Наследство смертника - Михаил Март

Похоже, я превратился в робота. Никаких чувств. «К смерти надо относиться философски, – утверждает Чивер. – В день умирает около миллиона человек, а рождается еще больше». Что же, он прав. Патологоанатом не скорбит и не рыдает по усопшему, копаясь в его внутренностях, он выполняет свою каждодневную работу. Я занимаюсь тем же, с той лишь разницей, что допущенная мной ошибка будет стоить мне жизни.

На звонок не отвечали, я позвонил еще два раза. Не дай бог, эта птичка упорхнула из гнездышка. Во второй раз я не наберу столько энтузиазма, И все же дверь открылась. Я с облегчением вздохнул, но тут же получил совершенно непредвиденный нокдаун. От той Линды, что я видел вчера, ничего не осталось! Волосы взлохмачены, во рту мундштук длинной со складной зонтик, кроме прозрачного халатика на даме – ничего. Вдобавок ко всему, она с трудом держалась на ногах.

– О! Красавчик? Какая неожиданность! Вместо тонкого аромата вчерашних дорогих духов на меня так густо пахнуло спиртным, будто я открыл дверь в винный погреб.

– Вы мне назначили на девять…

– Ха! Ничего я тебе не назначала. Я уже сплю.

– Вы забыли, мадам.

– Черт с тобой, заходи. Она пошатнулась, мне с трудом удалось ее удержать. Пришлось помочь хозяйке добраться до комнаты и усадить в кресло. Она смотрела на меня глазами, не имеющими цвета, из изумрудно-зеленых они превратились в мутное болото. Ярко-красная помада размазалась по всему лицу, макияж отсутствовал вовсе, и все морщины и складки выступили наружу, превратив ее из куколки в чудовище.

Помимо отвращения она вызвала во мне всплеск ярости. Единственный, пожалуй, случай, когда это чувство не помеха в общении. Я осмотрелся. В гостиной царил хаос. Приемник работал на полную мощность. Играл оркестр Гленна Миллера. Все горизонтальные плоскости заставлены бутылками. По ковру разбросаны окурки. Внезапно мелькнула мысль: а что, если устроить пожар… Это нетрудно, но я тут же отбросил эту идею. Задача-то ставилась иная. Убийцу, то есть Лоту, должны взять с поличным.

– Ну, миленький? Чего же ты ждешь? – спросила она, строя мне гримасы.

Она права, ждать тут нечего. Я сунул руку в карман и нащупал пистолет. Мои ладони покрылись влагой, будто я погладил гремучую змею. Я сжал рукоятку, но вынуть оружие так и не смог.

– Почему ты такой бледный, красавчик?! – Она на мгновение отрезвела.

Тянуть больше нельзя, иначе все пойдет прахом. Стиснув зубы, я выхватил пистолет и вытянул руку, целясь женщине в грудь. Линда отпрянула и прижала руки к себе, загородив сердце. В голову выстрелить у меня не хватало мужества. Промахнуться не имею права. В стволе лишь один патрон. Если она закричит, ее никто не услышит. Музыка перекроет любой вопль. Но Линда не закричала. Она засмеялась. Причем так громко, что сумела заглушить Гленна Миллера. Я в конец растерялся. Пот выступил на моем лбу.

– Какая забавная игрушка! Это зажигалка, да?

Меня парализовало. Женщина схватила пистолет за ствол и без усилий вырвала его из моих рук.