Длинные тени - Дэвид Балдаччи

– Похоже, вы немало о нем знаете, – заметила Уайт.

– Он типа местный спортивный герой. Занимает твердую позицию в национальном рейтинге. И в десятом классе завоевал титул штата по борьбе в тяжелом весе. Сейчас сосредоточился на футболе.

– Послушать, так настоящий жеребец, – заметил Амос.

– Декер играл в университете штата Огайо, – пояснила Уайт, – а потом за «Кливленд Браунс». Но я не стала бы ставить это ему в вину.

Эндрюс поглядел на исполина Декера снизу вверх.

– Это правда? «Кливленд Браунс»? А потом пошли в копы? Странный карьерный кульбит…

– И с каждой минутой всё страннее. – Декер поглядел на Уайт.

Глава 10

Во время поездки за окном разворачивались живописные пейзажи, широкие пляжи, птицы, кружащие в небе, кондоминиумы в высотках и особняки с выходом к океану, затаившиеся за крепкими воротами и высокими стенами. И всю дорогу Декер игнорировал эти красоты, глядя в заднее стекло невидящим взглядом, а перед ним прокручивались образы, запечатленные у него в голове.

Его жена мертва, его дочь мертва, давным-давно в могиле. Буквально только что Мэри Ланкастер в отчаянии ушла от собственной руки. А очень даже живые Алекс Джеймисон, Мелвин Марс и Росс Богарт зажили дальше собственными жизнями.

«И вот я здесь с новой напарницей и… этим. Еще два убийства, головоломка, всегда приходящая с ними, допросы, расспросы, враки в ответ, еще вопросы и противостояния, и просто откровенная собачья чушь, которую несут и невиновные, и виноватые. А потом приходит решение, а я перехожу к следующей догадке».

От Флориды до Северной Дакоты со всеми остановками.

Обернувшись, Амос увидел, что Уайт смотрит на него с переднего пассажирского сиденья. Эта женщина видела срез жизни, узреть который Декеру было не дано. Несомненно, это закалило ее, научив биться в защите свирепо, но хитро и скрытно, с осознанием, что вынуждена играть по правилам, заведомо ставящим ее в невыгодное положение до такой степени, что это должно колоть глаза каждому, но почему-то не тревожит никого.

– Я не уверена, что у меня в банке хватит средств, чтобы предложить наличные за ваши мысли. – Она улыбнулась.

Декер отвел глаза, продолжая мысленным взглядом видеть, как Мэри Ланкастер поднимает дрожащую руку с пистолетом ко рту, вставляет ствол, закрывает глаза, и ее жизнь обрывается самым трагическим из возможных способов.

Потом вместо лица Ланкастер Амос увидел собственное лицо. Он смотрел на унитаз, на котором сидела его дочь. Отец и дочь в каком-то футе друг от друга. Один смотрел беспомощно, раздавленный свыше всяких мыслимых человеческих пределов, а вторая смотрела на него, но не видела, потому что мертвые не видят ничего. Он достал свой табельный пистолет и вложил в рот. Ствол «Глока» отдавал металлической горечью, ружейное масло сочилось на язык. Амос посмотрел на Молли и закрыл глаза. Палец скользнул на спусковой крючок, и потребовалась бы всего пара фут-фунтов[5] силы, чтобы воссоединить его в смерти с дочерью и женой. Такое простое движение, проделанное тысячи раз в тире и несколько раз при исполнении служебных обязанностей в оперативных условиях…

И все же, в отличие от Мэри Ланкастер, он опустил оружие и дождался копов.

«Не проявил ли я чрезмерную трусость? Может, мне не хватило отваги, которой у Мэри было с лихвой? А ведь она оставила по себе дочь и мужа… Вариант, которого у меня не было и который я вряд ли избрал бы…»

– Декер!

Вырванный из своих мыслей, Амос увидел встревоженный взгляд Уайт, подействовавший ему на нервы.

– Долго еще? – грубо спросил он у Эндрюса.

– Уже подъезжаем к посту охраны на въезде.

– А тут кто-нибудь вообще живет без ограды и охраны? – спросил Декер. – Неужто здесь настолько опасно?

Эндрюс посмотрел на его отражение в зеркале заднего вида, словно хотел проверить, не шутит ли Декер, и сказал:

– В моем районе ограды и охраны нет. Наверное, маловато зарабатываю.

– Кто-нибудь уже беседовал с Дэвидсонами? – поинтересовалась Уайт.

– Местные копы. Просто, чтобы проинформировать о смерти Камминс. Остальное оставили нам.

– Необходимо установить алиби, – заявила Уайт. – Как насчет ордера на обыск кондо бывшего?

– Труп женщины нашли только сегодня утром, – отозвался Эндрюс. – Давайте двигаться шаг за шагом. И у нас нет основания для ордера на обыск.

– Пока, – поправил его Декер.

Пройдя пост охраны, они на лифте поднялись на четвертый этаж здания кондоминиума с шикарным видом на залив с задней стороны. Двери лифта распахнулись в небольшой вестибюль с одной большой деревянной дверью. Эндрюс постучался, и через несколько секунд послышались приближающиеся шаги.

Подросток оказался крупным, габаритами примерно шесть футов три дюйма и весом фунтов двести сорок. Одет в темно-синие компрессионные тренировочные шорты, белую майку и босиком. Оглядев его телосложение, Декер мысленно отметил бугрящиеся квадрицепсы и толстые икры, широкие плечи и длинные, тонкие мускулистые руки. Пожалуй, тело у парнишки уже студенческое. Если дополнить его достаточной прытью и солидной долей быстросокращающихся волокон в мышечной массе, получится неплохой раннинбек в колледже. НФЛ – дело совсем другое. Там воронка не шире угольного ушка.

– Тайлер? – спросил Эндрюс, показав юноше бляху и удостоверение. Представил Декера и Уайт. – Как мы понимаем, твой отец здесь?

– Он пьян, – пробормотал Тайлер. Декеру показалось, что он находится в неадекватном состоянии, хотя зрачки у него выглядели нормально. – В хлам. – Тряхнул головой со страдальческим видом и покрасневшими от слез глазами. – А мама правда?..

– Да, Тайлер, боюсь, это правда, – подтвердил Эндрюс.

– Убью на хер того, кто это сделал… – Парень сжал ладони в бугристые кулаки.

– Нет, Тайлер, – положил Эндрюс ладонь ему на плечо. – Разобраться с ними – наше дело, и мы с ним справимся. Мы найдем тех, кто это сделал, и воли им больше не видать. Обещаю. А теперь нам очень надо поговорить с твоим папой.

– И с тобой, – добавил Декер.

Эндрюс насупился, но кивнул.

– И с тобой тоже. Но отведи нас к своему отцу, пожалуйста.

Повернувшись, Тайлер повел их по коридору. Они миновали дорогой с виду электровелосипед, прислоненный к стене и подключенный к зарядному устройству.

– Славный агрегат, – заметил Декер.

– Папа завел для меня. Флорида довольно плоская, но когда гонишь двадцать четыре мили в темпе вальса на собственной тяге, мотор порой бывает кстати.

По пути Декер оглядывал минималистичную меблировку и декор, массу блестящего металла и стекла, с побеленными стенами, чтобы в полной мере использовать преимущества яркого флоридского освещения. Из задних окон открывался потрясающий вид на залив, где корабли, казавшиеся не больше детских игрушек, медленно одолевали водный простор или покачивались