Блондинки моего мужа - Ирина Потанина

Господи, какие же новости привели представителей органов в наш офис?

К тому моменту, когда дверь наконец открылась, я была совершенно не в состоянии соображать. Перед мысленным взором стоял образ любимого и печальный полицейский, сообщающий мне трагическую весть. Неужели все настолько плохо?

— Что вы здесь делаете? — представитель органов спрятал удостоверение и исподлобья уставился на меня.

— Что с ним? — в свою очередь спросила я, приказывая сама себе успокоиться.

— С кем? Подождите, ответьте сначала на мой вопрос. Что вы здесь делаете?

— Ищу, конечно. Что еще я могу сейчас делать!

— Что ищете? — работник органов недовольно нахмурился и зачем-то поставил ногу в проем двери. — Объяснитесь немедленно!

И тут я вспомнила о том, что происходит, когда я прямо указываю судьбе, что именно ищу.

— Ищу… — я принялась описывать личность прямо противоположную по внешним данным Георгию. Буду делать вид, что ищу нечто противоположное, наверняка найду Жорика. — Молодого человека, длиннющего такого блондина. Кудрявого, со светлыми глазами и ангельским характером.

— Да что вы мне голову морочите! А ну, к стене быстро! Резких движений не делать! Потом разберемся, у кого тут какой характер.

Вот уж чего я никак не ожидала, так это подобного поведения полиции.

— У вас ордер есть? — послушно отворачиваясь к стене, спросила я.

— Вот это наглость! — вырвалось у моего гостя. — Ордер с меня только хозяин дома требовать может.

Что это еще за дискриминация? В пору феминисткой становиться. То есть хозяин, значит, может ордер требовать, а хозяйка нет?!

— Что-то я такого закона не припомню! — сообщила я стене.

Меня никто не слушал. Представитель органов уже заглядывал в комнаты. Я робко обернулась.

— Что вам там нужно? — грозно поинтересовалась я. — Это теперь мода такая по моим вещам шарить, да?

— Вы их что, с собой принесли? — с сомнением оглядывая окружающий бардак, спросил гость.

Кажется, он всерьез растерялся. Еще бы, не каждый день выдается случай такой разгром пронаблюдать. Впрочем, даже это — не повод задавать такие глупые вопросы.

— А вы думаете, вещи в квартирах сами вырастают?

Судя по лицу гостя, последняя моя фраза натолкнула его на принятие важного решения.

— Не хотите по-человечески — не надо! — бросил он мне, после чего достал из кармана наручники и, больно дернув мою руку, прицепил меня ими к своей руке. — Главное, чтоб не сбежала. С подробностями потом разберемся, — скорее себе, чем мне, сообщил наглец.

В этом доме, похоже, на любого нападало дурацкое желание разговаривать с самим собой.

— Отстегните меня немедленно! — ситуация казалась настолько нелепой, что я даже не очень испугалась. Меня, ни в чем не повинную, в моем собственном доме в тот момент, когда надо срочно искать моего мужа и злоумышленников, вдруг арестовывают. Бред, чушь, маразм! На меня напал приступ нервного смеха.

— Прекратите! — шикнул гость. — Черт, сколько можно его ждать, — пробормотал он себе под нос.

— А кого вы ждете? — тут же заинтересовалась я.

— Наряд для задержания особо опасных… Таких, как вы, — огрызнулся скованный со мной металлической цепочкой полицейский.

Его раздражение тут же передалось мне (не зря говорят, что металлы — хорошие проводники, металл наручников явно лучший из их представителей). Я набрала полную грудь воздуха, чтобы закатить положенный грандиозный скандал. Но на лестничной площадке вдруг показалась моя соседка сверху. Очень бойкая дама весьма почтенных лет, которая целыми днями просиживала под подъездом и занималась тем, что поносила соседей. Я замолчала, чтобы не предоставлять пищи окрестным сплетницам.

— Что это у вас происходит? — заинтересованная моей открытой дверью старушка и не думала двигаться в прежнем направлении. Забыв о благих намерениях разместиться на своей любимой лавочке, она замерла перед моей входной дверью.

— Все под контролем! — успокоил ее полицейский, одновременно взмахнув рукой с наручниками и вынимая удостоверение из внутреннего кармана пиджака.

Соседка внимательно изучила все артефакты. Уходить она явно не собиралась, чем очень мешала мне поскандалить.

— А вы, гражданочка, кто будете? — поинтересовался полицейский.

Пока соседка пережевывала свои имя, фамилию и все заслуги, я накалялась все больше.

— Раз уж зашли, то ответьте-ка на пару вопросов, — полицейский и не думал прогонять старушку. — Хотя это и не я расспрашивать должен. Ладно, ничего, все равно же жду, — последнее он устало пробубнил для себя.

— Слушаю! — обрадовалась, оживившись, соседка.

Гость задумался. Пытался лоб почесать, но я гневно одернула свою руку.

— Вот! — наконец выдал он. — Видали ли вы тут блондина с ясными глазами, длинного и сутулого? Правильно я формулирую?

— А как же! — всплеснула руками соседка. — Видела, видела. Я и не такое видела. Давеча заходил прямо вот в эту квартиру. Я еще удивилась, что за новый поселенец тут!

Я остолбенела. Ничего себе!

— Подробнее его опишите! — потребовала я, искренне жалея, что под рукой не имею блокнота, куда можно было бы записать показания свидетельницы.

— А то вы сами не знаете, — как-то даже кокетливо улыбнулась соседка. — В очках такой, светленький. Одет хорошо. Я возле подъезда сидела. Смотрю — новенький кто-то к нам заходит. Потом слышу, на первом этаже ключами бряцает. Никак, думаю, брат к соседке приехал. Но теперь-то понятно, какой он ей брат.

Мне, в отличие от старушки, было совершенно непонятно.

— А что, надолго ли нонче за такое сажают? — осмелев, поинтересовалась у моего гостя соседка. — Али это так, для острастки, чтоб призналась? — старушка игриво зыркнула глазками на наручники.

В этот момент подъездная дверь громко хлопнула и на пороге моего офиса появился… взволнованный Георгий. Самый настоящий. Живой и невредимый.

— Хм! — ошарашенно застыл он в дверях.

— Ой! Как у французскому кине! — всплеснула руками соседка. — Эту на любовнике поймали, а тут муж пришел. Караул! Я женщина приличная. Пожалуй, пойду к себе, а то сейчас еще биться начнут.

Соседка, радостно бубня что-то себе под нос, приплясывала на месте до тех пор, пока Жорик, галантно взяв ее за плечи, не выставил в коридор.

— Ну наконец-то! — с укором глянул на Георгия мой надзиратель. — Я тут уже не знаю, что с ней делать.

— Хм! — снова повторил Георгий, округлившимися глазами глядя на мои наручники.

— Ты? Ты… Ты! — до меня наконец дошло, что происходит.

Невзирая ни на какие помехи, я бросилась к Жорику, волоком потащив за собой бедного полицейского.