Ведьма - Сергей Асанов

Организаторы шоу оставили тридцать человек. Михаил с удовлетворением отметил, что среди них – смешной Черный Колдун с мундштуком, узбекская Тетенька-Плов, Рустам Имранович. Все, кого он так или иначе отметил еще до начала съемок, были на месте, значит, он умеет делать точные прогнозы. Это радует.

Теперь счастливчикам предстояло зубодробительное задание, и когда Миша, не видевший предыдущих сезонов шоу, понял, что от него ожидают, восторгу его не было предела. Он едва сдержал хохот. «Господи, так они проверяют наличие у человека экстрасенсорных возможностей? – подумал он. – Да что же меня в самом-то шоу ожидает? Воду в спирт не надо будет превращать?»

Их по одному стали заводить в самый большой зал ангара. Все остальные под присмотром людей в синих джинсовых костюмчиках ожидали в благоустроенном предбаннике – чай, кофе, журналы и прочие радости. Впрочем, практически всем участникам было известно, что там с ними будут делать в ангаре. Михаилу достаточно было послушать разговоры своих коллег.

– Ящики будем обнюхивать, как собаки Госнаркоконтроля, – махнул рукой Рустам Имранович. Он был увлечен какими-то своими мыслями, судя по всему, не очень веселенькими.

– Что-то искать будем? – спросил Миша.

– Не что-то, а кого-то. Спрячется там какой-нибудь чудик полтора метра ростом, свернется в три погибели, а ты должен будешь вытащить его. Ящиков – штук тридцать, на все про все дается минут десять. Слабо?

Михаил хмыкнул. Слабо ли ему, вышедшему на бой с призраками Черной Сопки, причем на их же территории,[2]отыскать в ящике карлика?

– Не спешите с выводами, – сказал ему Рустам Имранович. – Не все просто, что простым выглядит. Если вы, конечно, не супермен.

Михаил только усмехнулся. Супермен он или нет, пока наверняка не скажешь, но первые его два дела – с видеокамерой Вавилова и проклятым домом на Тополиной улице – позволяют надеяться, что с этим дорогостоящим телевизионным аттракционом, призванным развлекать воскресных домоседов, он как-нибудь справится.

Те, кто проходил испытание, обратно уже не возвращались – их отправляли в следующий павильон, окруженный такой же плотной охраной, как и нынешний. «Да, система безопасности у них тут поставлена хорошо», – подумал Миша. Эта мысль его порадовала: ребята стараются пресечь возможные утечки, а потому можно быть уверенным, что откровенной лажи вроде подсадных уток и постановочных сцен в проекте не будет или хотя бы их сведут к минимуму. Это неплохо.

Он терпеливо ждал своей очереди, сидя у стены возле кулера. Ни с кем не общался, ни к кому не прислушивался, хотя прекрасно осознавал, что стоит ему чуть-чуть напрячься – закрыть глаза, прикоснуться к левому виску и врубить хотя бы на половину мощности свои принимающие датчики, – и на него обрушится вся эта экстрасенсорная ерунда, томящаяся, словно говяжий бульон на медленном огне, в головах у этих странных людей. И еще он понимал, что сам вызывает у окружающих определенный интерес. Не раз и не два он буквально ловил кого-то «за руку» и посылал мощную оплеуху в ответ – «Брысь!» – и втайне забавлялся, как быстро любопытные уносили из его головы свои тепленькие и потные щупальца.

Рустам Имранович отчего-то скис. Он сидел в углу под вешалкой, шелестел пальцами, будто перебирал невидимые четки, бубнил что-то под нос. Миша пару раз бросил обеспокоенный взгляд в его сторону, но вмешиваться не стал. У Имрановича, видимо, действительно прямо перед носом какой-то рубикон, при переходе которого он боится окончательно сломать шею. Помочь ему в такой ситуации трудно. Каждый в одиночку воюет со своими монстрами, и тут лучше не мешать.

Черный Колдун ходил из угла в угол по маленькому павильончику, не выпуская изо рта свой дурацкий мундштук. Сигарета в нем истлела до фильтра, причем парень затянулся всего пару раз, не больше. Сколько у него имелось реальных колдовских способностей, Михаил точно пока сказать не мог, но основные таланты молодого человека, без сомнения, лежали в иной плоскости – он тяготел к театральным постановкам. Если чувака возьмут в программу, цирк будет обеспечен.

Из всех остальных конкурентов Михаил выделил еще одну загадочную даму. Это была Людмила Кремер (он слышал ее имя и запомнил – как не запомнить!). Загадочность ее заключалась в том, что к ней в голову Михаил не мог проникнуть совсем никак, даже на короткое время и даже, что называется, по верхам. Из всех, с кем когда-либо общался или просто пересекался экстрасенс Михаил Поречников, таким мощным барьером обладал его коллега по университету профессор Саакян. Но если старый стервец, шутя и забавляясь, иногда впускал его, то Кремер окружила свою голову чем-то очень плотным, словно саркофагом четвертого энергоблока Чернобыльской атомной станции.

Он на время оставил попытки раскусить ее. Он был уверен, что ему еще представится случай.

Через час народ начал рассасываться. Кто-то курил на улице, кому-то срочно понадобилось сбегать в магазин. Экстрасенсы явно начинали сходить с ума от ожидания. Михаил сам был близок к состоянию ступора, но тут его вызвали.

– Вы готовы? – спросила молодая девушка в униформе телекомпании.

Он молча кивнул. На самом деле ему хотелось сбежать домой, слопать пару кусков пиццы, которую ему вчера испекла Ленка Хохлова, и завалиться спать.

– Уверены? – уточнила девушка.

– Вполне. Давайте ведите меня к вашим гробам.

Девушка не оценила шутки, нахмурилась, молча развернулась к нему спиной и пошла по коридору.

Они вышли в большой ангар. На входе Михаила встречали два оператора с камерами на плечах. Впрочем, он уже привык к ним за время первого испытания и почти не обращал внимания. За операторами маячила черная шевелюра какого-то высокого парня в кожаном плаще до пят. «Это еще один рулевой», – угадал Михаил. И действительно, парень, разводя операторов по разные стороны, пошел навстречу чуть ли не с распростертыми объятиями.

– Здравствуйте, Михаил! Представляю, как вас замучили вопросы о вашем имени и фамилии, поэтому сразу перейдем к делу. Меня зовут Константин, я соведущий проекта и сегодня буду сопровождать вас на этом задании. Проходите.