Корги-детектив: коварные игрушки - Милдред Эбботт

– Я так злюсь… Теперь я понимаю, почему умерла Агата. Я бы тоже могла отдубасить кого-нибудь скалкой.

Я положила руку ей на плечо:

– Это еще одна причина, почему мы с тобой друзья. Я чувствую то же самое, я знаю, что не должна в этом признаваться, но так оно и есть.

Кэти глубоко вздохнула, и теперь в ее голосе вместе с гневом прозвучало и беспокойство:

– Нам стоит волноваться? Офицер Грин найдет любую удобную зацепку, чтобы повесить это преступление на нас. Не понимаю, почему она так ненавидит меня.

На этот счет у меня не было никаких сомнений.

– Она ненавидит не тебя.

Кэти усмехнулась:

– Да, так и есть. Это не из-за тебя. Из-за меня. Она уже давно терпеть не может мою маму и Барри. У ее брата есть магазин фокусов. А мама и Барри – собственники недвижимости. Они замечательные люди, но как хозяева не очень. Рассеянные, легкомысленные, плохо идут на сотрудничество. Ее брат много раз пытался выкупить магазин, но Барри всегда отказывал. Поэтому Сьюзан и ненавидит нашу семью и еще, наверно, потому, что из-за нас в принципе много хлопот.

– Правда? Поэтому? Она пытается повесить на нас убийство только из-за этого?

Я пожала плечами:

– Частично, да. Но мне кажется, что лично между нами тоже есть небольшая неприязнь. Я заметила это, когда она впервые допрашивала меня по делу с Агатой, а после того как Брэнсона повысили, все только усугубилось. Мне кажется, его она тоже недолюбливает. И бесится еще больше, понимая, что между нами что-то происходит.

Кэти вздохнула, как будто не спала целую неделю.

– Жаль, что он сейчас не в городе.

– Да. Мне тоже.

Брэнсон говорил мне, что его не будет в городе примерно неделю. Он настаивал, что хочет поужинать со мной перед Рождеством. Я совсем забыла об этом со всей этой суматохой с магазином.

Кэти прервала мои размышления о Брэнсоне:

– Чего я не понимаю, так это того, кто мог желать смерти Деклану? У него магазин игрушек, черт возьми! Что может быть более спокойнее, чем это.

– Ну… на самом деле… – Полагаясь на то, что сказал Барри прошлой ночью и что я видела собственными глазами, как минимум три человека могли желать смерти Деклану. – Я расскажу тебе обо всем, только давай сначала заскочим в больницу, чтобы тебе обработали руки, потом возьмем пиццу и поедем ко мне домой.

К тому времени, как Кэти уехала, было почти девять. После того как в течение нескольких часов мы сплетничали и строили догадки, мой гнев утих, но мозг все еще продолжал работу. Я уселась в кресло, на котором валялась куча вещей. Я сидела у камина и перечитывала мой любимый роман Жаклин Уинспир, а в окне отражалась мигающая рождественская елка. Вскоре от теплоты книги, камина и Ватсона у моих ног я задремала.

Я проснулась оттого, что лежащий на подлокотнике кресла телефон завибрировал. В камине остались почти одни угли, и в комнате стало прохладнее. Я взглянула на экран. Был почти час ночи, и, хотя номер был мне незнаком, по коду я определила, что звонили откуда-то из города.

Я приняла вызов.

– Алло.

– Фред!

Услышав взволнованный голос Кэти, я резко выпрямилась и случайно толкнула Ватсона ногами.

– Кэти! Что случилось?

– Меня задержали. Они говорят, что я пыталась убить Деклана.

– Что?! – Спросонья я решила, что это розыгрыш, но потом вспомнила слова офицера Грин. – Почему?

Она всхлипнула:

– Они нашли отпечатки моих пальцев на щелкунчике.

– Но откуда? – Я помолчала. – Ты трогала его? – Глупый вопрос. Конечно трогала, если на нем обнаружили отпечатки ее пальцев. – А при чем здесь щелкунчик?

– Наверное, трогала, но я даже не помню этого. Такие игрушки никогда мне не нравились. Они сказали, что его ударили им. Наверно, до того, как задушили. Все, что я помню, это то, что я вошла, увидела тело Деклана и начала снимать с него эту дурацкую гирлянду. Но, может быть… может, он лежал где-то рядом, и я переложила его. Я не помню. Все как в тумане.

Я старалась не запаниковать. Что бы ни происходило, всему можно найти объяс нение.

– Так, где ты?

– В полицейском участке. – По тону Кэти было понятно, что она считала это очевидным. – Меня задержали. Ты мой единственный телефонный звонок.

Мне надо было переварить эту информацию.

– Кэти, почему ты позвонила именно мне? Ты должна была позвонить своему адвокату.

– Адвокату? – Кэти резко повысила голос. – У меня нет адвоката! Зачем обычному человеку адвокат? Я даже не знаю никого из адвокатов. Да даже если бы и знала, у меня все равно нет на него денег. Они сказали, что предоставят мне кого-то.

– О Кэти, – проворчала я.

– Что? У меня нет таких денег!

Я была уверена на все сто процентов, какого именно адвоката ей предоставят. Даже если бы у них была целая уйма адвокатов, офицер Грин обязательно позаботилась бы, чтобы вызвали именно Джеральда Джек сона.

– Так, ладно, это, по крайней мере, лучше, чем ничего. Но пока постарайся не говорить ничего лишнего. Завтра я найду для тебя кого-нибудь получше, только сначала придумаю кого.

Хотя любой адвокат был бы лучше. Но сейчас я не хотела говорить это Кэти.

– Фред, я позвонила тебе, не чтобы разговаривать про адвокатов. – Кажется, теперь Кэти не так паниковала, а ее голос даже стал спокойнее. – Я позвонила тебе. Мне нужна ты.

– Почему? Как я могу помочь? Я же не адвокат.

И снова Кэти заговорила так, как будто причина очевидна:

– И так понятно, что я не могу положиться на полицию, если офицер Грин хочет повесить это дело на меня. Мне нужна твоя магия.

– Моя магия?

– Боже мой, да, Фред. Твоя магия! Это ты спасла честное имя Барри, когда его обвинили в убийстве Агаты. – Теперь она говорила почти шепотом, как будто ее подслушивали. – Ты должна узнать, кто это сделал.