Хрустальная ловушка - Виктория Платова

Пора звонить Марку.

Звягинцев снял трубку и набрал номер комнаты номертринадцать, в которой временно поселился Марк. Если телефон будет молчать, то…

Марк снял трубку сразу же. И голос его был совсем не сонным.

— Это Звягинцев, — сразу взял быка за рога ПалПалыч.

— Да.

— Не спите?

— Как я могу спать?

Правильно, спать ты не можешь.

— Откуда вы звоните? — спросил Марк.

Звягинцев ждал этого вопроса.

— Из коттеджа.

— Что-нибудь случилось? — Голос Марка остекленел.

— Да.

— Что?!

— Ольги больше нет, — честно сказал Звягинцев.

Но Марк — Марк истолковал его по-своему, именно так, как иожидал Пал Палыч. На том конце провода судорожно молчали — именно столько Маркотпустил себе на осмысление сказанного Звягинцевым.

— Это я… Я во всем виноват… Она приняла таблетки, да?

Поспешил, голубок, поспешил, поспешил и прокололся.

Прокололся, вот и ладушки.

— Может быть, — уклонился от прямого ответаЗвягинцев.

— Конечно же… Она принимала нитразепам, от бессонницы…В последнее время она страдала бессонницей. Я же знал, что у нее есть таблетки…Как я мог об этом забыть?

— Точно. Пузырек остался, — поощрил Звягинцевначинания Марка.

— Когда? Когда это произошло? Может быть, ее еще можноспасти?..

Опять прокололся. Раньше об этом нужно было спрашивать.

— Поздно. Но вы ни в чем не виноваты. Она сама приняларешение. — «Что же я говорю такое, в бога душу мать!» — Это намного лучше,чем то, что могло ее ждать…

— Я сейчас приду.

— Жду вас, Марк. Очень сожалею.

Положив трубку, Звягинцев вышел к охранникам.

— Значит, так. Действуем быстро. Радик. Тыотправляешься в мой кабинет.

— Это где муж сейчас? — уточнил Радик.

— Именно. Подождешь, пока он выйдет. Но скорее всегоего уже там не будет. И не вздумай переться по прямой, иначе можешь с нимстолкнуться. Иди окольным путем.

— А что я должен буду делать в кабинете? — спросилРадик.

— Обшаришь его вещи.

— А чего искать-то?

Звягинцев, следуя на поводу у своего наития и пододобрительные взгляды своего генерал-майора, ткнул пальцем в «ноутбук», стоящийна столе.

— Штуку, похожую на эту. Понял меня?

— Чего уж тут не понять. Компьютер.

— Вот тебе ключ. — Звягинцев вытащил из карманадва ключа, болтающиеся на брелоке: от комнаты и от кабинета.

Отделив один из них, протянул его Радику.

— — А я? — спросил молчавший до этого Коля.

— А ты, полиглот, останешься со мной. Можетпотребоваться твоя физическая сила. Правда, после ночного инцидента…

— Не волнуйтесь, шеф. Нас просто врасплох застали…

— Ладно, Ну все, с богом, Радик. Как только что-нибудьнайдешь — позвони. И лучше тебе поторопиться, чтобы я здесь ртом воздух нехватал.

— Понял. Побегу.

В ожидании Марка Звягинцев прилег было на кровать, чтобы заоставшийся десяток минут выработать стратегию поведения, и тотчас же нащупалпод рукой валяющийся на покрывале пустой пузырек из-под снотворного. Близорукощурясь, Звягинцев поднес его к глазам.

Действительно, нитразепам.

А что, если…

Испугаться он не успел: розоватые таблетки валялись везде.Похоже было, что кто-то в сердцах собрал их в горсть и попытался зашвырнуть вдальний угол. Звягинцев поднялся с кровати и снова потянулся к телефону. Теперьон набрал номер доктора. К телефону долго не подходили, потом на другом концепровода раздался сонный голос Артема:

— Какого черта?

Ничего не скажешь, достойный ответ представителя самойгуманной профессии.

— Артем? Это я, Звягинцев.

— Еще раз — какого черта?

— Тебе знакомо такое снотворное — нитразепам? Розовыеовальные таблетки.

— Знакомо. Ну и что?

— Хорошее средство?

— Обычное средство. А вас что, бессонницадостала? — Артем медленно просыпался.

— Можно и так сказать. Ну ладно, извини…

— Подождите… Вы сказали — розовые овальные?

— Ну да…

— Это не нитразепам, — пробасил в трубку доктор.

— А что же это такое? — удивился Звягинцев.

— Сейчас соображу, — Артем проснулсяокончательно. — Они что, употреблялись кем-то как снотворное, да?

— Употреблялись.

— Сейчас-сейчас, — доктор отошел от телефона иснова вернулся. — У меня последний фармацевтический каталог. —Слушайте, Пал Палыч, на них есть маркировка?

— Что? — не понял Звягинцев.

— Маркировка… Ну, какая-нибудь буква на таблетке.

Звягинцев поднес таблетку к глазам.

— Ты смотри, точно есть… Английская F.

— Редкая штука, — помолчав, сказал доктор. —Ее даже по рецептам не отпускают. Только в клинических условиях.

Сильнодействующий препарат последнего поколениятранквилизаторов.

— Даже по рецептам? — изумился Звягинцев. —Наркотик, что ли?

— Только в стационарных условиях и строго дозированно.

Если не назначена индивидуальная доза, в девяноста пятислучаях из ста возникает парадоксальная реакция.

— Это еще что за черт?

— Ну… Возбуждение. Ярость…

Так вот о чем говорила Ольга!.. Вот что преследовало ее…

Звягинцев так разволновался, что забыл спросить у Артеманазвание транквилизатора.

— Вот что, Артем! Инесса еще в изоляторе?

— Нет, ушла на лыжах кататься… Конечно, в изоляторе.

— Знаешь что? Очень важно за ней сейчас присмотреть.

И желательно не тебе одному…

— Не понял…

— Ну, присмотри, чтобы с ней ничего не случилось.

— С ней уже все случилось, что могло случиться…

— Мало ли… Просто проведай — И все. Да, еще одинвопрос. Ты говоришь, у тебя совершенно неожиданно вышла из строярентген-установка?

— Вы мне с этой рентген-установкой всю плешь проели…