Город греха - Джеймс Эллрой

— Там ждала машина. Новая модель, белый седан. Базз зацепил ногой пачку зеленых, она упала на рукав халата мертвеца, на котором были вышиты инициалы «Ф. Г.».

— Из банка Беверли-Хиллз. Там Лофтис снимал деньги?

— Там.

Издали донесся вой полицейских сирен. Пропали денежки, подумал Базз:

— Лофтис, Клэр, убийца — какие напрашиваются выводы?

— Сматываемся отсюда. Пока люди шерифа не стали нас спрашивать, какого черта мы…

— По машинам, — сказал Базз и выскочил из дома.

Мал подъехал первым.

Базз заметил его напротив дома де Хейвен. Развернулся, выключил двигатель. Мал наклонился к окну:

— Что так долго?

— Ехал медленно.

— Кто-нибудь видел тебя?

— Нет. А тебя?

— Вроде никто. Базз, нас там не было.

— Ты, босс, с каждым днем все лучше играешь в эти игры. Что тут происходит?

— Две машины, моторы не разогреты. Двое: Хейвен и Лофтис — играют в карты. Они чистые. Не думаешь, что это был наш убийца?

— Нет. Наш почитатель этих, как их там, крыс — психопат. А психопаты и одновременно почитатели крыс с пушкой не ходят. Я грешу на Майнира. Они с Лофтисом идут в паре, а из досье большого жюри я вычитал, что Лофтис любит покупать мальчиков.

— Может, ты и прав. Тогда едем к старухе Масски?

— Саут-Бодри, 236, босс.

— Поехали.

Здесь первым оказался Базз. Он позвонил и оказался нос к носу с Делорес, одетой в длинный белый балахон. Она спросила: ; — Хотите сделать подношение сестре Эйме?

— Мой казначей будет через несколько минут, — ответил Базз и вынул фото Дадли Смита. — Мэм, не этот тип спрашивал о Коулмене?

Делорес глянула на фото и перекрестилась:

— Изыди, сатана. Это — он.

Снова везение! Еще очко Дэнни Апшо:

— Мэм, Рейнольде Лофтис, знаете такого?

— Нет, что-то не припоминаю.

— А кого-нибудь с фамилией Лофтис?

— Нет.

— А все-таки, когда родился Коулмен, вы часом не путались с мужчиной по фамилии Лофтис?

Старушенция фыркнула:

— Если словом «путались» вы называете вынашивание детей для сестры Эйме, то я говорю «нет».

— Мэм, вы мне говорили, что Коулмен отправился в 42-м искать своего папашу. Если вы не знаете, кто был его папашей, откуда ему знать, как он выглядит?

— Двадцать долларов для сестры Эйме — и я вам кое-что покажу.

Базз снял с руки свой перстень:

— Теперь он ваш, милая. Показывайте. Делорес осмотрела перстень, сунула в карман и вышла. Базз ждал на крыльце, гадая, где мог задержаться Мал. Время шло. Вышла Делорес со старым кожаным альбомом в руках:

— Родословная выношенных мною рабов. Я брала фотографии у всех мужчин, кто давал мне семя, и делала на обороте соответствующую запись. Когда Коулмен решил искать отца, он нашел в этом альбоме человека, на которого был очень похож. Когда приходил ирландец, я прятала альбом. Я хочу получить за информацию двадцать долларов.

Базз открыл альбом и увидел десятки фотографий мужчин. Поднес альбом ближе к лампочке и стал вглядываться в лица. Пролистал четыре страницы, на пятой увидел знакомое лицо: обворожительный молодой раскрасавец Рейнольде Лофтис в модном твидовом пиджаке и бриджах. Открепил карточку и прочел на обороте: «Рэндольф Лоуренс (псевдоним?), актер, летний сезон, спектакль „Рамона" 30 августа 1922 года. Настоящий джентльмен. Надеюсь, его семя даст хорошие всходы».

Год 1942: вор, зубной техник, любитель крыс Коулмен становится свидетелем убийства Хосе Диаса Дадли Смитом, находит фотографию и разыскивает папу Рейнольдса Лофтиса. Год 1943: лицо Коулмена обожжено на пожаре???, он ходит на собрания Комитета защиты Сонной Лагуны вместе с папой / псевдобратом, говорит о большом белом человеке, никто ему не верит. 1942-1944-й: пробел в деле психиатра на Лофтиса. Год 1950: Коулмен — убийца. Не пытается ли этот псих подставить папу / Рейнольдса, повесить на него серийные убийства гомосексуалистов, переодевшись в Лофтиса, чему последнее доказательство — волосы из парика, найденные доком Лейманом?

Базз протянул Делорес карточку:

— Это Коулмен, мэм?

— Очень похож, — улыбнулась она. — Какой приятный мужчина. Жаль, что я не помню, как зачинала от него.

Хлопнула дверца машины, на крыльцо вбежал Мал. Базз отвел его в сторонку и показал фото:

— Лофтис в 1922-м. Под именем Рэндольфа Лоу-ренса, актера на летних гастролях. Он не брат, а отец Коулмена.

Мал постучал пальцем по карточке:

— Остается выяснить следующее: как он обгорел на пожаре и зачем ломать комедию с братом. А насчет Майнира ты прав.

— Это ты о чем?

— Звонил в транспортное управление. За Майниром числится белый «Крайслер»-седан 49 года. По пути сюда заехал к нему домой. Машина в гараже под домом, капот теплый. Эта та машина, которую я видел у «Шато Мармон».

База обнял Мала за плечи:

— Дары волхвов, и вот еще один подарок: старуха узнала в ирландце Дадли Смита.

Мал глянул на Делорес и спросил:

— Считаешь, бумаги Дэнни выкрал Дадли?

— Нет. Он бы обставил это как ограбление квартиры. Это сделал Коулмен, босс. Нам осталось найти его.

— Вот если бы Лофтис и Клэр заговорили, черт бы их побрал! Но они ничего не скажут, это уж точно.

Базз убрал руку:

— Это так, но мы можем потрясти милашку Чаза. В 43-44 годах он был с Лофтисом не разлей вода, а я знаю одного хорошего специалиста, он поможет нам вытрясти из Чаза то, что нам нужно. Дайте этой леди двадцатку, а я пока позвоню.

Мал полез за бумажником, а Базз вошел в дом и нашел телефон у двери в кухню. Позвонил в справочную, узнал нужный номер и набрал. В трубке ласково зажурчал итальянский баритон Джонни Стом-панато:

— Слушаю.

— Это Микс. Хочешь подшибить деньгу? Нужно наехать на кое-кого — будешь главным. Только уговор — без увечий.

— Ты труп, Базз, — сказал Джони Стомп. — Микс прознал о тебе и Одри. Соседи видели, как ты ее волок. Хорошо, что он не в курсе, что я тебе свистнул. Рад был с тобой познакомиться. Всегда знал, что ты работаешь стильно.

Придется Дэнни Апшо потесниться в могиле, подумал Базз. Он смотрел, как Мал расплачивается с матерью крысиного убийцы. У него родилась идея:

— Заказ на убийство уже есть?

— Десять кусков. Пятнадцать, если возьмут тебя живым, чтобы Микки успел поразвлечься.

— Гроши. Джонни, хочешь двадцать штук за два часа работы?