Список приговоренных - Алексей Макеев

– Нет.

– Алик говорил, что у него еще какое-то дело – он собирался с кем-то встретиться на пляже?

– Да, мне так показалось. Но я не представляю, с кем. Он отдыхал там с Алевтиной. Может быть, с кем-то из пансионата? Учитывая, как он скоро заводил всякие знакомства, может, он успел еще какую-то авантюру провернуть без меня? Я уже ничему не удивляюсь!

Гуров задумался.

– Что он имел в виду, когда говорил, что его миссия закончена? – спросил он.

– Не знаю. Алик не посвящал меня в эти дела.

– Ты их фотографировал вместе с Алевтиной?

Максим вспыхнул:

– Откуда вы знаете?

– Я, братец, многое знаю, если ты еще не понял! Как он это объяснил?

– Никак, – пожал плечами Максим. – Сказал, так надо, и чтобы я снимал так, чтобы она ничего не заметила. Камеру он мне сам дал. Куда потом дел – не знаю.

– Что тебе вообще известно о его делах?

– Да почти ничего! Алик был себе на уме. Мог болтать много, но в дела свои не посвящал. Он на этих женщинах как-то деньги зарабатывал, но как – я не знаю.

– Ты видел когда-нибудь рядом с ним незнакомых людей? Можешь описать?

Максим наморщил лоб.

– Вроде нет… Хотя однажды мы с ним сидели в центре, и он отошел в сторону, сказал, подожди минутку. Подъехала черная машина, Алик к ней подошел и о чем-то поговорил с водителем. Но кто сидел за рулем, я не разглядел.

– А что за машина?

– «Тойота», по-моему. Я еще спросил у Алика, мол, кто это у тебя на такой крутой тачке разъезжает? А он усмехнулся и говорит: «Партнер по бизнесу. Только жадный очень. Но я его отучу от этого!»

– Интересно… И ничего не уточнил больше?

– Нет.

– Зачем он приехал в Крым? Только ли отдохнуть?

– Не знаю!

– Ты уверен, что Алик заранее не планировал ограбление кафе?

Взгляд Максима снова стал испуганным.

– Не может быть… – пробормотал он. – Да нет, ерунда! Откуда он мог знать про деньги, про то, что я познакомлюсь с Наталкой? Нет, все спонтанно получилось. Я даже не верил, что у нас получится. И лучше бы не получилось, – вздохнул он.

– Но Алик говорил Саше, что рассчитывает привезти из Крыма деньги! Какие деньги он имел в виду?

– Не знаю! Вот ей-богу, ничего больше не знаю! Я вам и так как на духу все рассказал!

Похоже, Максим и впрямь больше ничего не знал о делах своего друга. Гуров посмотрел ему прямо в глаза и спросил:

– Где деньги?

Светлов вздохнул и полез в шкаф, доставая оттуда матерчатую сумку– баул. Положив ее перед Гуровым, повторил:

– Я ни рубля оттуда не взял.

– И ты хранил ее здесь? Где, кроме тебя, еще живет пять человек? – продолжал удивляться Гуров.

– Ну а куда мне еще было ее девать? – спросил Максим.

– Ну ты точно безбашенный! Но какой везунчик, а? Это ж просто чудо, что у тебя ее не сперли!

– Никого не было. Ребята все на работе. Я только недавно прилетел…

Гуров расстегнул молнию и увидел аккуратно перетянутые резиночкой пачки денег. Он не стал их пересчитывать, да и неизвестно ему было, какая точно сумма, собранная семьей Костенко, хранилась в сумке. Он снова посмотрел на Максима. Тот в ответ сверлил его вопросительным, тревожным взглядом. Наконец, не выдержав, Максим спросил:

– Что мне теперь будет?

– Ну вообще-то это статья, – сказал Гуров. – Даже могу сказать тебе, какая. Но тут вот какое дело: арестовать тебя по ней я не могу.

Выражение лица Светлова мгновенно стало недоверчивым.

– Почему? – выпалил он.

– Да потому, что официально дела такого нет. Родители Наташи не подавали заявление о том, что их обворовали. А следовательно, и привлечь тебя формально нельзя.

Максим все еще ничего не понимал.

– И что? Что теперь будет со мной? – спрашивал он.

Гуров ответил задумчиво:

– Мой тебе совет – уезжай из Москвы. Возвращайся в Астрахань, нечего тебе тут делать. Не для тебя этот город.

– Да я и сам не хочу здесь оставаться! Я домой хочу, я и по маме уже соскучился, – затараторил Светлов, не в силах поверить в свое счастье. Он вскочил и заозирался по сторонам, принимаясь собирать свои вещи и, видимо намереваясь уехать прямо сейчас и при этом косясь на Гурова – не передумает ли тот.

– Ты погоди уезжать, – остановил его полковник. – Следствие по делу об убийстве Алика еще не закончено. Ты мне можешь понадобиться здесь. Так что задержись. Ненадолго, максимум на пару дней. Я тебе позвоню.

Светлову, кажется, хотелось очутиться за сотни километров от Москвы прямо сейчас, но он не стал спорить с полковником. Только осторожно спросил:

– А как мне теперь с Наталкой быть?

– Ну здесь я тебе точно не советчик, – усмехнулся Гуров и поднялся. – В своих отношениях разбирайтесь сами.

– Она, наверное, меня проклинает там, – вздохнул Светлов.

Гуров взвалил на плечо сумку и направился к двери.

– Она плачет и ждет твоего звонка, – сказал он, обернувшись на пороге. – Позвони, а там видно будет.

С этими словами Гуров вышел из квартиры.

* * *

– М-да, – протянул Орлов и посмотрел на Гурова поверх очков. – Думаешь, не он?

– Давай послушаем Станислава, – вместо ответа предложил тот. – А потом сопоставим данные и тогда уже будем делать выводы.

Крячко, оказавшийся в центре внимания, расправил плечи и начал рассказывать.

Кроханов назначил ему встречу в отдельном кабинете одного ресторана, не предназначенного для простых смертных, к коим причислял себя сам Станислав. Приехав на встречу, он прошел в указанную кабинку, где его уже ждал Кроханов. Перед ним стояли тарелки с закусками и маленький графинчик водки. Перед Станиславом Крячко было пусто.

Виктор Павлович был уже в солидном возрасте и внешне годился Алевтине в отцы, хотя Крячко и видел ее только на фотографиях. Держался он сдержанно и солидно. Молча кивнул Крячко, руки не протянул и сразу сказал:

– Давайте свои вопросы, только поскорее!

– Тогда я буду столь же краток – вы убили любовника своей жены? – бухнул Крячко в лоб.

Кроханов застыл. Подобный вопрос он наверняка слышал впервые в жизни. Подумав пару секунд, он сказал:

– Если я отвечу нет, вы что, развернетесь и уйдете?

– Рад бы, да не получится, – вздохнул Крячко. – Профессия научила меня проверять полученную информацию.

– Ну так проверяйте! – раздраженно отозвался Кроханов. – В те дни, что Алевтина отдыхала в Крыму, я находился совершенно в другом городе, и это могут подтвердить десятки человек!