Дело «Нерешительная хостесса». Дело сердитой плакальщицы. Иллюзорная удача - Эрл Стенли Гарднер

Но меня беспокоит набросок портрета человека, который мне показывал детектив. Конечно, с одного взгляда трудно запомнить человека, особенно во время сильного волнения, но у меня к этому хорошие способности. Я редко забываю лицо, а этого человека я хорошо рассмотрел.

— Вы видели набросок? — спросил Мейсон.

— Да, видел.

— Уверены, что это другой человек?

— Почти уверен, — сказал Кирни. — Но я не хотел, чтобы преступнику удалось скрыться. Я поговорил со сторожем и хочу еще раз посмотреть набросок портрета.

— Да, конечно, — сказал Мейсон. — Такие казусы иногда случаются. Что-то пошло не так с идентификацией и…

— Не в этом дело, — откликнулся Кирни. — Я отношусь к людям, которые уважают закон. Ненавижу мошенников и взломщиков. Меня однажды ограбили. Я потерял много денег.

Когда в первый раз детектив назвал себя и попросил меня взглянуть на набросок, я быстро посмотрел и сказал, что это не тот человек. И об этом больше не думал. Но я из предосторожности запомнил этого человека на случай, если вдруг где-нибудь его встречу.

— Полиция просила вас дать подробное описание преступника? — спросил Мейсон.

— Конечно. В полицейском участке я находился более двух часов, там был художник, составлявший портрет взломщика по моему описанию.

— Тогда вопрос исчерпан, — сказал Мейсон.

— Не совсем, — ответил Кирни. — Я вспомнил, что, по мнению сторожа, человек на вашем наброске похож на преступника. Поэтому я хотел бы проверить себя и посмотреть еще раз. Мне хотелось бы помочь поймать того мошенника.

— У нас есть набросок портрета, Пол? — спросил Мейсон.

Заметно поколебавшись, Дрейк ответил:

— Да, есть.

Мейсон вытащил из ящика стола набросок портрета Коллистера Гидеона и положил на стол.

— Посмотрите, — предложил он Кирни.

Внимательно изучив набросок, Кирни заявил:

— Трудно сказать. Слова сторожа встряхнули меня. Появилась неуверенность, но теперь я точно знаю, что это не тот человек. Тот был старше, более крепкого телосложения, такой человек, от которого исходит угроза. А этот на наброске больше похож на интеллигента. Человек, вылетевший из дверей магазина, выглядел как настоящий убийца.

— Опыт, — сказал Мейсон, — несомненно, свидетельствует о том, что подобные эмоциональные потрясения, особенно при виде человека с револьвером, заставляют свидетеля думать, что преступник был выше ростом, чем в действительности, более крупного телосложения, старше.

— Но я не мог сделать подобной ошибки, — сказал Кирни. — Все, что я сказал, правильно. Я просто пришел, чтобы еще раз убедиться в этом, и не понимаю, почему у вас это вызывает такое беспокойство. Повторяю, я пришел сюда, в это детективное агентство, проверить, не сделал ли я ошибки, так как сторож сказал, что набросок портрета очень напоминает внешность преступника.

— Вы полностью уверены, что не ошибаетесь? — спросил Мейсон.

— Я видел того человека совсем близко. Хорошо посмотрел на него. Набросок? Нет, это не тот человек.

— Может, есть какие-то совпадающие черты, которые ввели сторожа в заблуждение? — спросил Мейсон.

— Конечно есть, — ответил Кирни. — Иначе у него не возникло бы такой мысли.

Кирни вновь посмотрел на набросок и прикрыл его нижнюю часть.

— Рот у преступника был другой формы, — сказал он. — С глазами более или менее все в порядке, но рот — я даже не знаю, в чем тут дело. Возможно, он что-то держал во рту. Что касается верхней части наброска, то сходство тут есть. Похоже на того парня. Вот это и беспокоит меня. У меня создается впечатление, что я его раньше где-то видел, но где…

Кирни оторвался от снимка и встряхнул головой.

— Во всяком случае, я не могу идентифицировать по этому наброску того преступника.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Дальше мы не продвинемся. Большое спасибо, что пришли сюда.

— Кто этот человек? Где вы взяли его фотографию? — спросил Кирни.

— Мы интересуемся некоторыми аспектами преступлений, — сказал Мейсон. — Мы — это, конечно, Детективное агентство Дрейка. И в ходе расследований… они сталкиваются с большим числом необыкновенных вещей.

Мейсон встал и протянул руку:

— Рад был познакомиться с вами, мистер Кирни.

Кирни сказал ухмыльнувшись:

— Не говорите, если не хотите. Лучший образец неопределенного ответа. Спасибо, мистер Дрейк. Мой адрес у вас имеется. До свидания.

Кирни покинул офис.

Дрейк вытер лоб.

— Черт, в какое месиво мы попали. Сторож сказал полицейским, что у нас есть набросок портрета взломщика.

— Ты не мог бы поехать к сторожу и вызвать у него неуверенность в сделанной им идентификации? — спросил Мейсон.

— Да это и не было идентификацией, — ответил Дрейк. — Он лишь сказал, что между наброском и внешностью преступника есть большое сходство.

— Да, но нельзя ли поехать к нему, чтобы он немного изменил свою точку зрения с учетом мнения Кирни? — спросил Мейсон.

— Наверное, можно, — откликнулся Дрейк. — Но сейчас дело находится в «перегретом состоянии». Полиция в недоумении: что же все-таки мы делаем.

— Пусть полиция беспокоится о своих делах, — сказал Мейсон. — А мы будем думать о своих.

— А если они придут ко мне и потребуют передать им набросок портрета Гидеона.

— Покажи его им.

— Они спросят, где я его взял.

— Скажи, что художник нарисовал.

— Захотят узнать, кто этот художник.

— Отошли их ко мне.

— Этот сторож! Будь он неладен! — воскликнул Дрейк угрюмо.

— Не забывай, — сказал Мейсон, — что все это играет нам на руку. Получается прекрасный расклад. Если мы передадим полиции этот набросок, а сторож будет настаивать на своих показаниях о его схожести с внешностью преступника, полиция опубликует его. Гидеон только затравленно посмотрит на свой портрет и быстро уберется из страны.

— Откуда он возьмет деньги? — спросил Дрейк.

— Наскребет где-нибудь, — ответил Мейсон задумчиво. — Об этом мне и нужно как следует подумать.

Глава 11

Утром небо заволокло тучами, и к обеду пошел холодный проливной дождь. В час позвонил Дрейк и сообщил, что Лорна Уоррен уехала на своей машине и его люди следуют за ней.

— Пыталась ли она освободиться от них? — спросил Мейсон.

— Не думаю, — сказал Дрейк. — Мои люди считают, что она даже не знает, что за ней следят. Она только что неожиданно сделала левый поворот из правой дорожки, машина моих людей попала в пробку, и они не могли следовать за ней. Пытались перехватить ее на следующем перекрестке, однако безуспешно.

Такие вещи иногда случаются даже с самыми лучшими сотрудниками наружного наблюдения. Она скоро вернется домой, и мои люди снова будут наблюдать за ней.

— Я знаю, — сказал