Умри богатым! - Дарья Калинина

– Не-а, – помотала головой девчонка, делая порядочный глоток. – Я из Мариуполя приехала. Мерзкая у вас погода, скажу я вам! Солнца совсем нету!

– Согласна. Скажи, а почему ты решила, что я работаю в милиции?

– Ну, а кто же, кроме ментов, станет трупом интересоваться?

– Я – не мент.

– А кто?

– Скажем так, я веду независимое расследование.

– Детектив? – мигом смекнула девчонка. – И кто же тебя нанял? Только не ври, что родичи Милки. У нее в этом городе никого не было. Пришлая она. Точно так же, как и я. Так что не ври!

Врать Мариша не стала. И объяснила, кто попросил ее о помощи.

– А-а-а… Знаешь, я тоже думаю, что хозяин мойки не виноват, – вздохнула девица.

– Ты его знаешь?

– Я у него тоже работала, – пояснила девчонка. – Не одна же Милка у него в кафе тусовалась. Раньше я там сидела. Он осторожный, гад! И брезгливый. Ни разу услугами наших девчонок не воспользовался, хотя ему Фред предлагал бесплатно или со значительной скидкой. А он – ни в какую! Говорит, что жену любит. Врет! Просто брезгует с проститутками. Многие мужики брезгуют, я знаю.

– Погоди, погоди, – остановила ее Мариша. – А почему ты говоришь, что хозяин мойки свою жену не любит?

– Ну, не знаю я, что у него там в голове делается. Может, и любит. Только если мужик с другой женщиной встречается, то, значит, с женой у него какой-то напряг. Так ведь не бывает, что одну он любит до безумия, женат на ней, а с другой при этом время проводит?

– Погоди! – окончательно запуталась Мариша. – Выходит, у Жени – хозяина автомойки – была любовница?

– Ага!

– А ты не путаешь?

– Нет.

Ну и дела! У Нелли – любовник. А у ее мужа – любовница! И как все это прикажете понимать?

– Понимай как хочешь, а только та выдра крашеная частенько к нему прежде шастала. Я на автомойке уже полгода не бывала. Так что как там теперь у них обстоят дела, не знаю. Давненько наши на мойке не тусовались. Сначала Милка там плотно окопалась, другим проходу не давала. А как хозяин Милку оттуда прогнал, так и другим дорога закрылась. Мы даже думали «темную» Милке по этому поводу сделать, ведь это из-за нее мы теплого угла лишились! Но потом передумали. Очень уж жалостливую историю нам Милка выдала.

– О чем?

– Да о том мужике, к которому она обниматься полезла. Дескать, она любила его очень. И он ее обожал. Потом что-то у них там случилось, умер он вроде или убили его. А Милка в бега подалась. По всей стране ее носило. А потом сюда, в Питер, заявилась.

– Значит, этот человек, в котором она узнала своего знакомого, был из другого города?

Но девушка ответить ей не успела. Внезапно рядом с ними затормозила длинная машина, из которой выглянул мужчина с прилизанными волосами и гаденьким взглядом светлых водянистых глаз.

– Тата, ты чем занимаешься?! – злобно спросил он у девушки. – Ты чего на работе лясы точишь? – И, втянув своим длинным носом воздух, Фред разозлился еще больше: – Да ты чё, бухая, никак?

– Что ты, Фред! Где бы я взяла?

– Верно. Но с тебя станется!

– Я не пила! Клянусь!

Фреду явно неохота было вылезать из своей машины. И он решил ограничиться выговором:

– Забыла, сука, зачем ты тут стоишь? Работать кто за тебя будет? Я, что ли, жопу свою подставлю? Ты этого добиваешься?

Глаза у сутенера злобно сверкали, рот кривился, и из него летели мелкие капельки слюны. А сам он выглядел до того отвратительно, что Маришу чуть не стошнило. Мелкий, гнусный и явно трусливый тип. Такой только на безответных девчонок и может орать. Но Тата перепугалась так сильно, что даже побледнела.

– Фред, миленький! – залепетала она. – Я ничего, честное слово… Просто я ей объясняла, что ты у нас человек занятой.

– Кому объясняла?

– Мне, – вмешалась в разговор Мариша. – Мне она объясняла.

– Да, Фред! Это к тебе! – обрадованно пискнула Тата и моментально шмыгнула в сторону.

Было ясно, что сутенера она откровенно боится. И лишь отбежав на приличное расстояние, она издалека показала ему язык. Коньяк тянул Тату на подвиги. К счастью, Фред этого не увидел. Он скептически разглядывал Маришу.

– Выглядишь хорошо, – наконец произнес он. – Но для нашей профессии ты уже старовата. Не возьму я тебя к себе работать!

– Что?! – ахнула Мариша. – Да ты просто хам! Я и не собиралась в проститутки идти!

– И правильно! Нечего на старости лет новую карьеру начинать.

– Я замужем!

– А вот это как раз не аргумент. У меня многие замужние женщины работают. Мужья мало зарабатывают, или болеют, или просто жмоты. Вот бабы своими… гм… себе на колготки и зарабатывают.

Гадость какая! У Мариши просто в голове не укладывалось, как можно так поступать. Ну, допустим, не повезло тебе в жизни, плохой у тебя муж, не устраивает он тебя. Так и что? Бери вещи и уходи от него! Уходи, а потом уж распоряжайся своим телом, как тебе самой заблагорассудится. А покуда тело, так сказать, находится в общем пользовании, надо его беречь. Вряд ли найдется на свете такой муж, который придет в восторг, узнав, чем занимается его женушка, пока его нет дома.

– Я вовсе не собиралась проситься к тебе в команду, – постаравшись взять себя в руки, повторила Мариша. – Я хотела разузнать у тебя о погибшей девушке, о Миле.

– Ничего не знаю! – быстро заявил Фред, и его глаза забегали в разные стороны.

Врет! Все он знает. Просто говорить не хочет!

– Фред, я ведь не из милиции. Меня наняла жена Евгения.

– Какого Евгения?

– Хозяина автомойки.

– А-а-а… – понимающе хмыкнул Фред. – Пузан!

– Ты, конечно, знаешь, что ему грозит срок за убийство Милы?

– Ну, слышал.

– А жена уверена, что он этого не делал. И сам он говорит, что не делал.

– Ну… Раз говорит… Вообще-то, я и сам удивился, когда узнал, где Милку нашли. Я ее в тот день вот на этом самом участке поставил работать, где сейчас Тата пасется. Прихожу, а ее нету! Круг дал – снова нету! Еще дал – нету! Тогда я начал ей на трубу звонить. А там уже менты. Еле отмазался.

– Значит, это не ты послал Милу на мойку?

– Нет! После того что она учудила там, ее туда бы и не пустили.

– Но как-то же она туда попала?

– Верно. Но я тут ни при чем.

Мариша внимательно посмотрела на Фреда. Врет? Не врет? Но по лицу сутенера ничего не было понятно. И все же Мариша была склонна думать, что парень знает куда больше, чем говорит ей сейчас.

– Мне нужен адрес Милы.