Капкан для провинциалки - Фредди Ромм

– Но я не умею работать с детектором! – воскликнул Сысоев.

– Это ваша проблема. Обязаны уметь, курс вы наверняка проходили. Обратитесь к экспертам ФСБ, они это умеют. Вам от меня нужна правда или самооговор?

Следователи снова переглянулись.

– У вас есть друзья в ФСБ? – спросил Жуков.

– Как вы догадываетесь, на этот вопрос я не отвечу. К тому же он не имеет отношения к делу. Или вы намерены доказать, что я убила Шаурова по заданию ФСБ?

Сысоев вздохнул, уныло посмотрел на Жукова и придвинул к Тане две бумаги:

– Это ваши показания и подписка о невыезде. Распишитесь, пожалуйста.

Таня проверила документы и подписала.

– Я могу идти?

– Да, конечно.

Таня выразительно посмотрела на Жукова:

– Прошу вас отвезти меня домой.

– Это не входит в мои обязанности.

– Ах, так! Ладно, спасибо.

Она вынула из сумочки мобильный телефон:

– Антон, я в прокуратуре, меня подозревают в убийстве Шаурова и его слуги. Да, вроде бы их кто-то убил после моего ухода. Ты не можешь прислать кого-нибудь, чтобы меня отвезли домой? Да, меня уже отпускают, но добираться предоставляют самой. Спасибо, жду.

Она опустила телефон в сумочку.

– Можно поинтересоваться, кому вы сейчас звонили? – немедленно спросил Сысоев.

– Поинтересоваться можете, но отвечу я только при наличии полиграфа, – недовольно ответила Таня и вышла.

Аня

Что-то ещё до пробуждения говорило ей, что предстоят хорошие новости. Наверное, поэтому Аня сладко улыбнулась, прежде чем проснуться. Однако хорошие новости немного задержались: сначала она увидела перед собой девушку в белом халате… медсестру. Та приветливо улыбнулась:

– Как вы себя чувствуете?

Медсестра говорила по-русски. И первый же взгляд влево, в окно, показал, что на улице морозно – деревья, запушенные снегом, сосульки, свисающие с ближайшей крыши. Россия?

– Спасибо… Я хорошо себя чувствую, – сказала было Аня и тут же, словно противореча себе, закашлялась.

– Лежите, лежите! – поспешно произнесла медсестра, словно пациентка попыталась встать. – У вас пневмония! Кроме того… Вы беременны…

У Ани захватило дух, и вовсе не из-за пневмонии. Беременна… Это ребёнок Майкла… Как замечательно! Это не будет раб Абу-Салемов! Да, но Майкл… Где он сейчас? Наверное, в Лондоне. Конечно, можно позвонить ему, даже нужно, но сказать про ребёнка… Сразу или потом?

– Извините! – снова заговорила медсестра. – К вам гости! Вы сможете принять их?

Аня поспешно кивнула. Итак, это Россия. Наверное, Москва. И, судя по тому, что сейчас зайдут гости, не тюремная больница. Дома! Ещё бы позвонить маме, а потом, когда разрешат врачи, заглянуть в институт, чтобы не считали прогульщицей – и всё замечательно.

Ход мыслей Ани прервало движение двери: в палату вошли люди, которых молодой женщине было очень приятно видеть – Люба, Андрей, Надя… и Майкл! От неожиданности у Ани опять захватило дух. Не сразу она обратила внимание на незнакомую женщину, шедшую позади остальных, средних лет, в очках, которая держала небольшой портфель.

– Здравствуйте… Очень рада вас видеть… – пролепетала Аня, не зная, к кому раньше обратиться, но глядя преимущественно на Майкла.

– Доброе утро, Анечка! – улыбнулась Надя. – Как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, хорошо, – ответила Аня и закашлялась. Откуда только взялась пневмония? Словно отвечая на её немой вопрос, Надя продолжила:

– Тебя продуло ветром, пока вы с Али находились на дереве. Вас удалось снять только вертолётом. Хорошо, дерево большое, корни длинные, не упало при оползне.

На мгновение в памяти Ани всплыл ужас пережитой ночи: тропический ливень, тысячи бегущих в гору людей, взрывы позади – и земля, ускользающая в пустоту. Крепкая рука верного Али – и спасительное дерево…

– А люди? – преодолевая кашель, спросила она. – Все спаслись?

Андрей вздохнул:

– К сожалению, нет. Есть и жертвы, несколько человек, которые отстали. Гораздо меньше, чем рассчитывали террористы, но…

Где-то внутри всплыла горечь. До последнего момента Ане хотелось думать, что спаслись все. Но, наверное, на это рассчитывать было нельзя.

Женщина, вошедшая вместе с друзьями Ани, деликатно кашлянула, напоминая о себе, и заговорила:

– Анна Сергеевна! Меня зовут Васильева Елена Николаевна. Я – нотариус. Мне нужно обсудить с вами вопросы, связанные с наследством, которое вы получили от покойного мужа.

Глаза Ани изумлённо расширились. Наследство? Какое? Только теперь она вспомнила, что является вдовой и наследницей богача Амира Абу-Салема. Но…

– Наследство? Разве я могу рассчитывать на что-то? По-моему, дворец вместе со всем имуществом достался моим деверям.

– Это не совсем так, – поспешно вступил в разговор Андрей. – Сразу могу сказать, что ты имеешь право на обе московские квартиры – на Бесудниковском бульваре и в переулке. Если другие наследники хотят оспорить твои права, пусть обращаются в суд. Наш, московский.

Только теперь Аня вспомнила про эти злосчастные квартиры. Неужели она имеет на них право? Жила-то с Амиром всего ничего. Да и после всего, что узнала про его семью и бизнес, как-то не очень хочется.

– Примерная стоимость этих квартир – около шестидесяти миллионов рублей, – добавила нотариус. Аня ахнула: свыше полутора миллиона долларов?! Невероятно!

– Что я должна сделать? – спросила она нотариуса, понемногу успокаиваясь.

– Пока просто подпишите некоторые документы о вступлении в права наследницы.

Аня кивнула. Нотариус подала ей твёрдую папку, чтобы было куда положить бумагу, несколько листов документов и показала места для подписи. Аня послушно подписала.

– Вот и всё пока! – застенчиво улыбнулась нотариус. – Выздоравливайте, Анна Сергеевна! – С этими словами она вышла.

– Майкл, – произнёс Андрей по-английски. – Ты не обидишься, если я попрошу тебя подождать несколько минут за дверью? Потом ты сможешь поговорить с Анной наедине, обещаю.

Майкл кивнул, улыбнулся Ане и вышел. Андрей подошёл совсем близко к кровати, а Люба и Надя встали к двери, словно проверяя, чтобы снаружи никто не подслушал.

– Аня! – тихо, но настойчиво произнёс Андрей. – Прежде всего, ничто пока не завершено. Операция против террористов Абу-Салема продолжается. Есть опасение, что они готовят теракт в Москве. Мы только взялись за их российских помощников. Очень прошу тебя быть осторожной.

Аня взволнованно облизнула губы:

– Андрей, я не очень поняла по поводу наследства. Разве эти квартиры не принадлежат Махмуду?