Волшебный город - Наталья Александрова

– Ясно… – проговорила Вета, выпрямляясь. – Они поднялись на этой люльке, влезли через это окно в квартиру и на этой же люльке спустили все книги.

– Ну да! – радостно воскликнул Островой. – Во дворе у них стояла машина, скорее всего грузовик, так что они могли за один раз погрузить и вывезти всю библиотеку… поэтому никто из соседей ничего и не заметил! Спасибо вам, Вета! А мы не обратили на эту комнату большого внимания, потому что здесь почти ничего не тронуто!

– Да я ничего, – Вета смутилась. – Мне просто темно было, вот я и отдернула занавески…

– Да вы не скромничайте! – капитан широко улыбнулся, но тут же хитро взглянул Вете в глаза: – А все же, что было такого ценного в этой библиотеке? Я вам точно скажу, за последние десять-пятнадцать лет у нас не было ни одного случая кражи книг. Раньше, в советские времена, – другое дело, тогда книги считались ценностью, и при квартирных кражах их часто выносили, но сейчас-то… весят они много, продать их достаточно трудно, да и стоят они недорого…

– Я не знаю… – проговорила Вета растерянно. – Я правда не знаю! У Глеба Николаевича были редкие и ценные книги, некоторые даже уникальные, но они интересуют только специалистов, историков, а не грабителей…

За разговором они прошли в кабинет.

За последний день здесь стало еще больше беспорядка. Видимо, Островой все здесь перерыл в поисках улик. Но Вета смотрела не на распахнутые шкафы, не на письменный стол Глеба Николаевича, а на бюро с малахитовой крышкой.

Бюро было на прежнем месте, но украшавшей крышку статуэтки не было. Вета хотела подойти ближе и рассмотреть бюро, но в это время дверь кабинета приоткрылась, и на пороге возникла соседка, та самая любительница борща, которая нашла Анну Мефодьевну.

– А это кто здесь хозяйничает? – проговорила та, вглядываясь в лица присутствующих.

– А это здесь милиция, – в тон ей ответил капитан и помахал перед носом соседки своим удостоверением. – Капитан Островой, да вы меня утром видели!

– А и правда! – В голосе соседки прозвучало разочарование. – А я-то вас сперва не признала…

– А вот что вы здесь делаете? – строго осведомился Островой. – Здесь нельзя находиться посторонним людям, это место преступления!

– Да разве же я не понимаю! – залебезила тетка. – Я понимаю, что преступление! А только я иду из магазина, смотрю – дверь открыта, как прошлый раз, вдруг, думаю, снова кто безобразит… а я не люблю, когда непорядок…

Пока Островой разговаривал с соседкой, Вета подошла ближе к бюро и увидела на месте статуэтки квадратное углубление в малахитовой плите. Видимо, именно сюда вставлялось основание статуэтки. Она запустила пальцы в углубление, но ничего там не нашла.

Зато перехватила взгляд соседки. Та смотрела на отверстие в крышке бюро хитрым, испуганным и вороватым взглядом.

– Сергей Михайлович! – проговорила Вета нарочито громко. – Вы спрашивали, что еще здесь пропало, кроме книг. Так вот, здесь была бронзовая статуэтка. Наполовину женщина, наполовину змея. Глеб Николаевич называл ее Хозяйкой Медной горы…

– Ничего не знаю! – быстро проговорила соседка, отступив к двери. – Ничего такого не видела!..

– А вам никто ничего и не говорил! – невинным тоном проговорила Вета и вдруг вскрикнула: – Ой! Заноза в палец попала!

– А ты, девонька, не суй руки куда не надо! – мстительно проговорила соседка.

– Ой, Елена Ивановна, – жалобно проговорила Вета, внезапно вспомнив ее имя-отчество. – У вас ведь дома иголка найдется? Дайте мне иголку, я занозу вытащу, а то очень мешает!

– А ты здесь иголку поищи! – недовольно буркнула соседка.

– Да не знаю я, где у Мефодьевны иголки! – абсолютно честно ответила Вета.

– Вот ходят и ходят в дом, – начала соседка, – а такой малости не вызнают…

Тут она перехватила пристальный взгляд капитана Острового. Очевидно, взгляд этот ей не понравился, больше того, испугал ее, потому что тетка вдруг как-то съежилась и даже стала меньше ростом.

Подозрения, которые испытывала насчет соседки Вета, перешли в уверенность – что-то тут было нечисто.

– Так дадите иголку? – вкрадчиво спросила она Елену Ивановну.

– Ладно, пошли! – ответила та и пошла к выходу, своей спиной выражая крайнее неодобрение.

Вета направилась за ней. Островой взглянул на нее удивленно, но ничего не сказал.

Войдя в свою квартиру, Елена Ивановна недовольно проворчала:

– Тапки надень!

Вета подчинилась.

Если у Мефодьевны все тапки были огромного размера, то у ее соседки, наоборот, крошечные, как на детей. Вета кое-как влезла в них и двинулась за хозяйкой по коридору. Эта квартира была не такая большая, как у профессора, но коридор все равно очень длинный и узкий, как говорят, «кишкой».

– Здесь подожди! – нелюбезно процедила хозяйка, остановившись перед кухней.

– Ой, Елена Ивановна, мне бы водички! – с этими словами Вета оттеснила хозяйку и пролезла на кухню. Она сама удивилась, как ловко у нее это получилось.

– Стой, куда! – вскрикнула соседка, пытаясь остановить Вету, но молодость победила, несмотря на то что эти двое были явно разных весовых категорий. Вета отодвинула хозяйку, встала посреди помещения и быстро огляделась.

Первым делом она увидела красивую чеканную медную джезву. Джезва была очень знакомая, Глеб Николаевич не раз сам варил в ней для Веты замечательный кофе по-восточному и говорил, что ее подарил ему знакомый историк из Еревана. В последний раз это было, правда, больше года назад, когда старик еще видел…

Тут же рядом красовалась старинная серебряная солонка в форме нарядного домика с черепичной крышей. Солонка тоже была из хозяйства покойного профессора.

И, наконец, в дальнем углу стола Вета заметила Хозяйку Медной горы.

Бронзовая статуэтка торчала из медной ступки. Женщина-змея выглядывала оттуда тоскливо – ей совсем не нравилась перемена положения, не нравилось, что из кабинета ученого она попала на кухню вороватой пенсионерки.

– Ты чего тут высматриваешь?! – взвизгнула Елена Ивановна. – Ты чего здесь шастаешь? Тебя никто сюда не пускал! Ишь, какая! Напросилась занозу вытащить, а сама выглядываешь, что плохо лежит!

– Это вы сами прихватили, что плохо лежит! – ответила Вета, указав на джезву.

Продолжить она не успела, тетка вооружилась веником и бросилась на нее, приговаривая:

– А ну, пошла прочь, прохиндейка!

Вета отступила в сторону, схватила первое, что подвернулось под руку (это оказалась скалка), и ловко отразила удар веника.

– Ах ты, пакость! – заверещала Елена. – Ты еще и драться? Да вот же я тебя!

Она провела настоящий фехтовальный выпад, но молодость и на этот раз победила: Вета сделала обманное движение, пропустила соседку мимо себя и ловким жестом нахлобучила ей на голову мусорное ведро.