Эланус - Урсула Познански

Разговор двух мужчин отпечатался в его памяти слово в слово. К сожалению, он не понял ничего из того, что услышал, – он понятия не имел, о какой катастрофе шла речь. И о какой лжи тоже.

Йона поднес свои руки под горячую воду, а затем провел мокрыми руками по волосам.

Получалось, что не нужен был никакой дрон, чтобы наткнуться на секреты других людей.

Через пятнадцать минут он уже был у своей аудитории, где остальные студенты стояли в ожидании начала лекции. Он до сих пор не знал по имени никого из своих сокурсников, и у него не было сейчас никакого настроения, чтобы заводить новые знакомства. Он снова вспомнил отказ Линды, о котором почти забыл, подслушивая разговор. Осознавать это было больно. Он прислонился к стене и закрыл глаза. Голоса в его голове перемешались.

Если это так, то советую прекратить как можно скорее, малой.

Если все откроется, то я ничего не знал, понятно?

– Эй, смотрите, а вот и чертов умник.

Последняя фраза была не воспоминанием, а реальностью. Йона открыл глаза – перед ним стоял Арон.

– Ну? На этот раз ты не ошибся аудиторией? – Он огляделся, смеясь, пока не привлек внимание группы из четырех человек, стоявших слева чуть дальше от них. Он приветливо кивнул им. – Вы не могли бы быть так добры, чтобы немного приглядеть за Йоной? Говорят, что он очень умный, хотя до сих пор не понял, как нужно себя вести в университете, и поэтому ведет себя иногда как профессор. Стремится вести занятия и все в таком же духе. Вы уж остановите его, если что, пока он снова не нарвался на неприятности. – Арон потрепал Йону по волосам. – Иногда он даже пытается приставать к девушкам, которые на четыре-пять размеров больше него. Здесь тоже было бы неплохо, если бы вы его остановили, а то его побьют еще нечаянно. Было бы очень жаль, ведь парень маленький гений, не так ли? – При этом Арон повернулся и пошел.

Йона посмотрел ему вслед, разрываемый между бессилием и злостью. Потом он услышал смех за своей спиной и выбрал злость. Но так, чтобы по нему этого не было видно.

– Это был твой старший брат? – спросил один из студентов.

– Нет, просто большой идиот. – Йона повернулся к группе. – Я тут опозорил его, и он захотел мне отомстить.

Он вошел в зал и почувствовал, как большинство из сидящих наблюдали за ним. Небольшую стычку в коридоре, которую инсценировал Арон, видели не только те четверо, с кем он разговаривал.

Йона подумал о том, каким образом проще всего будет достать номер его телефона.

– Все, что нужно по математике, со мной. – Паскаль прислонился к забору Хельмрайхов и посмотрел с надеждой на Йону, который шел от остановки к дому. – Книги, тетради и примерно пять тысяч рабочих карточек. Давай, просвети меня.

– Ты выбрал неподходящее время. – Йона прошел мимо Паскаля, даже не взглянув на него. Его настроение не улучшили даже сегодняшние лекции. После выходки Арона он был совсем не в духе. Два студента, которые собирались поговорить с ним, получили от него такой злой ответ, что больше никто с ним не разговаривал. И снова появилась привычная дистанция по отношению к другим.

Да еще плюс ко всему три язвительно-ироничных замечания, от которых во время лекции не смог удержаться Йона. И все. И его репутация укрепилась еще больше – чертов умник!

Замечательное начало.

Паскаль обогнал его на садовой дорожке и попятился задом: – Что, скверный денек?

– Хуже некуда.

– О’кей, новый сосед, открой же мне свое сердце. А потом ты все-таки попытаешься впихнуть в мой бедный, неимущий мозг немного математики, хорошо?

И снова Йона хотел сказать что-то едкое, но на этот раз справился с собой. Паскаль ему нравился, и, возможно, не было ничего страшного в том, если бы он этого и не скрывал.

– Все в порядке. Если тебя не смутит, что у меня действительно ужасное настроение и я, вероятно, могу сказать тебе пару на самом деле подлых вещей.

– Без проблем, – радостно сказал Паскаль, пока Йона открывал дверь. В этот раз она открылась без проблем.

Дома никого не было. Ни Сильвии, ни Керстин. Хельмрайх, которого Йона до сих пор не решался называть по имени даже в мыслях, вернется с работы только с наступлением темноты.

Они уютно устроились в комнате Йоны. Паскаль развалился на кровати, не снимая обуви. Но по этому поводу Йона уж точно не собирался сегодня переживать.

– Итак… – Паскаль теребил в руках подушку. – Я слушаю, рассказывай.

Сначала Йона хотел обойтись кратким объяснением, затронув пару моментов. Но Паскаль так заинтересованно слушал, и это так понравилось Йоне, что он просто доверился ему. Он рассказал ему каждую деталь, которую вспомнил.

– Итак, – заключил Паскаль в конце рассказа и с удовольствием потянулся. – Этот Арон просто-напросто подонок. У Линды же произошло что-то серьезное, если все было так, как ты говоришь. Кто-то причинил ей боль, и она сорвалась на тебе.

– Ты думаешь?

– Да. У нее не было другой причины так тебя опустить. Ты же сам сказал, что она показалась тебе подавленной.

Йона попытался вспомнить ту встречу:

– Подавленной, нервной, злой – всего понемногу.

– Вот видишь. – Тут Паскаль обнаружил на прикроватном столике у Йоны пачку мармеладных мишек и сразу же взял ее себе. – Ты просто стал для нее краном, – произнес он, разжевывая мишек. – И в этой роли ты был великолепен, так как она почувствовала, что она тебе нравится и что тебя можно обидеть. После этого ей стало намного лучше.

Йона кивнул. Да, Линда добилась того, что обидела его, так же, как Арон добился того, чтобы опозорить его.

– Всегда одно и то же, – констатировал он. – Я в какой-то момент подхожу к этому, и меня не принимают во внимание.

– В общем, я считаю, что ты в порядке, – сказал Паскаль, пожимая плечами. – Может быть, ты слишком сильно пытаешься удивить всех вокруг тебя, но раз уж ты такой умный… – Он усмехнулся. – Я бы тоже, наверное, не смог устоять, но мне в связи с этим ничего не грозит.

Йона считал по-другому. Хорошо, пусть Паскаль профан в математике, но если речь шла о том, чтобы понять поведение других людей, он действительно казался подходящим человеком, оставившим Йону далеко позади себя.

– А что бы ты сделал на моем месте?

Паскаль скрестил руки за головой и посмотрел