Совокупный грех - Сергей Зверев

— А то вы не знаете, как живут наши некоторые слуги народа… Но дом действительно отличный, — признал Шумилин. — Он полностью автономен, здесь у меня есть и своя водонасосная станция, и электрическая подстанция, и отопительная система. Я доволен приобретением. Правда, обошелся мне этот особнячок недешево, но комфорт стоит таких денег.

Тема, честно говоря, меня мало интересовала, но я, чтобы поддержать разговор, поинтересовался:

— Вы ведь приехали из Англии?

— Да, — согласился Шумилин. — Продал там недвижимость и перебираюсь на постоянное место жительства в Россию.

Я удивленно приподнял одну бровь.

— Как-то странно. Обычно из России стараются уехать и перебраться в Европу, а вы наоборот.

Шумилин приподнялся, взял со специальной подставки большие щипцы, отодвинул каминную решетку и поворошил в камине поленья, от чего они разгорелись еще сильнее.

— Так сложились обстоятельства, Игорь Степанович, — проговорил он неохотно, поворачиваясь ко мне всем корпусом. — У меня фармацевтический бизнес. За счет него я сумел подняться в России и уехал в Англию, но бизнес остался здесь. Все дела я, естественно, веду в России. Мне сложно каждый раз ездить из Англии на родину, вот и решил оставить в Великобритании кое-какую недвижимость, а самому с женой перебраться сюда, в Подмосковье. Здесь мне будет проще заниматься коммерческими делами.

Шумилин закрыл каминную решетку.

— Ясно, — с понимающим видом кивнул я, а потом глянул на часы, давая понять, что время у меня ограничено. — И все-таки, Владимир Алексеевич, какое у вас ко мне дело?

Шумилина, привыкшего, очевидно, в жизни повелевать, задело то, что я решаю, когда заканчивать разговор, а не он. А еще его, видимо, очень раздражал я сам как возможный любовник его супруги, но пока обстоятельства заставляли его вести себя со мной корректно. Шумилин поморщился, однако справился с собой.

— Да, конечно, Игорь Степанович, — изрек он, поигрывая чугунными каминными щипцами, глядя мне прямо в лицо. И до того взгляд у него оказался колючим, что я невольно поежился, представив вдруг, как он, размахнувшись, бьет меня этими самыми щипцами по голове. Картина казалась такой реальной и вполне возможной, что я невольно отклонился назад. Не знаю, понял ли Шумилин, о чем я подумал, наверное, да, потому что он усмехнулся и поставил на место щипцы.

— Я понимаю, что отнимаю у вас время, и постараюсь долго вас не задерживать, — пообещал он, вновь устраиваясь в кресле. — А суть дела состоит в том, что три дня назад у меня в доме из сейфа пропали пятьсот тысяч рублей и кое-какие документы на недвижимость. Эти документы я хотел положить в банковскую ячейку, но не успел, случилось так, что их прихватил вор вместе с деньгами. Не думаю, что для него они представляют ценность, скорее всего, он взял их по ошибке или недомыслию. Сразу скажу, что Зоя вне подозрений. В тот день мы с нею уезжали в Подольск, где я присмотрел дачный домик, на весь день. Поэтому к пропаже документов она не имеет никакого отношения. Я бы хотел, чтобы вы провели расследование и выяснили, кто забрал деньги и документы, — Владимир Алексеевич откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и продолжил: — Пятьсот тысяч для меня не такая уж большая сумма, да и документы можно восстановить, но на это уйдет много времени, а они мне нужны в ближайшие дни, так что я бы очень хотел, чтобы в первую очередь вы нашли пропавшие документы.

— Но позвольте, Владимир Алексеевич! — сказал я, глядя на то, как хозяин дома непроизвольно сжимает и разжимает руки, которые, видимо, все-таки чешутся у него на меня. — Почему бы вам не обратиться в полицию, чтобы правоохранительные органы провели официальное расследование и нашли вора?

— Понимаете, — обдумывая, как лучше ответить на мой вопрос, протянул хозяин дома, — я не исключаю возможности, что к исчезновению денег причастен мой брат, который вам известен по состоявшейся вчера встрече.

— Это Геннадий, — догадался я. — О нем говорила Зоя, когда позвонила мне на мобильник и просила приехать к вам домой.

— Точно, — согласился Шумилин, сдерживая улыбку. — Ему досталось больше, чем мне. Силен вы, однако, Игорь Степанович!

Я, делая вид, будто из-за скромности испытываю неловкость, пожал плечами и пробормотал:

— Я все же чемпион города по вольной борьбе и тренер. Так что переборщил немного, вы уж извините.

Шумилин пропустил мои извинения мимо ушей.

— Так вот, — произнес он, возвращаясь к прерванной теме. — Если Гена причастен к исчезновению денег, что вполне может быть из-за его тяги к алкоголю, и, как следствие, нехватки денег, то… понимаете, Гена у меня единственный, кто остался из родни, потому мне не хотелось бы выносить сор из избы.

— А вы у него спрашивали, причастен ли он к исчезновению денег? — поинтересовался я.

— Ну конечно, спрашивал, — хмыкнул Шумилин, очевидно, признав мой вопрос глуповатым. — Он, естественно, не сознался в краже.

Опасность быть ударенным каминными щипцами по голове миновала, и я вновь принял прежнюю позу.

— А почему вы уверены, что деньги пропали именно три дня назад… — Я прикинул в уме, какой это был день, и уточнил: — Двенадцатого февраля в четверг?

— В сейфе я держал еще двести тысяч в качестве задатка за дачный домик под Подольском. Перед тем как поехать, я в одиннадцать сорок пять взял из сейфа эту сумму — остальные деньги и документы оставались на месте. Однако сделка не состоялась, я раздумал покупать тот домик, и когда мы с Зоей вернулись домой, я положил неистраченную сумму снова в сейф. Он оказался пуст. — На этот раз Шумилин посмотрел на часы, давая мне понять, что отведенное им время для беседы со мной истекло. — В общем, Игорь Степанович, теперь хочу спросить: беретесь ли вы отыскать пропажу?

Конечно, было бы глупо с моей стороны, приехав к Шумилину и выслушав его, теперь сказать нет, не берусь.

— Хорошо, — согласился я. — А как насчет гонорара?

Честно говоря, меня не очень-то интересовали деньги. Нет, конечно, деньги интересовали, но я не жаждал их заработать именно на этом деле. Я планировал провести расследование спустя рукава, только ради того, чтобы снять с меня и с Зои подозрения в любовной связи. Удастся вычислить вора — отлично, нет, я не буду разочарован. Скажу, извините, не получилось, и откланяюсь. Но не спрашивать о гонораре подозрительно со стороны профессионального сыщика, заинтересованного в материальной стороне дела.

Очевидно, Шумилин, приглашая меня для беседы, был заранее уверен в том, что я соглашусь с его предложением взяться за расследование, и приготовил определенную сумму денег заранее. Он поднялся со своего места, взял с камина стопочку купюр.

— Если вы отыщете пропавшие документы и деньги, то я вам заплачу половину от украденной суммы. Если же нет, то вот вам шестьдесят тысяч, — проговорил он и положил передо мной на стол деньги. — Это вам на расходы. Договор мы с вами заключать не будем, достаточно джентльменского соглашения… А сейчас извините, у меня много дел, в детали произошедшего вас посвятит Зоя. — Он достал из кармана пиджака сотовый телефон, позвонил и проговорил: — Дорогая, спустись, пожалуйста, в холл, мы тебя ждем.