Старик в углу - Эмма Орци

Многое, невзирая на личный характер этих сведений, стало достоянием сплетен в результате величайшего ажиотажа, который последовал за убийством Чарльза Лавендера, когда все взоры были обращены на лорда Артура Скелмертона, и широкая публика в подробностях обсуждала его праздную, бессмысленную жизнь.

Тем временем в обществе стали судачить о том, что бедная молодая леди Артур боготворит своего красавца мужа, несмотря на его очевидное небрежение; не подарив ему до сих пор наследника, она как будто жила с постоянным чувством вины за своё плебейское происхождение; её жизнь свелась к тому, что она смирялась с недостатками лорда Артура и прощала все его грехи, а порой даже скрывала проступки мужа от сэра Джона, пытаясь убедить старика, что его зять — воплощение всех семейных добродетелей и образцовый супруг.

Среди дорогостоящих увлечений лорда Артура Скелмертона, разумеется, были скачки и карты. Вскоре после женитьбы он несколько раз выиграл на бегах и приобрёл собственную конюшню, которую все считали регулярным источником доходов лорда — ибо он был весьма удачлив.

Однако же Перчик после блистательной победы в Ньюмаркете не оправдал хозяйских надежд. Его провал в Йорке стал результатом целого ряда причин, в том числе трудной дорожки, но итог оказался таков, что лорд Артур Скелмертон оказался в незавидном положении — он поставил на эту лошадь всё, что у него было, и за один день потерял более пяти тысяч фунтов.

Поражение фаворита и громкий непредвиденный триумф Короля Коля стали золотым дном для букмекеров — во всех отелях Йорка завсегдатаи бегов давали обеды и ужины, чтобы отпраздновать столь знаменательное событие. На следующий день, в пятницу, предстоял один из наиболее важных заездов, после чего толпа пройдох, на неделю захватившая почтенный город, должна была отправиться по своим тёмным делам, оставив Йорк с его красивым старым собором и древними стенами таким же сонным и тихим, каким он был прежде.

Лорд Артур Скелмертон также собирался уехать из Йорка в субботу, и в пятницу вечером он устроил в «Вязах» прощальную холостяцкую вечеринку, на которой леди Артур не присутствовала. После ужина джентльмены уселись играть в бридж, и по-крупному, уж будьте уверены. Часы на колокольне пробили одиннадцать, когда констебли Макнот и Мерфи, которые несли службу на ипподроме, услышали громкие крики: «Убийство! Полиция!»

Быстро определив, откуда доносятся крики, они немедленно поскакали туда — а это было почти на самой границе владений лорда Артура Скелмертона — и увидели троих мужчин, двое из которых отчаянно боролись, а третий лежал ничком на земле. Когда полицейские приблизились, один из мужчин громко закричал (и в его голосе слышались властные нотки): «Сюда, ребята, живей! Держите негодяя!» Но негодяй, казалось, и не думал бежать, хотя, конечно, отчаянно вырывался из рук нападавшего. Констебли спешились, а тот, кто звал на помощь, сказал уже тише: «Я лорд Артур Скелмертон. Здесь начинаются мои владения. Мы с моим другом курили в беседке, когда услышали громкие голоса, а потом — крик и стон.

Я поспешил на шум и увидел, что этот бедолага лежит на земле с ножом между лопаток, а убийца, — он указал на мужчину, который спокойно стоял рядом, в то время как констебль Макнот крепко держал его за плечо, — а убийца наклонился над телом жертвы. Я опоздал и не сумел спасти несчастного, но зато успел схватить преступника». — «Это ложь! — хрипло воскликнул тот. — Констебль, я этого не делал. Клянусь, я этого не делал. Я увидел, как он упал, — я проходил в паре сотен ярдов отсюда — и всего лишь захотел посмотреть, жив ли этот человек. Клянусь, я его не убивал!» — «Придётся тебе объяснить все это инспектору, дружок», — ответил Макнот; арестованный, по-прежнему громко заявлявший о своей невиновности, был уведён, а тело отправлено в участок до опознания.

На следующее утро газеты пестрели подробностями трагедии; полторы колонки в «Йорк геральд» были посвящены смелому поступку лорда Артура Скелмертона, который поймал преступника. Предполагаемый убийца по-прежнему твердил, что невиновен, но прибавлял с какой-то мрачной иронией, что он, видимо, крепко завяз, но легко выберется. Он сообщил полиции, что убитый — всем известный букмекер по имени Чарльз Лавендер (этот факт вскоре подтвердился, поскольку в городе было много дружков покойного).

Даже самые настойчивые репортёры оказались не в состоянии добиться от полиции каких-либо сведений, но никто тем не менее не сомневался, что арестованный, назвавшийся Джорджем Хиггинсом, убил букмекера с целью ограбления. Следствие было назначено на следующий четверг.

Лорду Артуру пришлось провести в Йорке ещё несколько дней, поскольку требовались его показания. Это дело представляло интерес для многих, так как затрагивало как Йоркское, так и лондонское общество. Чарльз Лавендер был хорошо известен на бегах. Даже бомба, взорвавшаяся в древнем кафедральном соборе, не удивила бы нашу публику сильнее, чем известие, которое, начиная с пяти часов дня в четверг, распространилось по городу со скоростью пожара. В результате следствие вынесло вердикт: «убийство совершено неизвестным лицом или лицами» — но спустя два часа полиция арестовала лорда Скелмертона в его доме, предъявив ему обвинение в убийстве Чарльза Лавендера, букмекера.

ГЛАВА VIII.

ОСОБО ТЯЖКОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ

Полиция, видимо, почуяла, что в смерти букмекера есть нечто загадочное, — недаром же подозреваемый столь уверенно заявлял о собственной невиновности — и предприняла значительные усилия, дабы собрать и предъявить следствию все возможные улики, которые могли пролить свет на жизнь Чарльза Лавендера незадолго до его трагической гибели. Перед коронером[33] предстала длинная череда свидетелей, главным среди которых был, конечно, лорд Артур Скелмертон.

Сначала коронер вызвал двух констеблей, которые заявили, что, когда часы на соседней церкви пробили одиннадцать, они услышали крики о помощи и, прискакав на шум, обнаружили подозреваемого в крепкой хватке лорда Артура, который обвинил этого человека в убийстве и передал в руки полиции. Оба констебля сошлись в своих показаниях.

Врачи подтвердили, что погибшему нанесли удар в спину, между лопаток; рана была нанесена большим охотничьим ножом, который убийца оставил на месте и который теперь был предъявлен следствию.

Лорд Артур Скелмертон, вызванный вслед за тем, повторил то, что говорил констеблям. А именно, он заявил, что тем самым вечером пригласил друзей на ужин, а потом все сели играть в бридж. Сам он играл мало и незадолго до того, как пробило одиннадцать,