Расплата - Лайза Джексон

Разумнее будет сотрудничать.

Они задали ему чуть ли не тысячу вопросов. Некоторые из них касались преподавательского состава и студентов, но многие относились к доктору Францу и двум его женам. Брайан учился в колледже Всех Святых и работал у его первой жены – доктора Нанкуа Франц. Они также спросили его о девушках, о которых он читал в газетах, Лесли Франц, Кэти Андерсон и Стефани Джейн Келлер – жертвах серийного убийцы. И они буквально уставились на два меча, висящих у него над кроватью, затем спросили его об оружии, и что он делал, пока служил в армии. Ему следует позвонить адвокату; совершенно очевидно, они считают, что он имеет какое-то отношение к убийце, разгуливающему по кампусам колледжей.

Или, может, Бенц имеет на него зуб из-за того, что он встречается с его драгоценной дочерью. Боже мой, неужели у этих копов нет дел поважнее, чем запугивать невиновных людей?

Они не могли всерьез думать, что он причастен к убийствам. Это безумие. Он не знал тех девушек.

Бенц спросил его об обвинении в изнасиловании и об учебе в семинарии. Они даже упомянули имена нескольких святых – это еще что за хренотень? Бенц заранее собрал много информации о Брайане и знал, что прежде чем перевестись в колледж Всех Святых, он проучился первые два курса в Тулейнском университете и изучал психологию у доктора Лидса.

– Этот парень, он настоящий придурок, – сказал Брайан, вытирая вспотевшие ладони о джинсы. – Он просто влюблен в себя. Учитывая, что в Тулейне был он, а здесь доктор Саттер, я решил бросить психологию и писать докторскую по философии. Я пришел к выводу, что люди интересуются психологией, потому что это нужно им самим. У них есть проблемы, они идут к психиатру, кайфуют от разговора о самих себе и решают, что они могут заработать на этом денег... – Брайан замолчал. К чему болтать без умолку? Давно, когда у него были все эти неприятности из-за обвинений в изнасиловании, его адвокат посоветовал ему отвечать точно и давать лишь ту информацию, о которой его спрашивали, и ни слова больше.

Полицейские ушли примерно через полтора часа, слава богу. Брайан подошел к окну и через грязные стекла принялся наблюдать за парковкой. За считаные минуты они сели в джип. Бенц за руль. Для чего они притащились сюда? Насколько серьезно они с ним разговаривали? Ему стало не по себе.

Он подумал, не позвонить ли Кристи, чтобы прочитать ей нотацию, но передумал. Однако вечернее свидание придется отменить. Бенц, вероятно, зайдет к дочери, и меньше всего на свете Брайан хотел снова с ним столкнуться. Нет, ему нужно время подумать. Ради чего он вообще встречается с дочерью копа?

Брайан подошел к холодильнику и достал из него банку пива. Только он открыл ее, как снова раздался звонок в дверь. Черт. Только не полицейские. Пожалуйста! Он сделал большой глоток и подошел к окну. Джипа не было. Хорошо.

Так кто же звонит в дверь? Усмехнувшись, он подумал, что знает ответ.

Нервозность от визита полицейских прошла. Он несколько охладел к Кристи с тех пор, как она вернулась от своего папаши-копа после Дня благодарения. Не потому, что Брайан не хотел ее видеть, а потому, что он подумал, что сыграть недоступного парня – совсем неплохая идея. Он чувствовал, что Кристи нравится, когда ей бросают вызов, поэтому и решил вести себя соответствующим образом. Может, ему удастся затащить ее в постель. Как это понравится ее отцу? А?

Снова раздался звонок, и он крикнул:

– Иду! – Затем тихо пробормотал: – Не снимай штанов. – Проведя пальцами через волосы, он подошел к двери и открыл ее. Наклеенная на лицо улыбка улетучилась, когда он узнал человека, стоящего у порога.

– Какого черта вы здесь делаете? – спросил он и в следующее мгновение увидел электрошокер. – Эй, подождите!

Но было слишком поздно. Он почувствовал удар тока и, падая, выронил пиво.

– Он подозреваемый, папа? Ты собираешься арестовать его? – спросила Кристи, не обращая внимания на хот-дог и кока-колу, которые ей купил отец. Он и Монтойя отвели ее на поспешный ужин к маленькому киоску, продающему гамбургеры рядом с кампусом. Там-то он и сообщил шокирующую новость – признался, что разговаривал с Брайаном. Неподалеку было несколько студентов, и она спрятала голову, не желая, чтобы ее видели вместе с отцом, когда он находится при исполнении.

– Скажем так, он «вызывает некоторый интерес». – Ее отец сидел напротив нее за столом с фальшивым деревянным навесом. Бенц был настроен совершенно по-деловому.

– «Вызывает некоторый интерес». Как, черт возьми, это понимать?

– Так, что я собираюсь понаблюдать за ним.

– Нет. – Ей захотелось вдолбить немного здравого смысла в своего старика. – Ты хочешь загубить мою жизнь? Ты это и делаешь! – Она бросила взгляд на Монтойю. – Он донимает Брайана лишь из-за того, что я с ним встречаюсь, да?

– Нет. Этот хлыщ может быть опасен. – Монтойя ел себя необычно. Казался более жестким, сердитым. Чувствовал себя так, словно дело затрагивает и его лично.

– А как же быть с презумпцией невиновности? А разве не это самое главное у нас в стране? Господи, папа, дай мне немного пожить спокойно, хорошо?

– Этот парень опасен.

– Это убийца опасен, папа, а не Брайан. Я знаю его. Он не убийца.

– Глупости. Я хочу, чтобы ты поехала со мной домой. Сейчас же. – Бенц встал во весь рост. – Здесь небезопасно.

– Для кого? Для всех? Или только для меня? Ты собираешься отправить всех на кампусе по домам только лишь из-за того, что, по-твоему, кто-то, возможно, что-то знает об этих убийствах?

Бенц напряг челюсть.

– Нет. Думаю, я не смогу этого сделать, но я могу арестовать его. Имеется достаточно косвенных доказательств, чтобы задержать его на время, – ответил он, зная, что несколько грешит против истины. У него не было ничего конкретного. Лишь внутреннее чутье. И этот придурок встречался с его дочерью. Но он видел кальян и пустые банки в его квартире. Он мог замести его за наркотики и, если у него на квартире бывают несовершеннолетние студенты, за распространение алкоголя. – Или ты поедешь со мной, или я его арестую. Что выбираешь?

– Ты серьезно?

– Серьезней некуда.

– Просто ужас какой-то. Ты готов поставить меня в неудобное положение?

– В одно мгновение, если это спасет тебе жизнь, – ответил он.

Ее подбородок дрогнул, затем она плотно сжала челюсти.

– Если ты так сделаешь, я никогда, никогда тебя не прощу.

Он посмотрел на часы.

– У тебя один час, чтобы собрать вещи. Ты можешь приезжать сюда каждый день на занятия. Тебя будет сопровождать телохранитель.

– Ни за что. Мне уже восемнадцать. Ты не можешь меня заставить... – Выражение его глаз вынудило ее закрыть рот. Через полчаса она должна была встретиться с Брайаном в библиотеке.