Совы охотятся ночью - Энтони Горовиц

Я покинула отель и снова поехала в Хит-хаус — дом, который достался в наследство от родителей Фрэнку Пэррису и его сестре Джоанне Уильямс. На этот раз на улице никто не работал, поэтому я позвонила в дверь и дождалась, когда та откроется. На пороге стоял Мартин Уильямс, одетый в ту же синюю спецовку, что и прежде. В руке у него был молоток, это стало неприятным напоминанием о причине моего приезда сюда, да и вообще в Суффолк. Однако создавалось впечатление, что этому человеку просто нравится делать мелкую работу по дому в минуту, свободную от продажи по телефону страховых полисов.

— Сьюзен! — Судя по виду хозяина, мое появление не обрадовало и не огорчило его. А возможно, на некий странный лад, огорчило и обрадовало одновременно. — Не ожидал увидеть вас снова.

Мне стало интересно, знает ли он о словах жены, сказанных мне на прощание.

— Очень жаль снова беспокоить вас, Мартин. Но я вскоре уезжаю из Англии и хотела бы прояснить еще пару моментов. Не могли бы уделить мне немного времени, минут пять или десять?

— Входите, — сказал он и добавил весело: — Хотя не думаю, что Джоанна будет рада видеть вас снова.

— Да, она очень ясно дала это понять.

— Ничего личного, Сьюзен. Просто они с Фрэнком не были особенно близки, и ей хотелось бы забыть о случившемся.

— А разве нам всем не этого хочется? — проговорила я, но сомневаюсь, что он услышал.

Мартин проводил меня в кухню, где хлопотала Джоанна, помешивая что-то в кастрюле. Она обернулась, и улыбочка мигом стерлась с лица женщины, стоило ей понять, кто пришел.

— Что вы тут делаете? — спросила она резко. На этот раз не было даже намека на вежливость: чаю не предлагали, ни с мятой, ни какого-либо еще.

— Все просто. — Я уселась, в расчете заявить о своем месте в этом доме. А еще надеялась, что это несколько осложнит Уильямсам задачу выпихнуть меня вон. — В прошлый мой приезд вы сказали две вещи, оказавшиеся неправдой. — Я сразу перешла к делу. Судя по тому, как смотрела на меня Джоанна, чем скорее с этим будет покончено, тем лучше. — Во-первых, вы утверждали, что Фрэнк Пэррис предлагал вам вложить деньги в его новое агентство, но, как мне стало известно, на самом деле он пришел потребовать половину этого дома — вашего дома. Фрэнк собирался вынудить вас продать его.

— Это не ваше дело! — Джоанна размахивала деревянной поварешкой, как оружием, и я порадовалась, что приехала не в тот момент, когда она резала мясо. — У вас нет никакого права находиться здесь, и если вы не уйдете по-хорошему, я вызову полицию.

— Я теперь сотрудничаю с полицейскими, — сказала я. — Хотите, чтобы я сообщила им то, что знаю?

— Меня не колышет, с кем вы там сотрудничаете. Выметайтесь отсюда.

— Минутку, Джо. — Спокойствие, с которым Мартин держался, было почти зловещим. — Кто предоставил вам эти сведения? — спросил он у меня. — Думаю, мы имеем право знать.

Естественно, правду я им сказать не могла. Я не питала особого расположения к Саджиду Хану, но и вовлекать его в неприятности тоже не хотела.

— У меня состоялся разговор с одним из агентов по недвижимости во Фрамлингеме, — пояснила я. — Фрэнк хотел узнать примерную стоимость дома и сказал в конторе, что у него есть имущество, которое будет выставляться на продажу. А также назвал причину.

Уже произнося эти слова, я подумала, что версия выглядит неубедительной. Но Мартин предпочел поверить и противоречить не стал. А лишь уточнил:

— Мне хотелось бы понять, к чему вы, собственно, клоните, Сьюзен?

Я не знала, стоит ли вообще отвечать на этот вопрос.

— Почему вы солгали мне? — осведомилась я.

— Ну, прежде всего потому, что это не ваше дело. Тут Джоанна абсолютно права. И признаться, с вашей стороны весьма невежливо было обвинять нас во лжи. На самом деле то, что мы сказали, не так уж далеко от правды. Фрэнк действительно нуждался в деньгах для запуска новой компании и рассматривал нас как инвесторов. Нам эта идея не особенно улыбалась. Мы оба любим Хит-хаус. Джоанна всю свою жизнь здесь прожила. Но мы поговорили со своим поверенным и поняли, что выбора нет — остается лишь покориться обстоятельствам. — Мартин пожал плечами. — А потом, как известно, Фрэнк умер.

— Мы к этому никак не причастны, — без нужды добавила Джоанна. Ее слова только подкрепляли уверенность в обратном.

— Вы говорили о двух вещах, — напомнил Мартин. — Какая вторая?

— Зачем ты вообще это с ней обсуждаешь? — Джоанна гневно воззрилась на мужа.

— Нам нечего скрывать. Если у Сьюзен есть к нам вопросы, то думаю, правильно и честно будет дать на них ответы. — Он улыбнулся мне. — Итак?

— Вы сказали мне, что Фрэнк Пэррис жаловался на то, что свадебный шатер в «Бранлоу-Холле» якобы загораживал ему вид. Так?

— Да, кажется, припоминаю.

— Не сходится. Он приезжал к вам рано утром в пятницу. А шатер привезли только в пятницу после обеда.

Этой информацией меня снабдили Эйден Макнейл и Лоуренс Трехерн. И теперь нестыковка не давала мне покоя, почти как какой-нибудь изъян в первой редакции рукописи.

— Как вы объясните это? — спросила я.

Мартин Уильямс не дрогнул.

— Не уверен, что обязан это делать. — Он на миг задумался. — Фрэнк мог что-то перепутать.

— Согласитесь, ему не могло загораживать вид из окна сооружение, которого не было.

— Значит, он соврал нам.

— Или же вы ездили в отель тем вечером и сами видели шатер, — высказала я предположение.

— Ну зачем мне было ездить туда, Сьюзен? И уж тем более скрывать это?

— Бред какой-то! — вскинулась Джоанна. — Мы не обязаны разговаривать с этой женщиной…

— Если, конечно, Сьюзен не намекает, что это я убил своего шурина, чтобы помешать ему продать дом, — продолжил Мартин.

Он посмотрел на меня, и было в его взгляде нечто такое, чего я раньше не замечала. Это была своего рода угроза, от которой мне стало не по себе. Она казалась еще более пугающей, потому что мы сидели в уютной сельской кухне, с горящей плитой, с развешанными по стенам кружками, кастрюлями и с сухими цветами в вазе. Все выглядело так заурядно, включая и самого хозяина в потрепанной спецовке. Однако Мартин явно смотрел на меня, бросая вызов. Я скосила глаза на Джоанну и поняла, что она тоже это заметила. И испугалась за меня.

— Разумеется, я так не думаю, — сказала я.

— Тогда, если у вас нет больше вопросов, я полагаю, что Джоанна права и вам пора покинуть наш дом.

Никто из Уильямсов даже не пошевелился. Я поднялась, едва дыша.

— Не трудитесь меня провожать, дверь я найду сама.