Рубиновый капкан... Игры кукловодов / Ruby trap: puppeteers' game - Марк Шо

Положив трубку, Алекс позвонил в Нью-Йорк. Трубку взял Леня.

– Спишь? – произнес Алекс.

– Ну-у… нет, – протирая глаза, промычал будущий олигарх. Ответить «да» означало услышать тираду в свой адрес, ленивых евреев, работающих 4 дня в неделю. Леня терпел такое только от Алекса, который, по сути, был прав. Он мог поработать и 5, и 6 дней в неделю. «Шаббот никто не отменял, но почему-то евреи не работали в Нью-Йорке и в воскресенье» – в таких случаях размышлял Леня. Сейчас он молча стал натягивать брюки с телефонной трубкой, зажатой возле уха. Было 7 утра.

– Побыстрее умойся, попей кофе и все такое. Потом позвони мне, дело есть, – коротко произнес Алекс.

– Окей. Все нормально? – произнес Леня более уверенно.

– За час управишься? – вновь спросил Алекс. Он заранее знал, что тот спросит. Как-то отец юного Алекса, поглаживая светлые волосы сына, сказал: «Вести бизнес то же самое, что ездить на лошади: ее надо пришпоривать, несмотря на строптивый характер. Так быстрее доедешь до нужного места». Алекс часто вспоминал эти слова.

– Окей. – На этот раз Леня положил трубку, не дожидаясь слов Алекса. Тот, в свою очередь, довольно ухмылялся на другом конце провода.

Леня, умывшись, одел еврейский Тцит-тцит, помолился минут 10, наскоро позавтракал кукурузными хлопьями, заварил крепкий кофе, чтобы проснуться и одновременно с завтраком смотрел свежие новости. Через 50 минут он набрал Алекса.

– Я же просил через час, – произнес Алекс.

– Алекс, как дела?

– Скажи деду, что тебе надо смотаться в Йоханнесбург… по нашим делам. У тебя американский паспорт?

– Ты же знаешь.

– Окей. Значит, виза не нужна. Вылетай первым же рейсом.

– Понял. Что с собой взять?

– Паспорт, – пошутил Алекс. – Крепко закрой рот.

Леня быстро стал собирать чемодан с одеждой на три дня. На смартфоне он посмотрел погоду в тех местах. Затем проверил кредитки в портмоне, и наконец, позвонил отцу.

– Папа, привет. Прости, что разбудил.

– Леня? Так рано? – ответил Аврам. – Я имею в виду тебя, я-то на ногах. Что случилось?

– Звонил Алекс. Просил меня срочно вылететь в Йоханнесбург. Сказал, что «по нашим делам».

– Понятно, – промолвил Аврам, в раздумьях поглаживая волосы на голове. – Он еще что-то сказал?

– Нет. Только это.

– Вылетай. Жене передай, чтоб, пока тебя нет, привезла детей ко мне и жила в моем доме. Понятно?

Не в правилах Лени было перечить отцу. Похоже, отец знал что-то такое, что Макс не сообщил ему. Он позвонил Саре, которая работала фармацевтом в аптеке, чтоб до его возвращения оставалась в доме у его родителей.

– Дорогая. Все нормально. У нас нельзя по-другому. По делам в Европу к Алексу.

После этого Леня сразу же начал звонить в бюро путешествий на Форест Хилс.

– Мишель? Это Леня. Рад слышать. Мне нужен билет в ЮАР в оба конца. Сегодня. Понятно, что дорого. Да хоть первым классом. Нет, чартера не надо. Да, на обычный рейс, за любые бабки, но сегодня.

Заказ был выполнен за 15 минут. В общем, через несколько часов статный, свежевыбритый и сытый Леня с билетом и компактным чемоданом в руке прибыл в аэропорт Кеннеди. От него веяло оптимизмом и уверенностью в завтрашнем дне. В руке у него был айпэд.

С разницей в полчаса в аэропорту Йоханессбурга приземлились два борта, на одном из которых, кроме Лени, прибыли два незнакомца лет 35–36. Они выглядели как туристы в цветастых рубашках нараспашку, льняных светлых штанинах от «Zara» и темных солнцезащитных очках, плотно сидевших у них на физиономии. Немногословные, казавшиеся немного щуплыми, оба были представителями охраны Алекса, которую он начал набирать, как только стал входить в ювелирный бизнес. Им предстояло охранять шефа, смотреть в оба, как только тот откроет офис и начнет торговаться в нем на алмазное сырье. А люди здесь, что ни говори, бывают всякие.

Бойцов никто не встретил, оба поехали в гостиницу, поужинали, умылись. Через полчаса к ним в номер постучался Хафиз, который молча вошел в комнату, поставил две плотно набитых сумки на пол перед ними. Один из незнакомцев произнес:

– Шефу передай привет от этого человека, – и передал Хафизу визитку, на которой был указан не кто иной, как Франческо Робертсон. Хафиз так же безмолвно исчез.

Парней звали Мойша и Херетс. Оба были родом из Израиля, они распаковали сумки и осмотрели их содержимое. Пистолет и три обоймы с патронами, автомат УЗИ с двумя полными магазинами, кевларовый нательный жилет, наушники спецсвязи между собой, кредитки на их имя, наличные по 5000 долларов и ключи от автомобиля, который, по всей видимости, уже стоял на парковке.

На следующий день в офисе Алекса состоялась встреча. Гостей ждали. Представитель концерна, занимавшегося добычей алмазов, подъехал со своей охраной на двух джипах. Прибывшие заметили серый джип, стоявший на другой стороне дороги: Мойша изображал пьяного вдрызг, в то время как Херетс упорно с ним спорил, как говорится, ни о чем.

Гости прошли в холл офиса Алекса, вышел хозяин и предложил им пройти в комнату переговоров. Рядом с ним находился Леня.

– Господа, рад приветствовать Вас в своем офисе, произнес Алекс, протягивая визитку.

– Взаимно. Надолго к нам?

– Ничего не могу обещать, много других дел.

– Вы весьма занятой человек, я слышал.

– Как и Вы, господин Крейг. Мы видимся в первый раз, поэтому давайте перейдем к делу. Вы привезли товар?

– Да. Оценщик с Вами?

– Да. Приступим.

– Деньги, сэр?

– Чек на 2 миллиона мой курьер доставил Вам сегодня. Разве этого недостаточно?

– Не совсем, сэр. Дело в том, что товара я привез гораздо больше.

– Разве я просил Вас об этом?

– Но Вам следует отобрать товар!

– Резонно. С деньгами мы разберемся. Пока давайте начнем отборку.

– Надеюсь, с охраной у Вас все в порядке?

– Не надо бояться. Тем более Вам, господин Крейг.

– Разве? Это моя работа. И все же…

– Прошу Вас. В эту комнату, пожалуйста.

В смежной комнате в глубине стоял темный стол, крышка которого была обита кожей. На столе стоял подключенный микроскоп, за которым в кипе ожидал геммолог Иосиф, приглашенный Леней из Нью-Йорка. При приближении Алекса и Крейга тот встал и поздоровался. Крейг протянул ему маленький мешочек с камешками.

Иосиф медленно, один за другим начал ставить алмазы под микроскоп и оценивать их, а затем быстро что-то записывал ручкой на листочке рядом с микроскопом. Так прошло полчаса, все молча наблюдали за работой оценщика. Хотя внутри была свежая вода, никто из присутствующих так и не притронулся и к ней. В итоге была отобрана партия из сотни необработанных камней.