Под маской хеппи-энда - Антон Леонтьев

Как я уже, кажется, упоминал, я не был поклонником Кэтрин Кросби Форрест. Во время предвыборной кампании я поддерживал ее основного конкурента от демократической партии, сенатора от штата Мичиган Джеффри Гриффита. Он занял почетное второе место и в итоге стал вице-президентом, что тоже было подобно сенсации: еще бы, впервые за всю историю Америки президентский пост занимала женщина, но также впервые за всю историю Америки пост вице-президента занимал темнокожий. Джеффри Гриффит, сорока шести лет, был восходящей звездой на политическом небосклоне. Все склонялись к мысли, что после того, как Кэтрин закончит политическую карьеру, Гриффит снова выставит свою кандидатуру в президенты (ему к тому времени будет всего пятьдесят) и, скорее всего, одержит победу, став, таким образом, первым президентом-афроамериканцем.

Я неплохо знал Джеффри, активно агитировал за него, был знаком с его очаровательной женой Милли и тремя прелестными детишками – двумя девочками и мальчиком. Я считал, что именно он олицетворяет дух современной Америки, что именно он, а не Кэтрин Кросби Форрест может стать образцовым главой Белого дома. Джеффри восторгался моим творчеством и, что немаловажно, знал о крупных пожертвованиях, внесенных мною в его предвыборный фонд. Вот кто мог помочь мне, вот кто в состоянии сообщить Кэтрин о нависшей над ней опасности!

– Я желаю переговорить с господином вице-президентом, – сказал я сейчас, стараясь, чтобы в моем голосе звучало максимум уверенности: мне не хотелось быть выставленным вон. – Меня зовут Бэзил Бэскакоу, и я – его хороший друг...

Но горничная, похоже, вспомнила меня, потому что радушно произнесла:

– Прошу вас, мистер Бэскакоу!

Нет, все же хорошо быть нобелевским лауреатом – тебе всюду открыты двери. Я прошел вслед за горничной в одну из комнат особняка. Женщина спросила, не желает ли гость что-либо выпить, и я попросил принести себе двойного виски. Когда горничная подала его, осушил бокал в один присест, как будто в нем было не виски, а минеральная вода. И опять горничная даже глазом не моргнула. Наверняка на приемах, где присутствует половина Вашингтона, и не такое видела!

– Джеффри сейчас нет, он в Белом доме, – услышал я мелодичный голос и увидел прелестную темнокожую женщину лет сорока, супругу вице-президента, Милли. Она странно взглянула на меня и сказала: – Бэзил, не сочтите за бестактность, однако правда ли то, что говорят по телевизору и о чем пишут газеты? Ну, что вы...

Я решительно заявил:

– Конечно же, нет! Именно поэтому я и хочу видеть вашего мужа, Милли! Он, похоже, единственный человек в стране, кто может мне помочь.

– Я уже позвонила в Белый дом и сказала, что вы хотите его видеть, – произнесла Милли. – Кажется, в стране назревает какой-то кризис, но Джеффри, как обычно, не посвящает меня в подробности. Бэзил, к сожалению, я вынуждена покинуть вас, Джеффри настоял, чтобы я с детьми отправилась в наш особняк в Лансинге...[2]

Что же, если жены и детей вице-президента в Вашингтоне не будет, то это мне только на руку: никто не помешает моему монологу. Я то и дело поглядывал на старинные часы с маятником, считая минуты. Что случилось с Танюшей, жива ли она еще?

Так прошло около двух часов, которые показались мне сущей пыткой. Наконец я услышал голос вице-президента: он прощался в холле со своей супругой и детьми. Пару минут спустя раздались шаги, и я лицезрел высокого статного темнокожего человека с открытым лицом и глубоко посаженными большими глазами – вице-президента США Джеффри Гриффита.

– Добрый вечер, Бэзил, – сказал он, пожимая мне руку.

– Джеффри, – заявил я без обиняков, – мне нужна ваша помощь! Только не смейте верить всему тому, что обо мне сообщают по телевидению и в газетах, – никакой я не убийца!

– Никогда этому не верил, – ответил вице-президент. – Я же слишком хорошо знаю вас, Бэзил... Скажу откровенно, я даже втайне рассчитывал на то, что вы обратитесь ко мне за помощью...

Я облегченно вздохнул, воздел руки к потолку и произнес:

– О, Господи, извини, что я, грешный, не верил в тебя! Вот доказательство того, что ты существуешь и умеешь творить чудеса!

– Пройдемте в мой кабинет, Бэзил, – предложил вице-президент, – там нас никто не побеспокоит. Прошу вас!

Я последовал за гостеприимным хозяином через анфиладу комнат, и мы оказались в огромном помещении, которое, как я удивленно отметил, напоминало Овальный кабинет Белого дома.

– Предыдущий хозяин особняка был помешан на атрибутах власти, – пояснил вице-президент с легкой улыбкой, словно извиняясь. – Так о чем вы хотели поговорить со мной, Бэзил?

– Жаль, что президент страны не вы, Джеффри! – выпалил я и заметил, как дрогнули уголки рта Джеффри Гриффита. – Благодарю вас, что согласились выслушать меня, а не вызвали сразу же полицию, как сделал бы любой другой человек. Рассказ мой будет долгий и путаный, однако я могу подтвердить любое свое слово. Итак, вы должны знать, что Энтони делль’Амма замышляет не что иное, как государственный переворот.

Затем я выложил на письменный стол папку с документами Тимоти С. Шмидта и принялся рассказывать. Мой монолог длился около полутора часов, и за все время вице-президент, в глубокой задумчивости сидевший в кресле, всего несколько раз прерывал меня, чтобы задать уточняющие вопросы. Как же хорошо иметь дело с человеком, умеющим слушать! Подавляющее большинство населения планеты умеет слушать только себя. Впрочем, и я тоже грешу тем же, но мне это позволено, все же как-никак я – нобелевский лауреат...

– То, что вы поведали мне, Бэзил, сенсационно, – изрек наконец вице-президент, когда я завершил повествование. – И скажу честно: я верю вам! Да, я верю всему тому, что вы рассказали, от первого до последнего слова! Позвольте мне просмотреть документы...

Он взял папку, пролистал бумаги, покачал головой и сказал:

– Что же, это очень сильные доказательства.

– Нужно предупредить Кэтрин, то есть, я хотел сказать, мадам президента! – заявил я горячо. – Я не был ее сторонником, не являюсь им и сейчас, однако нельзя допустить, чтобы на нее возложили ответственность за смерть президента Форреста!

– Увы, делль’Амма уже начал наступление, – сообщил вице-президент и протянул мне несколько свежих газет. Заголовки на первых полосах во всех были посвящены одной теме: «Что знала Кэтрин Кросби Форрест о подготовке убийства своего мужа?»

– Но теперь мы можем доказать, что убийство замыслил и осуществил делль’Амма! – заволновался я. – Джеффри, господин вице-президент, вы должны немедленно поставить в известность вашего босса, мадам президента, о том, что открылось.

Вице-президент покачал головой.

– Боюсь, это невозможно, Бэзил. Кэтрин сейчас вместе со своим ближайшим кругом, в который я не вхожу, обсуждает сложившуюся ситуацию. Она специально вернулась с саммита НАТО в Будапеште, а теперь находится в Белом доме...