и гривы не было, видно, птицы растащили все по волоску, чтоб свить себе гнезда. Сохранились лишь крупные желтоватые зубы, истертые жестким кормом. Уздечка превратилась в прах, остались лишь стальные поблескивающие колечки. Коричневые копыта выглядели нетронутыми, и все четыре подковы были на месте.

Скелет человека находился в нескольких ярдах, лежал на спине, точно человек умер во сне. От одежды почти ничего не осталось, лишь прилипшие к ребрам обрывки кожаного костюма. Полицейский расстелил на снегу одеяло и принялся перекладывать на него кости, одну за другой. Шериф занялся личными вещами всадника.

Ветер, снег и дождь сделали свое дело — за долгие годы седло, подпруга и седельные сумки превратились в груду сгнившей кожи. Но в ней поблескивали несколько медных патронов. Шериф Льюис забрал их.

Нашелся также охотничий нож, коричневый от ржавчины, при первом же прикосновении ножны, украшенные бусинами, рассыпались в прах. Чехол от ружья был в клочья изодран клювами птиц, но само ружье уцелело, хоть и проржавело насквозь.

Но шерифа удивили две другие находки. Две стрелы с кремниевыми наконечниками и маленький топорик выглядели почти как новенькие. Нашлась также медная пряжка от ремня. И сам ремень, сделанный из длинной и крепкой полоски кожи, тоже сохранился.

Шериф собрал все эти вещи, завернул их во второе одеяло, огляделся, проверяя, не пропустил ли чего, и направился к вертолету.

И вот «Джетрейнджер» взмыл в небо в лучах утреннего солнца, в последний раз пролетел над двумя плато и необозримым зеленым массивом Национального заповедника.

Шериф Льюис глянул вниз и увидел заваленную снегом пропасть Лейк Форк. Придется посылать специальный отряд спасения, раскапывать трупы, ибо он твердо знал, что никто из людей Брэддока выжить не мог. Он смотрел на горы и размышлял над тем, что за человек был этот Крейг, которого ему пришлось преследовать в этих диких местах.

С высоты пяти тысяч футов он видел по левую руку Рок Крик, видел автомагистраль, по которой открыли движение, видел свалившуюся со склона сосну, ставшую причиной аварии. Они пролетели над Ред Лодж, и Джерри связался с оставшимся там полицейским. Тот сообщил, что девушка до сих пор в реанимации, но сердце у нее бьется.

До Бриджера оставалось четыре мили, летели они вдоль шоссе, и шериф видел сотни акров почерневших от пожара прерий, а впереди, в двадцати милях, находились возделанные лужайки и призовые мулы ранчо «Бар-Ти».

Вертолет пролетел над рекой Йелоустон, затем — над дорогой на Бозмен и начал снижаться.

— «Мужчина рожден женщиной, но срок его жизни на этой земле недолог…»

Стоял конец февраля, и на маленьком кладбище в Ред Лодж было страшно холодно. В дальнем его конце виднелась свежевскопанная могила, над ней на двух слегах — простой и дешевый гроб из сосны.

Священник ежился от холода, два могильщика томились в ожидании, прихлопывая руками в варежках. У изножья могилы одиноко стояла скорбящая женщина. Высокие сапоги на меху, стеганое пальто, а голова непокрыта. И на плечи спадает волна черных, как вороново крыло, волос.

Поодаль, под высоким тисом, стоял крупный мужчина и следил за происходящим, но не приближался. На нем была теплая куртка-дубленка. К лацкану воротника приколот шерифский значок.

Странная выдалась нынче зима, размышлял человек под деревом. Овдовевшая миссис Брэддок скорби особо не предавалась и быстро прибрала к рукам бизнес мужа. Она сделала новую прическу, подтяжку, шикарно одевалась и не пропускала ни одной вечеринки.

Кстати, она навестила девушку в больнице, и та ей понравилась. И миссис Брэддок предложила Линде Пикет отдельный коттедж на ранчо и работу личного секретаря. Оба предложения были приняты. Мистеру Пикету в качестве компенсации был возвращен контрольный пакет акций банка.

— «Земля к земле, пепел к пеплу, прах к праху», — монотонно бубнил священник. Две крупные снежинки опустились на гриву черных волос, точно цветки белой дикой розы.

Могильщики взялись за веревки, выбили из-под гроба слеги и опустили его в могилу. Потом отошли и снова принялись ждать, поглядывая на лопаты, воткнутые в кучу свежей земли.

Патологоанатомы из Бозмена сделали все, что было в их силах. Установили, что найденные кости принадлежали мужчине ростом не меньше шести футов, очень крепкому и здоровому физически. Они не обнаружили ни переломов, ни ран, которые могли бы оказаться смертельными. И сделали вывод, что человек, по всей видимости, погиб от переохлаждения.

Дантистов особенно заинтересовали зубы: ровные, белые, ни единой полости от кариеса. Они же и определили возраст мужчины: от двадцати пяти до тридцати лет.

Ученые занялись другими находками шерифа. Тесты и анализы показали, что фрагменты одежды, а также кожаных изделий и меха датируются 1870–1875 годами.

Но совершенно неожиданными были результаты исследования лука, стрел и топорика. Все эти предметы были изготовлены в наше время. Пришли к выводу, что группа американских аборигенов недавно посетила пещеру, и все эти трофеи были оставлены возле останков давным-давно умершего человека.

Охотничий нож очистили от ржавчины и отреставрировали. Дата его изготовления значилась на костяной рукоятке, и его передали профессору Инглзу, который с тех пор так и держал нож у себя в кабинете. Шериф затребовал себе ружье. Его тоже отреставрировали, и оно висело на стене за его письменным столом. Выйдя на пенсию, он собирался забрать его домой.

— «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

Могильщики ожили и принялись энергично забрасывать яму землей. Священник обменялся несколькими словами с девушкой, отечески похлопал ее по руке и торопливо зашагал к часовне. Она осталась у могилы.

Следствие, опираясь на показания Линды Пикет, данные еще в госпитале, отказалось от дальнейших розысков похитителя. В газетах писали, что он, должно быть, ускакал в горы ночью и, оказавшись в Вайоминге, затерялся а тамошних диких краях. А ее оставил умирать в пещере.

Могильщики соорудили холмик из свежей земли, обложили его камнями и посыпали вокруг гравием.

Затем, приподняв меховые шапки, распрощались с девушкой и ушли. Крупный мужчина, до того стоявший в стороне, приблизился к девушке. Та не проронила ни слова. Она знала, что он будет здесь, и знала, кто он. Он снял шляпу и держал ее в опущенной руке.

— Мы так никогда и не найдем вашего друга, мисс Пикет, — сказал он.

— Да. Знаю.

В руке она держала цветок, алую розу на длинном стебле.

— И никогда ничего о нем не узнаем.