Убийства - помеха любви - Сельма Эйчлер

На следующее утро я катила через Нью-Джерси в немыслимое для себя время: не было еще половины восьмого. Я спешила на встречу с сестрой Эдны Клори.

Билл и Эвелина Андерсон обитали на спокойной улочке, застроенной аккуратными домиками. Уютный и респектабельный квартал, неотличимый от других пригородов Нью-Йорка и Филадельфии, населенных средним классом.

Эвелина открыла дверь, и я едва устояла на ногах от изумления. Честно говоря, я ожидала увидеть еще одного дистрофика в женском обличье – живой укор всем любителям пирожных, – но передо мной стояла эффектная, пусть и не толстая дама. Сестры были похожи и не похожи одновременно. Как и миссис Клори, Эвелина была высокой, худощавой, но ничуть не изможденной. Такие же темно-русые волосы, но отливавшие приятной рыжиной и отнюдь не тусклые. Такое же вытянутое лицо, но излучавшее силу и энергию. Косметика наложена умелой рукой, наряд неброский, но элегантный и явно не из дешевых. Словом, если Эдна вызывала жалость, то Эвелина разила наповал.

Наверное, Эвелина моложе несчастной Эдны. Во всяком случае, выглядела она моложе. Но ведь ей не приходилось жить с гнусным Клори.

Мы прошли в большую, хорошо обставленную гостиную. Билл Андерсон сидел в удобном кресле и шелестел газетой. Это был поджарый, красивый мужчина лет пятидесяти с располагающей улыбкой. Он поднялся и представился. Этот человек понравился мне с первого взгляда.

Супруги настояли, чтобы я немного подкрепилась, и я не стала препираться по этому поводу. И вот за чашкой крепкого кофе с чудесным кексом мы обсудили недавнюю вечеринку у Шона Клори.

– Эдна так старалась угодить этому человеку, – вздохнула ее сестра. – Его день рождения приходился на понедельник, так что вечеринка должна была состояться в тот же день. Эдна не хотела откладывать праздник до выходных: считала, что ее ненаглядный Шон должен отпраздновать свой день рождения вовремя. Представляете? Нас это устраивало. Билл – сам себе начальник, у него аптека недалеко отсюда, так что он мог спокойно отлучиться, оставив дела на своего помощника. А я не работаю. Точнее, работаю не выходя из дома. – Она обвела рукой комнату. – А бедная Эдна трудится официанткой, так что весь день она была занята. А потом еще крутилась дома. Вы уж небось догадались, что на помощь Клори ей надеяться не приходится?

Ответ явно не требовался.

– И тем не менее Эдне удалось приготовить восхитительный обед. Один Господь знает, где она нашла время, и вечер получился вполне сносным. К счастью, Клори быстро набрался и отключился. – Эвелина внезапно замолчала. – Надеюсь, что-то в этом роде вы и хотите знать.

– Вы замечательная рассказчица, дорогая. А где именно отключился Клори?

– На диване в гостиной. Что нас очень устроило. Мы перебрались за кухонный стол и болтали в свое удовольствие. У Патрика, брата Шона, замечательное чувство юмора.

– Правда, его подружка – жуткая зануда, – вставил Билл Андерсон.

– Верно, но уж лучше она, чем виновник торжества.

– Аминь! – отозвался муж.

– В котором часу Шон Клори заснул?

– Должно быть, около десяти.

– Нет, позже, – поправил Билл. – Телефон зазвонил, когда было почти половина одиннадцатого. Я помню, все еще удивились, кто это в столь поздний час. – Он повернулся ко мне: – Это была Колин, их дочка. Она ночевала у подружки и хотела о чем-то попросить маму. Но трубку взял Клори.

– Да-да, – подхватила Эвелина.

– И вскоре после этого он и заснул?

– Да почти сразу… – Эвелина посмотрела на мужа.

– Да, – подтвердил он.

– Сидя на кухне, вы могли его видеть?

– Нет, кухня находится в конце коридора, гостиную оттуда не видно, – объяснил Билл.

– Он так и пролежал там до конца вечера?

– Ага, – улыбнулась Эвелина. – Когда Патрик и Хеди… это подружка Патрика… В общем, когда они засобирались, мы проводили их до двери. Шон валялся на диване и своим храпом мог заглушить оркестр.

– Вы не обратили внимания на время?

– По-моему, было около двух, ведь так, Билл?

– Ближе к двум тридцати, – возразил он с извиняющейся улыбкой. – Я знаю точно, так как двумя минутами позже завел часы.

– И после этого вы легли спать?

Оба кивнули.

– А Эдна?

– Она отправилась спать почти сразу после нас. Только лишь собиралась сполоснуть кофейные чашки.

– А Шон?

– Утром, когда мы уходили, он все еще храпел на диване.

– Значит, на кухне вы просидели с половины одиннадцатого до половины третьего. Кто-нибудь из вас входил в гостиную?

Эвелина покачала головой:

– По-моему, нет. Я точно не входила.

– Я тоже не входил. Но мне кажется, Эдна разок заглянула туда. Наверное, хотела посмотреть, как ее муженек. – И, предвосхищая мой следующий вопрос, Билл добавил: – Не могу сказать, который был час.

– Около одиннадцати? Или ближе к полуночи?

– Может, половина первого или час. Но это всего лишь догадка.

Не знаю почему, но ответ вызвал у меня беспокойство. Предположим, Клори не спал, когда Эдна заходила в гостиную, однако никто в целом свете не заставит ее признаться в этом. Если бедняжка хочет остаться живой и здоровой, ей придется держать язык за зубами. Но на данный момент, учитывая мою жаркую симпатию к Шону Клори, мне было вполне достаточно знать, что этот негодяй мог выйти из квартиры и убить несчастную Агнес Гаррити.