Сделка обреченных - Давид Кон

– Я была в Иерусалиме.

– Где? – Брови тети Вардены поползли вверх, а взгляд задержался на племяннице чуть дольше. – Что это значит: «Я была в Иерусалиме»?!

– Меня просил приехать Авраам Ашинзон.

Подбородок тети Вардены дрогнул.

– Авраам? Он еще жив?

– Он умер вчера вечером. Но успел рассказать мне об исчезновении дедушки Жана.

Тетя Вардена наконец отвела глаза от экрана.

– Ты хочешь сказать, о гибели дедушки Жана?

– Нет. Ашинзон рассказал мне об исчезновении деда.

Тетя Вардена, явно заинтересованная, повернулась к Лизе всем телом.

– Что за ерунду он придумал? Жана убили гестаповцы. И Аврааму это известно лучше, чем кому-либо другому. Он ведь встречал поезд в Стамбуле.

– Тетя, подожди. – Лиза покачала головой. – Я расскажу тебе все, о чем мы говорили с Ашинзоном. Но прежде помоги мне разобраться, кому сколько лет было тогда, в тридцать пятом.

– Сколько лет? – Тетя Вардена помедлила. – Твоему деду Жану было тридцать восемь. Он ведь родился в Одессе. Родители привезли Жана в Париж в тысяча восемьсот девяносто девятом, когда ему только исполнилось два года. Его жене, твоей бабушке Голде, исполнилось за неделю до гибели Жана тридцать четыре. Мне тогда было пятнадцать. – Тетя кокетливо улыбнулась. – Я все-таки не такая старая. А твой папа только родился.

Тетя помедлила, то ли что-то вспоминая, то ли делая какие-то вычисления.

– В апреле тридцать пятого, когда папа уехал, твоему отцу было всего три месяца.

Лиза прикрыла глаза, словно ожидая, когда полученная информация осядет в закоулках ее памяти.

– Значит, в этом доме жили дедушка Жан, бабушка Голда, мой папа, ты. Кто еще?

– Родители Жана. Мои бабушка и дед. Твои прадед и прабабка. Деду было тогда пятьдесят девять лет, маме – пятьдесят семь.

– Как вы узнали о том, что случилось с дедом?

Тетя Вардена задумалась. Молчала она долго, пока Лиза не тронула ее за рукав.

– Я боготворила отца, – сказала тетя Вардена. – Он был такой остроумный, элегантный. Да еще и занимал такой высокий пост! В доме постоянно были какие-то люди, решали какие-то проблемы. Отец часто уезжал. Он присылал нам письма и открытки. Из Вены, из Цюриха, из Софии. Когда он исчез, меня, как ты понимаешь, в курс дела не посвящали. Но я слышала разговоры. Дед встречался с Хаимом Вейцманом, он приезжал к нам домой с какими-то людьми. Они совещались, думали, что делать и как найти отца. Я знаю, что бабушка, дед и Голда ездили в МИД. По-моему, даже к министру. Время от времени мы получали официальные письма. Бабушка читала их и плакала. Мама постоянно говорила со мной об отце. Она могла думать только о нем.

– А Ашинзон?

– Что – Ашинзон? – Тетя Вардена внимательно посмотрела на племянницу.

– Он приходил к вам?

– Приходил. Несколько раз. Но он был только секретарем отца и не участвовал в совещаниях с высшими руководителями агентства.

– Он не рассказывал о том, что обнаружил в купе Восточного экспресса?

– В купе? В котором убили отца? Может быть, и рассказывал. Но я об этом ничего не знаю. А что он там обнаружил?

– Вот это я и хотела тебе рассказать, тетя.

Тетя Вардена взяла племянницу за руку.

– Что ты собираешься сделать, Лиза?

– Я хочу выяснить, кто и за что убил деда.

Тетя Вардена кивнула в сторону телевизора, на экране которого судья поднимал руку победителя.

– Ты, девочка, не слабее любого из этих мужиков. Тогда, в тридцать пятом, не нашлось человека, который взял бы поиск Жана в свои руки. Бабушка и дед были слишком стары. В то время пятьдесят девять – это уже была старость. Мама была слишком растеряна и могла только плакать. Наверное, тогда нам не хватало тебя.

– Ну что ты, тетя, – пробормотала растроганная Лиза.

– Но, поверь мне, девочка, даже располагая столь незначительными силами, мы сделали все, чтобы вернуть тело Жана. Или хотя бы найти его могилу. Нам помогало все руководство Еврейского агентства. Но у нас ничего не получилось. Как же ты теперь, когда прошло столько лет…

– Тогда было другое время, – решительно перебила Лиза. – Германией правили фашисты, евреи были изгоями, наши страны враждовали. Теперь никто не посмеет препятствовать моим поискам. А архивы, тетя, никто не сжигал. Не может быть, чтобы документы по такому делу не сохранились.

Тетя Вардена молчала. Затем она щелкнула кнопкой, и экран телевизора погас.

– Ладно, – кивнула она. – Может быть, ты и права. Рассказывай, что ты узнала от Ашинзона.

6

В Центральном архиве министерства обороны Андрей нашел Поля Госсе. Профессор Королев прекрасно отзывался об этом человеке и снабдил Андрея рекомендательным письмом, пообещав, что «Поль поможет непременно».

Вопреки ожиданиям Андрея, Госсе оказался вовсе не старичком-архивариусом в темно-синих нарукавниках и старомодном пенсне, а молодым человеком в потертых джинсах и ярко-красном свитере. Он прочел письмо Королева и картинно развел руками.

– Франция к вашим услугам, мсье Андрэ.

Андрей рассмеялся.

– Ну уж, вся Франция! С меня вполне достаточно вашего архива.

Андрей достал папку с копией драгоценного донесения Сталину и объяснил ситуацию. Госсе вернулся за компьютер и придвинул к себе клавиатуру.

– Операция «Каталина», операция «Каталина», – повторял он, качая головой, пока его руки бегали по клавишам. – Никогда не слышал о такой операции. Вы уверены, что ее проводила именно французская разведка?

Андрей подчеркнул ногтем слово «французская» в донесении. Госсе покосился на незнакомые буквы, дотронулся пальцем до пузатой «Ф» и кивнул.

– Где она проводилась? В какой стране? Или хотя бы какой именно из наших разведок – военной или общей?

Андрей пожал плечами. Госсе переходил со списка на список и бормотал себе под нос: «Ничего! Так, посмотрим здесь». Наконец он оттолкнул от себя клавиатуру.

– Странно! – Госсе откинулся на спинку кресла. – Ничего нет. Ни в одном каталоге.

– Как же это может быть? – Андрей, словно спасательным кругом, помахал пожелтевшим донесением. – Ничего нет ни у вас, ни у нас.

– Не знаю. – Госсе кивнул на экран компьютера. – Смотрите сами. Я сделал запрос по всем каталогам, включая два секретных. Нигде ничего нет.

– Может быть, есть еще какие-то каталоги? – Андрей сел рядом с французом.

В его голосе прозвучали нотки просителя, вторгшегося в серьезное учреждение и отвлекающего серьезного человека от его серьезных дел. Андрей вдруг подумал: а не предложить ли этому человеку за компьютером немного денег, чтобы активизировать его поиски? Но Госсе неожиданно сказал:

– Конечно, есть. Но туда нет доступа. Ни мне, ни вам. Можем,