Свидетели живут недолго - Наталья Александрова

Мария Семеновна набрала номер, Жорка всполошился, клятвеннообещал завтра с утра приехать и попросил не вызывать пока аварийку, а топридут, дверь сломают, это же какие деньги на новую дверь надо! Ночью МарияСеменовна вставала посмотреть на пятно, ей казалось, что оно увеличивается истановится какого-то бурого цвета – краска, что ли? Но глаза уже были не те,волей-неволей пришлось ждать до утра.

Утром Жорка не явился. При свете дня обнаружилось, что пятнобуро-коричневого цвета, но краской не пахнет. Мария Семеновна встревожилась ипо совету Зинаиды вызвала техника и участкового. Участковый пришел раньше,техник позвонила, что идет со слесарем, тут прилетел Жорка. Дверь открылась намаленькую щелку, дальше что-то мешало. Участковый налег мощным плечом, щель увеличилась.Жорка рванулся было посмотреть, но когда в щель через порог стала видна бураялужа на полу, участковый отодвинул Жорку, заглянул в квартиру и с криком «Матьчестная!» выскочил. Потом он встал снаружи у закрытой двери и велел МарииСеменовне вызывать милицию – убийство, мол. Жорка побледнел и сел на ступеньки.Мария Семеновна с техником ждали милицию на улице, участковый врос в пол передквартирой. Милиция приехала, завела Жорку в квартиру и начала процедуру осмотраквартиры, тел – их оказалось два, мужчина и женщина, – опроса соседей итак далее.

Во второй половине дня в комнату влетела Полякова,таинственно поблескивая глазами:

– Ой, девочки, что скажу!

Дамы собрались в кружок почему-то у Надеждиного стола.

– Сущенко Аркадий Ильич умер!

– Да ты что?

– Вот точно, звонили только что из дома.

– Только что звонили, а ты уже знаешь!

– А я как раз у экономистов была, и там женщина приходиламатпомощь оформлять, ну, на похороны.

– Что-то в нашем институте последнее время однипохороны, – вздохнула Надежда.

– А что с ним случилось-то?

– Ой, да вы же слушайте дальше! И Лариса Павловна-то тоже!

– Что – тоже?

– Тоже умерла, мать ее звонила.

– Так они вместе, что ли, где-то были?

– Да надо думать, что не порознь умерли, ну я подробностиеще выясню. – И Полякова умчалась.

– Ну вот, – сказал неслышно подошедший ВаляГолубев, – дотрахались, значит.

Дамы сконфузились и разошлись. Надежда рассердилась:

– Ты, Валентин, все-таки выбирай выражения, про покойниковведь говоришь!

– А что, хорошая смерть, оба в один миг, уж лучше так, чемкак Никандров!

– Ты погоди, что там еще выяснится.

И выяснилось.

На следующий день Валя попросил Надежду о помощи.

– Понимаешь, Жора Чапыгин звонил. Что-то у него тамстряслось, неприятности большие, по телефону говорить не может, очень проситвстретиться. И тебя просил привести, он тебя очень уважает.

Жора Чапыгин работал когда-то давно у них в институте, вечночто-то доставал, крутился, кипел: то занимался аквариумными рыбами – разводилих на продажу, – то какими-то бирманскими кошками – тоже разводил ипродавал через клуб, потом хотел взяться за разведение щенков мастино, но женане позволила, ей хватило бирманских кошек. В трудные дефицитные времена Жоратакже приторговывал книжками и дамскими сапогами.

Жора был маленького роста, почти лысый, прихрамывал сдетства на левую ногу и имел в институте кличку Хромой Бес, но не за хромоту, аза неумеренное пристрастие к дамскому полу. Он любил всех женщин и ухаживал завсеми без исключения по принципу «Не прошло – и ладно», то есть ни капельки неогорчался, получая отказ, а, наоборот, начинал еще лучше к женщине относиться,но уже подружески. Лет ему было уже под пятьдесят, но про это никто не знал,потому что последние двадцать лет Жора почти не менялся. Когда-то давно, столет назад, он как-то вдруг попытался ухаживать и за Надеждой, но у нее это невызвало ничего, кроме смеха. Жора не обиделся, а, наоборот, стал относиться кней повнимательнее, доставал дефицитные книжки для маленькой тогда еще дочериАлены, лекарства для Надеждиной матери и модные тряпки для Алены подрастающей.С началом перестройки, когда народ понемногу начал нищать, а у Жоры был не торыбный, не то кошачий период, начальство почему-то вдруг невзлюбило Жору. Сточки зрения начальников, было за что: за все годы работы в институте Жора нидня не работал, то есть на работу он приходил, хоть и с опозданием, и почтикаждый день, но добиться от него хотя бы минимальной трудовой деятельности былоневозможно. При этом человеком он был очень общительным, не жадным, да и не беднымпо тем временам и частенько приносил к ежедневному общему чаепитию то коробкутрюфелей, то килограмм ветчины, то мешок каких-нибудь булочек и пирожков простотак, без всякого повода. Вообще экономить Жора не умел, и деньги у него всегдатекли рекой, но все-таки он умудрился и машину купить, и дачу построить, исодержать семью – неработающую жену и двоих детей. Поэтому начальствовозненавидело Жору не за лень, таких-то в институте было сколько угодно, а занезависимость и умение зарабатывать деньги вне стен института. Жоре предложилиуволиться по собственному желанию, он уперся, начальство тоже пошло на принцип,дело вынесли якобы на усмотрение коллектива. Всем было неохота рисковать из-заЖоры, тем более что он без работы не пропадет, и за Жорино увольнение коллективпреданно проголосовал в полном составе, не считая Вали Голубева, Надежды и ещедвух-трех человек, которые, вспомнив гору съеденных Жориных пирожных, конфет ибутербродов, не смогли совладать с собственной совестью.

Жора уволился, ушел в бизнес, хотел открывать свое дело, ночто-то там лопнуло, связался с МММ, а потом Надежда потеряла с ним связь. И вотон теперь звонит и просит приехать.

– Ну что ж, давай уйдем сегодня пораньше и встретимся с ним.

Они встретились, зашли в «Сладкоежку» на Марата, Жорасказал, что он угощает. Вообще он внешне мало изменился, но выглядел каким-топодавленным и Надежде сказал комплимент грустным голосом.

– Ну что, Жора, как дела твои?

– Ох, ребята, дела у меня – хуже некуда. Давайте за встречуи чтобы все наладилось.

Они выпили коньяку, потом Жора заговорил:

– Вы не поверите, но Сущенко-то у меня на квартире убили.

– Сущенко? Убили? – Это Надежда с Валей в один голос.

– Да тише вы, вон люди смотрят. Ну, сдавал я им квартиру дляэтого дела.

– Ты подожди, давай по порядку, говори толково, откуда утебя квартира-то лишняя? – спросил Валя.

– Ну ладно, слушайте, по порядку так по порядку. В общем,как уволился я, сначала так перебивался, оформил ИТД в исполкоме, ну тут рыбки,кошечки, потом плохо все это пошло, и устроила мне одна знакомая баба заем вбанке на три месяца. Я деньги в оборот пустил, все вовремя с процентами отдал,потом опять кредит взял, так и пошло, а потом связался с МММ. Сначала-то всенормально было, акции покупал, продавал, деньги все в срок возвращал, апотом... Говорили ведь мне умные люди, что пора с этим МММ завязывать, чтолопнет все это, а меня жадность обуяла, дай, думаю, еще подожду, и в конечномсчете пропало у меня... – Жора оглянулся и шепотом назвал сумму.