Ты будешь одинок в своей могиле - Джеймс Хедли Чейз

– Салют, Майк! Не скажешь ли, что происходит?

– Тебя дожидается капитан. Иди к нему. Он уверен, что ты знаешь гораздо больше, чем сказал. Так что будь осторожен.

Я поднимаюсь по лестнице вслед за ним, потом иду коридором и подхожу к двери, на которой написано:

ЭДВИН БРЕНДОН – КАПИТАН

Мифлин стучится осторожно, словно дверь сделана из яичной скорлупы, потом пропускает меня вперед.

Это большая, светлая комната, хорошо меблированная. Турецкий ковер покрывает пол, там и тут стоят кресла. Стены украшены репродукциями Ван-Гога, а в простенке притаился большой сейф. Одно окно открыто, из него видна панорама порта, а из другого открывается вид на коммерческий район города. За столом сидит Брендон, и на тот случай, если вы его не знаете и не догадываетесь, чем он здесь занимается, над ним висит табличка, на которой золотыми буквами написано: «Эдвин Брендон – капитан».

Брендону около пятидесяти. Он маленького роста, с предрасположением к тучности. Его гладко уложенные волосы белы, а глаза пронзительны, и в них столько же теплоты, сколько у льдины в реке.

– Садитесь, – он указывает белой пухлой рукой на стул возле стола. – Я подумал, что настало время нам с вами кое о чем поговорить.

– Да, – соглашаюсь я, с трудом усаживаясь в кресло. Мускулы мои протестующе стонут, и я стону вместе с ними. В первый раз мне приходится иметь дело с Брендоном. Правда, я видел его несколько раз на улице, но никогда не разговаривал.

С любопытством разглядываю его.

Мифлин застыл возле двери и с деланным любопытством рассматривает потолок. Я слышал, что Брендон опасен. Простые флики дрожат уже при одном его появлении. Теперь, глядя на неподвижного Мифлина, я начинаю верить всему.

– Что вы знаете об убийстве, происшедшем вчера вечером? – спрашивает Брендон.

– Ничего. Я был вместе с Мифлином, когда обнаружили тело.

Он открывает ящик стола и достает коробку сигар.

– Что вы об этом думаете? – он рассматривает коробку, как бы проверяя, все ли сигары на месте.

– Похоже на изнасилование.

Он поднимает глаза, чтобы внимательнее посмотреть на меня, потом снова переключается на сигары.

– Вскрытие показало обратное. Никаких следов борьбы. Ее раздели уже после того, как убили.

Я наблюдаю, как он достает одну сигару, кладет ее на стол и закрывает коробку. У меня предчувствие, что он не предложит ее мне, и я не ошибаюсь.

– Мисс Дэвис участвовала во всех ваших делах, не так ли? – он берет сигару кончиками пальцев.

– Да.

– Следовательно, вы должны знать о ней больше, чем кто-либо другой, – продолжает он, снимая кольцо с сигары и хмуря брови, словно это тяжелая работа.

– По правде говоря, я знаю об этом столько же, сколько и любой другой.

– Вы думаете, у нее были враги?

– Не уверен.

– А любовник?

– Не знаю.

– Вы бы знали, если бы он существовал?

– Нет… Если бы она сама мне сказала… Но ничего подобного она не говорила.

– У вас есть предположение, что она могла делать там в такой час?

– Какой час?

– Около полуночи.

Он снял, наконец, кольцо и теперь ищет спички в карманах.

– Никаких предположений.

– Она не приходила к вам?

– Нет, – говорю я, и по тому быстрому взгляду, который он бросает на меня, понимаю, что надо быть настороже, чтобы не быть обвиненным в убийстве.

– Но она должна была пройти мимо вашего дома, чтобы попасть к тому месту, где ее убили, не так ли? И странно, что она не зашла повидать вас.

– Мы работали вместе, капитан, это верно. Но не спали вместе.

– Вы уверены в этом?

– Может, есть люди, которые не знают, с кем спят, но я не отношусь к их числу.

Он находит спичку, зажигает о подошву и прикуривает.

– Что вы делали вчера между 11.30 и 12.30 ночи?

– Спал.

– И не слышали выстрела?

– Когда я сплю, я сплю.

Он крутит сигару между пальцев, потом усаживается поудобнее в своем вращающемся кресле.

– У вас был гость прошлой ночью?

– Да.

– Кто, интересно знать?

– Дама. Она не имеет никакого отношения к убийству и она замужем. Я очень огорчен, капитан, но назвать вам ее имя не могу по понятным причинам.

– Это высокая блондинка в шелковом платье цвета маренго? – буквально выстрелив вопрос, он наклоняется в мою сторону, чтобы видеть реакцию.

Я ожидал, что он будет атаковать внезапно – не имея оснований, он не вызвал бы меня к себе. И я очень рад, что в часы вечернего досуга играю в покер, который приучил меня не выдавать мимикой никаких эмоций. Я отвечаю:

– Она рыжая. Откуда вы взяли, что она блондинка?

Он задумчиво изучает меня.

– Вы сказали Мифлину, что она не работала у вас вчера вечером, – начал он, пробуя с другого конца. – Это верно?

– Если я сказал это Мифлину, значит, так оно и есть.

– Ничего подобного! Вы могли покрывать клиента.

За его фигурой виден порт. Красивое зрелище под полуденным солнцем.

– Нет, этого не было.

Он, кажется, ждет, не скажу ли я еще чего-либо.

– Если я узнаю, что вы покрываете клиента, Мэллой, – говорит он неожиданно окрепшим голосом, – я прикрою вашу организацию, отниму патент и предъявлю обвинение в убийстве. Вы предстанете перед трибуналом ранее, чем успеете сказать «Уф!».

– Сначала найдите повод.

Глядя на него, я внезапно понял, почему инспектора боятся капитана: он имел определенное сходство со змеей. Он еще больше наклонился вперед и теперь буквально сверлил меня глазами.

– Если наше следствие заходит в тупик, то это только потому, что вы играете слишком тонко, но со мной это не пройдет. Мисс Дэвис работала на клиента, и ее убили. Вы покрываете убийцу!

– Никого я не покрываю, – спокойно возражаю я. – Но в конце концов вы выдумали эту версию, вы ее и придерживайтесь.

Мифлин неожиданно делает резкое движение, Брендон останавливает его взглядом. Мифлин застывает, как вкопанный.

– Если это блондинка, то кто она? Ее вчера видели у Даны Дэвис.

– Я ничего не знаю.

– Это богатая женщина, Мэллой. На ней было дорогое ожерелье. Бриллиантовое. Я хочу знать, кто она и что могла там делать. Для вас же лучше, если вы начнете говорить.

– Я знаю не больше того, что уже сказал.