Роман с убийцей - Владимир Колычев

– Есть «Премьер», «Портал», «Корона». – Мужчина запахнул жилетку. – «Премьер» – белорусский ответ «Мальборо».

Олег кивнул. Да, он видел на холщевой витрине пачку, по сочетанию цветов напоминающую «Мальборо».

– Белорусский, стало быть?

– Всего сорок рублей. – Мужчина снова глянул по сторонам.

Из ларька показалась женщина с крупной волосатой родинкой на носу, пригрозила ему полицией и грубо послала его в конкретном направлении. Мужчина молча опустил голову, косо, с обидой глянул на Олега и повернулся к этой бабе спиной.

– Эй! – Олег увязался за ним, остановил его и спросил: – Контрабанда?

– Брать будешь?

– Для пробы возьму.

Он купил пачку «Премьера», вынул сигарету, закурил. Ощущение не из приятных, но не смертельно. А на безрыбье так и за мясо принять можно.

– И что, покупают?

– Блоками.

– И где блоки?

– Там. – Мужчина кивком показал в сторону стоянки перед универмагом, где, судя по всему, находилась его машина.

– А чего так тихо? – с усмешкой полюбопытствовал Олег. – Ментов боишься?

– А ты не боишься?

– Ты им платить не пробовал?

– Пойду я.

Мужчина повернул в сторону ларька, но Олег схватил его за плечо и придал ему исходное положение.

– Ты чего? – пробурчал контрабандист и нахохлился.

– А ты что, предъявить мне хочешь? – Олег выпустил ему в лицо струю дыма. – Давай зови своих кентов!

– Зачем звать?

– Или у тебя из кентов только сигареты? – спросил Олег, разглядывая мужика.

Лет сорок ему, обрюзгший, неухоженный, если не сказать запущенный. Не было в нем той уверенности, которую вселяет в человека успешный бизнес. Дела у мужика наверняка шли ни шатко ни валко. Виной этому, скорее всего, был страх перед ментами.

– Не надо никого звать, сами придут.

– Сигареты?

– Кенты.

– Нет у тебя никого. Сам по мелочи работаешь.

– Тебе какое дело?

– По пивку? – Парень кивком показал на тент летнего кафе, большая часть столиков которого пустовали.

– Не могу, мне работать надо.

– Меня Олегом зовут. – Он пристально посмотрел на мужчину, всем своим видом давая понять, что не стоит отказываться от знакомства и от кружки пива.

– Павел Борисович.

– Пойдем, Павел. Обоснуешь мне свой бизнес-план.

В кафе подавали разливное пиво. Олег заказал самое дорогое.

– Как думаешь, контрафакт? – спросил он, отхлебнув из бокала.

– Алкоголь тоже под акцизами, – ответил Павел.

– А в Белоруссии без акцизов?

– Сигареты без них, и вводить они не планируют.

– А у нас и дальше поднимать будут?

– Непременно. Только в этом году уже два раза подняли.

– Мужики волнуются.

– Есть такое.

– Ты помогаешь им, они – тебе. Деньгами.

– Чего ты от меня хочешь?

– Конкуренцию тебе составить хочу.

– Вот даже как. – Павел досадливо поморщился и отвел в сторону взгляд.

Не было за ним силы, которая могла бы поставить Олега на место. Только самому, кулаками, но кишка тонка. Как он с такими возможностями рискнул занять святое место, пока еще пустое?

– Значит, из Белоруссии сигареты возишь?

– Ну да, оттуда, – буркнул мужик.

– А из Украины чего? Она ведь ближе.

– На Украине свои акцизы.

– А в Белоруссии нет?

– В Белоруссии лимиты на внутренний рынок. А на экспорт – сколько угодно. В Ростов целыми фурами сигареты возят.

– Так ты в Ростове закупаешься?

– Нет, в Белоруссии был. Полный багажник набрал.

– А таможня?

– Да какая там таможня? Одно название.

– Много еще в багажнике?

– Есть кое-что.

– Может, я все взять хочу?

– Да? – Павел мигом оживился.

– Что, не идет торговля? – с усмешкой осведомился Олег. – Очко играет?

Похоже, не удался у мужика эксперимент. Прибыль ведь еще получить надо, а это риск напороться на ментов. Они запросто могут оставить его без прибыли и товара.

– Просто город у нас небольшой. Рынок маленький.

– Большой у нас рынок. В смысле городской.

– Я вообще говорю.

– Надо не вообще, а конкретно. Тогда и дела пойдут. Так ты багажник свой отдаешь?

– Смотря по какой цене, – ответил на это незадачливый контрабандист.

– По конкретной, – сказал Олег.

Сигареты нужны были ему для перепродажи, значит, брать он их должен по той стоимости, в которую они обошлись Павлу. Плюс небольшая премия. А если нет, то самому впрягаться и гнать телегу в Белоруссию. У мамы имелась машина, «Шевроле» не первой молодости. Права у него были, доверенность она выпишет. Но, если честно, впутывать ее в эти дела сыну не хотелось. Почему бы не наладить взаимовыгодное сотрудничество с тем же Павлом Борисовичем?

Шампиньон мертв, но деньги его живут и пахнут табаком. Как дешевым, так и дорогим.

Олег не стал уподобляться Борисычу. Он вышел к своим покупателям с открытым забралом, арендовал целый киоск на городском рынке, закупил товар у легальных поставщиков, и работа пошла. Мелкими шажками. Лишь после того как парень включил в свой ассортимент явный контрафакт, дела ускорили ход.

Но вместе с первыми потребителями контрафакта к нему подошли два представителя армянской национальности. Эти ребята явно гордились своим сходством с киношными боссами сицилийской мафии. Оба крупные, тяжеловесные, мордастые, загорелые, вальяжные, с виду вроде бы разморенные августовской жарой, но внутренне собранные, сосредоточенные, настроенные на жесткую волну.

– Ты кто такой? – спросил один из них, сильно бровастый, слегка косоглазый, положив Олегу на плечо тяжелую волосатую руку.

Армяне – народ, в общем-то, боевой, но в мирное время более чем расслабленный. Даже сейчас они надеялись на мирный исход конфликта. Олег уступит, они примут его капитуляцию и с гордым видом отчалят в сторону родной гавани, которая располагалась в крытом павильоне бакалейных товаров. На реальную драку эти личности настроены, но вряд ли на все сто процентов.

Впрочем, если Олег их очень разозлит, то они могут озвереть и схватиться за ножи.

Однако Олег не хотел их злить, хотя и сдаваться не собирался. А нож у него и у самого был. В кармане. Он мог достать его одной рукой, очень быстро выщелкнуть лезвие и ударить.