Никогда-никогда - Уиллоу Роуз

Проклятье.

Я топнула ногой и выругалась, а затем заметила, что рядом стоящая женщина смотрит на меня, вытаращив глаза.

– Прошу прощения, – сказала я. – У нее в сумке остался мой телефон, а теперь я даже не могу позвонить ей и попросить вернуть его.

– Ужасно, – покачала головой женщина.

– Это точно, – сказала я и снова бросилась внутрь.

В баре работал телевизор. Я уже почти пронеслась мимо, но внезапно остановилась и вернулась. На экране над баром я увидела свое лицо. Это было старое фото времен работы в ФБР. Под ним было написано всего одно слово: РАЗЫСКИВАЕТСЯ.

– О боже, – пробормотала я и огляделась по сторонам.

К счастью, бар был почти пуст. Наклонив голову, я бросилась к лифту и нажала кнопку пятого этажа. Я поспешно вошла в номер и, прислонившись спиной к двери, сползла на ковер, все еще держа ключ-карту в руке; по щекам у меня катились слезы. Теперь, когда мое лицо засветилось на всех экранах этого города, я больше не смогу продолжать поиски. Я подняла взгляд к потолку.

– Что мне делать, Господи? Как мне теперь найти Оливию?

И тут я вспомнила. В ту самую секунду до меня дошло, где я видела этот символ. Я быстро поднялась и бросилась к ноутбуку, а затем начала искать. Через секунду на экране появился символ, и сердце у меня ушло в пятки.

Глава 20

Впервые с тех пор, как умерла его мама, Джейсон снова захотел пойти в церковь. Мальчику было всего одиннадцать, когда он потерял веру в Господа и Его милость. Тетя Джейсона, Джуди, никогда не пропускала воскресную мессу и каждую неделю спрашивала его, не хочет ли он пойти. И наконец этим воскресным утром он сказал «да».

– Мне нужно о многом поговорить с Богом, – решительно произнес он.

Джейсон надел воскресную одежду, взял тетю за руку и вышел из дома, оставив отца работать в кабинете. Тот постоянно висел на телефоне, вечно был занят и никогда не выходил оттуда, разве чтобы поесть или отправиться на работу.

Джуди была рада взять Джейсона с собой в кафедральный собор Святой Марии на 2-й авеню. Она переехала в Майами пять лет назад и регулярно посещала эту церковь: для нее не было лучшего места на земле – особенно с тех пор, как умерла ее сестра. Здесь она чувствовала себя ближе всего к ней. Джуди хотела, чтобы мальчик тоже знал, что с его мамой все в порядке и что она сейчас в лучшем мире. Когда Микаэла заболела, Джуди пообещала ей водить мальчика в церковь и растить его в вере. Микаэла понимала, что ее муж не станет об этом заботиться, ведь он никогда не посещал мессу и ни во что не верил. Он только хотел заколачивать как можно больше денег.

– Ты правда считаешь, что мамочка услышит меня, если я буду молиться? – спросил Джейсон, когда они припарковали машину и пошли к собору.

Джуди крепко сжала руку мальчика. Она беспокоилась о нем и о том, что станет с ним теперь, когда Микаэлы больше не было рядом. Его отец Питер переживал потерю жены по-своему: работал допоздна, пока не начинал валиться с ног. У него не оставалось времени и сил на сына, его расспросы и горе. Джуди частенько задумывалась о том, чтобы попросить у Питера разрешения забрать мальчика к себе. У нее не было своих детей, и она могла как следует о нем позаботиться.

– Я верю в это, – сказала Джуди. – Я думаю, что она с Господом, но внимательно приглядывает за тобой, чтобы убедиться, что ты хорошо себя ведешь.

Произнося последние слова, она легонько пощекотала его за бочок. Мальчик взвизгнул, а затем захихикал. Он поднял на нее свои большие глаза.

– Я скучаю по ней, – сказал он, когда они сели на церковную скамью.

Джуди поцеловала его в макушку:

– Я знаю, милый, знаю. Я тоже – каждый день. Я скучаю по ее звонкам, по тому, как мы вместе пили кофе. А ты по чему скучаешь?

Она читала, что важно говорить с детьми об умерших родителях. Если большинство людей с потерей близких просто прекращали разговоры о них, потому что это причиняло слишком много боли, дети испытывали естественную потребность в этом, чтобы сохранить память о них.

– Я скучаю по ее смеху, – сказал он, поразмыслив секундочку.

Джуди улыбнулась и кивнула:

– Да, я тоже больше всего скучаю по нему.

Она обернулась и посмотрела назад. Церковь медленно заполнялась. Перед ними села совсем юная девушка, а следом за ней вошла пара и села рядом.

Какое милое семейство, с грустью подумала Джуди. Ей так и не удалось создать собственную семью, а сестра, у которой это получилось, не сможет увидеть, как растет ее ребенок. В каком грустном мире они живут…

Когда началась месса и Джуди встала, у нее заслезились глаза. Она списала это на свою повышенную эмоциональность. Только когда горло сдавило и она начала задыхаться, Джуди поняла, что что-то не так.

Но к тому времени было уже слишком поздно.

Глава 21

Ранее

Анжела сидела на своей кухне на стуле из красного дерева без спинки. Ее дом размером в пятнадцать тысяч квадратных футов[35] и стоимостью в пять миллионов долларов был отделан со вкусом, из окон открывался вид на Береговой канал, а на заднем дворе имелся бассейн. Стену позади Анжелы украшала серия фото, на которых она была со своими сыновьями-подростками. Ни один из них не остался жить с ее бывшим мужем, которого она окончательно вычеркнула из своей жизни, когда обобрала до нитки, после его интрижки с женщиной из фитнес-клуба.

На кровати сидел гладкошерстный кот, а тем временем женщины на кухне Анжелы ели веганскую пищу без глютена, сидя за гранитным кухонным столом.

К этому моменту Хелен уже была знакома с большинством из этих женщин. Она прочла книгу Кристофера Дэниелса пять раз и прошла несколько его курсов самопомощи в надежде, что это улучшит ее жизнь. Это влетело ей в копеечку, но оно того стоило. И до сих пор с каждым днем она чувствовала себя все более воодушевленной – как и говорилось в книге. Хелен становилась увереннее и постепенно меняла собственное мнение о себе. Она хотела избавиться от всех