Искатель, 2007 № 09 - Журнал «Искатель»

— Ты ответишь? — с мягкой улыбкой гнул свое Посланник.

У Ахона возникло странное чувство, будто эти двое давно уже знают друг друга и сейчас, встретившись после долгой разлуки, продолжают прерванный когда-то разговор, понятный им одним.

— Хочешь, чтобы он услышал? — кивнув в сторону Ахона, жестко спросил Стик.

— Он пришел с тобой, он имеет право знать, почему он здесь, — заметил Посланник. — Разве нет?

Ахон переводил удивленный взгляд с Посланника на Стика и обратно. О чем это они?

— Послезавтра служители предадут Небесному Огню девушку, которую он любит, — вперив в Посланника тяжелый взгляд, зло проговорил Стик. — Это недостаточно веская причина для того, чтобы он был здесь?

Посланник взглянул на Ахона. Тот, не выдержав, отвел глаза. Взгляд Посланника жег каленым железом, и от него не было спасения. На какой-то миг Ахон снова горячо возжелал, чтобы Стик поскорее закончил задуманное и это наконец закончилось.

— Этот мальчик идет по твоим стопам, — задумчиво проговорил Посланник. — Он встал на путь гнева и мести…

— Ему еще не за что мстить! — возразил Стик. — Для него все еще может закончиться по-другому!

— Но он уже поверил в то, что зло можно одолеть злом, — отозвался Посланник.

— Ему не оставили выбора!

«Зло одолеть злом»? Ахон совсем растерялся — о чем это они?

— Выбор есть всегда…

— Вранье! — гаркнул Стик, порывистым жестом отметая слова Посланника. — Твои Служители давно уже лишили людей выбора. Живи так, как говорят они, или умри — вот и весь наш выбор. Но вы просчитались, если решили, что уже заполучили этот мир в полную собственность! Вас еще можно остановить! Есть еще силы…

— Ты говоришь о тех, кто призывает Темного? — доброжелательно полюбопытствовал Посланник.

— Глупцы, — отрезал Стик, успокоившись так же быстро, как вспыхнул, — поклоняющиеся теням и полагающие, что так они противостоят пламени, которое эти тени порождает. Такие же глупцы, как и те, кто верит словам Служителей, будто Свет может существовать не порождая теней! Я говорю о тех, кто еще помнит Истину. Не ту, которую навязывают нам Служители, а подлинную Истину о том, что Мир един и неделим и нет в нем ни Абсолютного Зла, ни Абсолютного Добра. Истину о том, что Тьма может быть благом, а Свет — проклятьем и разрушением! Я здесь, чтобы исполнить их волю…

— Ты действительно веришь в то, что один человек сможет противостоять силе Служителей и выйти победителем? — спокойно уточнил Посланник.

Ахону показалось, что в глазах его промелькнуло нечто похожее на одобрение. Невероятно!..

— Я не один, — кивнул Стик. — А Служители не так уж сильны! Они используют чужую силу, и, чтобы лишить их власти, нужно всего лишь уничтожить источник этой силы!

— Их сила идет от Светлого, — негромко и без выражения произнес Посланник. — Верой в Него укрепляется дух Служителей…

— Ложь! — с презрением бросил Стик. — Я знавал многих Служителей, я говорил с Отшельниками; большинство из них не способны поверить в то, чего никогда не видели! Им нужны доказательства, реальные дела, и потому они верят не в Светлого… Они верят в тебя!

— И поэтому ты хочешь меня убить? — Посланник с улыбкой покачал головой. — Я умирал и возрождался сотни раз…

— Но ты еще не умирал так, — спокойно возразил Стик, доставая из-под плаща черный арбалетный болт.

Ахон замер, парализованный нахлынувшим ужасом. Он никак не мог поверить в то, что все это происходит на самом деле, что все это происходит с ним! Неужели это случится на его глазах?! А вот Посланник нисколько не изменился в лице. Все с той же грустной улыбкой он снова качнул головой.

— Ты хочешь уничтожить меня силой Темного? Полагаешь, это что-то изменит? Веришь, что все дело во мне?

— Ты зажег пламя, которое сжигает мой мир! — со злостью процедил Стик.

— Я всего лишь научил людей отличать Добро от Зла! — возразил Посланник.

— А не ты ли научил людей тому, что Зло и Добро непримиримы? — желчно поинтересовался Стик. — Что одно исключает другое, но победа Зла будет концом нашего Мира?

— Это было очень давно, — мягко возразил Посланник. — Времена были иными, иными были и люди. Я говорил тогда то, что они должны были услышать, чтобы слова мои, подобно зернам, запали им в души и дали всходы…

— Ну и как? Ты доволен урожаем?

Посланник вздохнул.

— Я показал людям Свет, к которому можно стремиться, но…

— Но они почему-то обратились лицом к Тьме! — подсказал Стик. — Служители говорят, что Светлый исцеляет людские души любовью, а Темный калечит их страхом, — глядя в глаза Посланнику, твердо проговорил Стик. — Так почему же Служителей Светлого люди боятся больше, чем самого Темного?

Посланник смотрел на Стика с безмятежно-спокойным выражением лица и молчал.

— Кому вообще служат твои Служители? — Голос Стика зазвенел ненавистью. — Тебе? Светлому? А может, самим себе?!

— Людям… — Тихий голос Посланника с неожиданной силой прозвучал над зеленеющим лугом, заполнил все пространство от стен Храма до стены леса, который отозвался невнятным шелестом листвы. — Богу не нужны слуги. Они должны были служить людям…

— Людям? — Стик зло сощурился. — И как же они им служат? Заставляя их жить так, как угодно Служителям? Отнимая возможность думать и решать самим? «Очищая» Небесным Огнем всех, кто чем-то им не угодил?

Слова Стика тонули в вязкой тишине ранних сумерек, как камни, бросаемые в трясину. А в ушах Ахона все звучали слова Посланника: «должны были…»

— Ты разделил наш мир на глупость и подлость, — продолжил Стик, не дождавшись ответа. — На лицемеров, которые к собственной выгоде внушают людям ложную веру в то, что они рабы, удел которых — угождать Светлому и жить в постоянном страхе перед Темным. — Стик возвысил голос: — И на глупцов, которые им верят!

— Но почему ты думаешь, что, уничтожив меня, ты что-то изменишь? — Посланник спрашивал, и Ахону начинало казаться, что тот уже заранее знает каждый ответ.

— Я знаю, что Служители как-то связаны с тобой, — чуть помедлив, ответил Стик. — Твое присутствие в нашем мире дает им силу, и если ты исчезнешь… исчезнешь окончательно, они потеряют свою силу и власть, которой обладают не по праву…

— А не боишься, что, если меня не станет, Бог отвернется от вас, и вы погрузитесь во тьму, будете преданы Злу? — В голосе Посланника не было ни увещевания, ни укора, ни сожаления. Растерянный Ахон не верил своим ушам.

— Не боюсь! — с вызовом бросил Стик, и Ахон вдруг понял, что тот совсем не так уверен в своей правоте, как хочет показать. —