Карманник - Пётр Г. Кобинцев

— Вот с тобой потолкуем и пойдём по домам, а то засел там, у Беса, мы уже всех комаров накормили, по два раза.

— Выходит дело, мне тоже кормить их придётся, это ж с какой такой радости? И кто там ещё с тобой? — Отвечая на мой последний вопрос, из тех же кустов вылезли Билл и Джокер.

— Все свои. — Радостно ощерился Джокер. — Не дрейфь, малыш.

— Почти все, точно. Ещё бы Дрозд и Штырь появились — и полный комплект. Зачем ждали-то?

— Сейчас всё узнаешь. — Процедил Билл и, протянув руку, ухватил меня за рукав, намереваясь затащить в кусты. Я вырвался и попытался бежать, но Факер поставил мне подножку, а Джокер насел сверху, бормоча мне на ухо: — Ну, ты как не родной Шкет, пацаны ждали тебя, гонца за пивком отправили, пойдём, побеседуем.

После этой возни меня всё-таки затащили в злополучные кусты и некоторое время разглядывали, молча, недобро ухмыляясь. Такое положение меня никак не устраивало. Чего им от меня надо? Почему мне не говорят ничего толком? Наверняка кого-то ждут. Ну конечно, ведь Джокер толковал о каком-то гонце. Теперь понятно многое, почти всё. Ребята решили сыграть свою игру. Наверняка скоро подойдут Дрозд со Штырём — по логике, больше некому. Что мне можно предпринять в данной ситуации? Немного вариантов на самом деле. Тут либо бежать без оглядки, либо ждать, пока всё само собой не разрешится. Во втором варианте я рискую быть втянутым в авантюру. А если откажусь, морду точно разобьют, если не убьют. В раж войти могут, много их, подогретые все. Одно ясно: слинять по-тихому не удастся, но очень хотелось бы. Вот же, блин, смотрят на меня, глаз не отводят. Молчат, главное, маринуют, до кондиции доводят. Скорей бы уж к делу перешли. Я сделал попытку встать, и тут же Факер перестал изображать истукана.

— Куда это ты намылился, мы с тобой ещё не закончили разговор.

— Всё равно ничего не говорите, а мне отлить надо.

— Ты чего, девочка, что ли? Повернись к лесу передом, ко мне задом и делай смело своё дело. — Шутка его всем понравилась, даже мне, я решил не переигрывать, не изображать, что при всех не могу это делать, поэтому просто повернулся спиной к Факеру и отлил. Пока я делал своё дело, зашелестели кусты, и бодрый голос Штыря произнёс:

— Фиг-ля вы расселись тут в темноте, айда на берег, Дрозд там с бухлом дожидается. А этот чего, уже обоссался? — Все дружно заржали. Потом поторопили меня, и мы все направились к берегу Дубравенки. Впереди катил на своём велике Штырь, подсвечивая себе дорогу маленькой фарой, за ним, вытянувшись цепочкой, последовали остальные. За мной шли, как привязанные, Джокер с Биллом. Опасаются, что смоюсь, правильно опасаются.

У меня были очень нехорошие предчувствия относительно нашей встречи. Было совершенно непонятно, что нужно делать и нужно ли вообще суетиться, может, так всё само собой утрясётся. Между тем времени на какие-либо действия уже не оставалось, мы подошли к заветному местечку всех алконавтов и бичей, в общем, всех, кто любит гульнуть в стороне от любопытных глаз. Находилось оно за дорогой, у моста. Как раз возле дренажных коллекторов. Между двух бетонных труб нанесло земли, и весь этот пятачок густо порос травой, получилось что-то вроде небольшой полянки, с одной стороны защищённой дорожной насыпью, с другой — деревьями. Правда, с противоположного берега всё было видно как на ладони, но отгороженные речкой завсегдатаи этого места могли ни о чём особенно не тревожиться. Ближайший мост был довольно далеко, и, если у кого-то было желание вмешаться, он пришёл бы в лучшем случае к пустому берегу, в худшем варианте визитёра уже ожидали бы. А вечером бухать здесь совсем фантастично. Фонарь у дороги дарит умеренный свет, речка шепчет перекатом, в общем, благодать. Вот тут-то нас Дрозд и дожидался.

Поскольку все недавно виделись, шумных приветствий не было. Народ дружно потянулся к выпивке и хавчику. Большая белая колбаса из полиэтиленовых стаканов была безжалостно растерзана, пробки на «боброве» и «клинском» свинчены, а бесхитростный закусон, состоящий из чипсов и сушёной плотвы, расположился на развороте газеты «Известия», многие обзывали её «извёсткой». Несмотря на всеобщее веселье, обо мне не забыли. Позади меня по-прежнему находился Билл. Джокера я не видел, но понимал, что он тоже глаз с меня не сводит. И тут подал голос Дрозд:

— А почему наш юный друг скучает? Это не по-товарищески, налейте ему, ребята, пива.

— Спасибо, Дрозд, я не пью, маленький ещё. — Моя рука решительно отодвинула стакан, увенчанный пенным, шевелящимся колпаком.

— Воровать значит не маленький, а пивасика с коллегами дёрнуть — сразу малышом прикидываешься. А может, ты брезгуешь нашей компанией? Нет, этого я не думаю, слишком серьёзная предъява. Скорее всего, ты действительно не пьёшь. Ну, тогда может «Дариды» опрокинешь, с чипсами? Не робей, ты у нас почётный гость. Не каждый день удаётся выпить с человеком, который тебя освободил. Жаль, Лысого не хватает в нашей тёплой компании.

Я решил отмалчиваться пока, а чтобы моё молчание не выглядело хамством, я взял стакан и наполнил его доверху минералкой. Захватив пригоршней чипсов, набил до отказа рот. Теперь я не мог болтать при всём желании. Дрозд лукаво усмехнулся и больше меня не доставал. Все дружно выпивали, нешумно разговаривали и делали вид, что меня здесь нет, но при этом каждое моё движение рассматривалось, как под микроскопом. Мне надоело стоять столбом, и я решил присесть тут же, на траве. Схватил полиэтиленовый пакет, из которого, гулко бумкнув об землю, выпала банка энергетика «Бёрн», и постелил себе под зад. «Бёрн» мне великодушно разрешили выпить, что я и сделал с превеликим удовольствием.

Я чувствовал себя не в своей тарелке, как говорится, и ожидал конца пирушки, так как не решался уходить, подспудно понимая, что мне не дадут этого сделать. И тут до меня дошло, что ко мне обращаются, причём довольно настойчиво.

— Слышишь, чего говорю? — уже тряс меня за плечо Штырь. — Хамьё поганое. Сел тут со скорбной рожей, ни спасибо тебе, ни извинений.

— Я должен перед кем-то извиняться? — спрашиваю с удивлением на лице и слышу в ответ, уже от Дрозда, целую тираду.

— Да, так получается, что перед каждым из нас, персонально. Молодец, что не спрашиваешь за что. Значит, знаешь, в чём проблема. Как, не знаешь? Ты нас обидел. Барыга от нас отказался из-за вас с Лысым. Чего-то вы там учудили серьёзное, раз Бес так запаниковал? Ну и потом, тебя пригласили