Призраки не лгут - Ларс Кеплер

Йона сидел на кухне Дисы, замотавшись в плед; оба ели виндалу из курицы и ягненка в соусе тикка-масала.

— Вкусно…

— Мамин финский рецепт, больше я ничего не скажу, — рассмеялась Диса.

Она оторвала кусок лепешки наан, а остальное протянула Йоне. Он с улыбкой посмотрел на Дису, отпил вина и продолжил свой рассказ. Диса слушала, задавала вопросы, и чем больше он рассказывал, тем спокойнее становилось у него на душе.

Комиссар начал сначала: рассказал Дисе о брате и сестре, Флоре и Даниеле, которые очень рано попали в детский дом.

— А они правда были брат и сестра? — спросила Диса и подлила вина.

— Да… и великое дело, что их усыновили богачи Ронне.

— Понимаю.

Они были просто малышами, которые играли с дочкой управляющего в усадьбе, на лугах и на кладбище возле колокольни.

Даниель питал нежные чувства к маленькой Ильве. Йона вспомнил, как Флора с застывшим взглядом рассказывала, как Даниель поцеловал Ильву, когда они играли в «не подглядывай!».

— Девочка рассмеялась, сказала, что у нее будет ребеночек. Даниелю было всего шесть, и он по какой-то причине перепугался…

— А дальше? — прошептала Диса.

— Он велел обеим девочкам закрыть глаза, подобрал с земли тяжелый камень и забил Ильву насмерть.

Диса перестала жевать и, бледная, слушала, как Флора побежала к отцу и рассказала, что произошло.

— Но отец любил Даниеля и встал на его сторону. Он потребовал, чтобы Флора взяла свои обвинения назад. Напугал, что всех лжецов бросят в огненное озеро.

— И она отказалась от своих слов?

— Она сказала, что соврала, и за такое ужасное вранье ее изгнали из дома навсегда.

— Флора отреклась от того, что видела… и соврала, сказав, что соврала, — задумчиво произнесла Диса.

— Именно так. — Йона протянул руку через стол и коснулся ее пальцев.

Он думал о Флоре. Она была совсем маленькая и довольно быстро забыла прежнюю жизнь, своих первых приемных родителей и брата.

Теперь комиссар прекрасно понимал, что всю свою жизнь Флора построила на лжи. Она врала, чтобы другие были довольны. Прошлое напомнило о себе лишь тогда, когда Флора услышала по радио об убийствах в Бригиттагордене, о девочке, закрывшей лицо руками.

— А что с воспоминаниями Флоры? — спросила Диса и подвинула Йоне тарелку.

— Я звонил Бритт-Мари, спросил, можно ли до них докопаться.

— Жене Нолена?

— Да. Она психиатр и вроде бы считает, что это не так сложно.

Йона подробно пересказал услышанное от Бритт-Мари: существует множество моделей объяснения того, как потеря памяти связана с посттравматическим стрессом. Мощный выброс адреналина и гормонов стресса влияет на долговременную память. При серьезной психологической травме воспоминания могут сохраниться в мозгу почти нетронутыми. Но такие переживания оказываются погребенными в памяти, замороженными, поскольку эмоции не были переработаны вовремя. Но при соответствующем стимулировании воспоминание может внезапно всплыть в виде физических ощущений и образов.