Красная шкатулка - Рекс Стаут

— Да, он так сказал.

— Не кажется ли вам… — Она замялась. — Вы всегда обсуждаете с полицией дела своих клиентов?

— Я обсуждаю дела со всеми, кто может располагать полезной информацией. — Вулф посмотрел на часы. — Мне кажется, мы можем подвести итог. Сейчас без десяти четыре. Два часа — с четырех до шести — я всегда провожу у себя наверху, в оранжерее, и ни в коем случае не желаю менять свои правила. В сущности, все очень просто, как с поразительным красноречием разъяснил ваш деверь. Я не выставляю никакого ультиматума мистеру Луэллину Фросту. Напротив, я предлагаю ему выбор. Либо он немедленно выплачивает всю сумму, которая полагалась бы мне по выполнении заказа — он прекрасно знал, что я беру высокие гонорары, — и мы прекращаем отношения. Либо я продолжаю расследование до конца, а уж потом выставляю ему счет. Естественно, у меня будут дополнительные трудности, если его близкие попытаются воспрепятствовать мне.

Миссис Фрост покачала головой.

— Мы не собираемся чинить вам никаких препятствий, — сказала она мягко. — Но совершенно очевидно, что вы неверно истолковали выражение моей дочери, и мы, естественно, озабочены этим.

Кроме того, если вы собираетесь обсудить это с полицией, было бы желательно, чтобы вы поняли…

— Я понимаю, миссис Фрост, — перебил Вулф, глядя на часы. — Вы хотели бы услышать заверение, что я не сообщу инспектору Кремеру, как я истолковал выражение вашей дочери. Простите, но я не могу дать такого заверения до тех пор, пока я не устранюсь от дела с выплатой полного гонорара или пока не получу подтверждения от мистера Луэллина Фроста — а при сложившихся обстоятельствах также от вас и вашего деверя — о необходимости продолжить расследование, за которое я взялся. Добавлю, что ваши опасения беспочвенны, хотя и весьма понятны. Вероятность, что ваша дочь замешана в убийстве мисс Лок, ничтожно мала. Если же по чистой случайности она располагает какой-либо важной информацией, которую по великодушию или осторожности предпочла пока скрыть, то чем скорее она представит ее, тем лучше, и желательно до того, как об этом узнает полиция.

Миссис Фрост нахмурилась:

— Моя дочь не располагает никакой информацией.

— Не обижайтесь, мадам, но об этом мне надо лично спросить вашу дочь.

— Значит, вам хотелось бы продолжить расследование? В противном случае вы намерены информировать инспектора Кремера?

— Я ничего не говорил о своих намерениях.

— Но вы хотите продолжить…

— Да, — кивнул Вулф, — либо я продолжаю дело, либо сейчас полностью получаю свой гонорар.

— Послушай, Калида, — заговорил Дадли Фрост, выпрямившись на стуле. — Я вот сидел и думал… — Вулф положил обе руки на подлокотники кресла. — Почему бы нам не позвать Елену сюда? Этот Вулф попросту блефует. Максимум осторожности — вот что нам сейчас нужно, иначе плакали десять тысяч Елениных денежек. Поскольку ответственность за них лежит на мне, то я и обязан это предотвратить. Священный долг всякого опекуна — сохранить в целости собственность, доставшуюся по наследству. Выплатить же десять тысяч из какого-нибудь дополнительного дохода мы не можем, потому что у нас его нет. Единственный способ разоблачить этот обман…

Я уже двинулся к бару, чтобы достать еще виски, — очевидно, организм нашего гостя уже хорошо усвоил первую порцию, — но глянул на шефа и остановился. Отодвинув кресло, Вулф поднялся, обошел стол и, остановившись перед Луэллином Фростом, объявил громко, перекрывая шумное словоизвержение Дадли Фроста:

— Я должен идти. О своем решении сообщите мистеру Гудвину. — Он направился к двери, не подумав даже остановиться, когда Дадли крикнул ему:

— Эй, куда же вы? Убегаете? Ну, ладно, сэр, мы еще… — Поскольку мишень его словесных стрел уже скрылась из поля зрения, он обернулся к невестке: — Ну, вот видишь! Что я тебе говорил — мы разоблачим этот обман. Все, что требуется в таких случаях…

Миссис Фрост даже не повернула головы, когда вышел Вулф. А Луэллин снова потянулся к отцовской коленке, тщетно взывая:

— Да уймись же ты, отец! Послушай меня.

— Ну вот что, господа, — сказал я, вставая, — если вам надо поговорить, я вас ненадолго оставлю.

— Благодарю вас, — покачала головой миссис Фрост. — Думаю, в этом нет необходимости. — Она обернулась к племяннику, голос ее звучал твердо: — Вот что, Лу, ты затеял эту историю — тебе ее и расхлебывать.

Луэллин что-то ответил ей, потом в разговор вмешался его отец, но я мало что слышал, так как вставил в машинку лист бумаги, напечатал дату и начал отстукивать:

«Ниро Вулфу

Прошу продолжить впредь до особого уведомления расследование обстоятельств смерти Молли Лок, которое я поручил вам вчера, в понедельник, 30 марта 1936 года».

Крутанув валик, я вынул лист из машинки, положил его на край стола шефа и подал Луэллину авторучку. Тот начал читать. Фрост-старший вскочил и схватил его за рукав:

— Не вздумай подписывать! Дай сюда! Что он там сочинил?

Луэллин отдал отцу бумагу, и тот, хмурясь, дважды внимательно прочитал ее. Миссис Фрост тоже взяла листок, быстро пробежала его глазами и обратилась ко мне:

— Я думаю, мой племянник не должен ничего подписывать.

— А я думаю, что должен. — Затянувшиеся словопрения так же осточертели мне, как и Вулфу. — Вы, господа, не хотите понять одной простой вещи. Если мистер Вулф сочтет себя свободным от обязательств перед клиентом и изложит инспектору Кремеру свои соображения о мисс Фрост, знаете, что произойдет? Кремер целую неделю возится с этим убийством — и все без толку. Уже говорят: горящие сигареты от злости глотает. За любую зацепку рад-радешенек ухватиться. Мисс Фрост сразу же доставят в управление. Куском резинового шланга бить ее, пожалуй, не станут, но разговор будет на целую ночь, и нелегкий разговор. Вы вряд ли…

— Хорошо! — Дадли Фрост хмуро смотрел на меня. — Мой сын решил. Пусть Вулф продолжает расследование. Я с самого начала думал, что так будет лучше, но этого он не подпишет.

— Подпишет, — возразил я, беря бумагу из рук Калиды Фрост и снова кладя ее на стол. — Чего тут раздумывать? — Я поднял руки вверх. — Черт, трое против одного! Вам же самим потом стыдно будет. Тут черным по белому написано: «Впредь до особого уведомления» — никакого подвоха. Вы же слышали, что сказал мистер Вулф. Ей-богу, в противном случае мне самому придется побеседовать с инспектором Кремером.

Лу Фрост исподлобья посмотрел на тетушку, на отца, потом на меня.

— Да, заварилась каша. — Он сморщился. — Будь у меня десять тысяч!..

— Осторожнее, — предупредил я, — ручка иногда подтекает. Подписывайте!

Он нагнулся над столом и нацарапал свое имя. Остальные Фросты мрачно смотрели на него.