Выбор Клеопатры - Марина Серова

Пиццерию «Дядюшка Римми» я выбрала не случайно. Она находилась в непосредственной близости от дома, в котором жила Шорникова, поэтому, находясь там, я легко могла прослушивать через наушники информацию, посылаемую «жучками». Итак, я сидела за столиком напротив входа уже минут десять, нетерпеливо поглядывала на часы и упорно делала вид, что не замечаю косые взгляды одного странного гражданина, сидящего у окна. Плохим аппетитом и несварением желудка он явно не страдал, раз заказал себе макси-пиццу всухомятку. Только бы он не вздумал пересесть за мой столик! Черт! Кажется, именно это он и собрался сделать. Затолкав в рот последний кусок пиццы, мужчина вытер салфеткой испарину со лба, резко встал, положил на стол деньги, снял с вешалки кожаную куртку и пошел в мою сторону. Потоптавшись около меня в нерешительности, он наткнулся на мой холодный взгляд, резко развернулся и направился к выходу.

Молодец, Таня, отшила его одним взглядом!

Вскоре в пиццерию зашла невысокая, но фигуристая блондинка лет двадцати пяти. Немного задержавшись у входа, она просканировала зал огромными голубыми глазищами, безошибочно отгадала, что именно я назначила ей встречу, и подошла к моему столику.

— Наверное, это вы меня ждете?

— Если вы — Надя Морозова, то я жду именно вас, — сказала я, мягко улыбнувшись.

— Простите, я немного задержалась. — Девушка повесила короткую дутую курточку нежно-розового цвета на спинку стула, села и сказала, смущаясь: — Наверное, надо взять что-нибудь… Я попрошу меню.

— Не беспокойтесь, я уже заказала кофе и пиццу, правда, на свой вкус, с ветчиной. Не возражаете?

— Мне все равно.

— Надя, давайте не будем отнимать друг у друга время.

— Понимаю, время — капитал работников умственного труда. Так часто говорил Андрей Владимирович.

— Он был прав. Надя, расскажите мне все, что, по вашему мнению, может помочь найти убийцу вашего босса.

— Но я ничего не знаю, — сказала она и покраснела нежным румянцем невинности.

— Так, кажется, быстрого разговора не получится. Придется мне клещами вытягивать из вас информацию.

— То есть как это — клещами? — Морозова округлила свои огромные глазищи.

— Конечно, не в прямом смысле, а фигурально. Итак, вопрос первый — у Шорникова были проблемы с бизнесом?

— Нет, во всяком случае, мы… я о них ничего не знала.

— А если хорошенько подумать?

— Мы уже думали об этом, но ничего такого не пришло в голову.

— Кто это «мы» и в чью еще голову не пришло ничего «такого»?

Надя снова покраснела, а потом сказала:

— Ну мы все, это — сотрудники «Феррума»…

— Понятно, коллективный разум оказался несостоятельным. Перейдем к частностям. Был ли Андрей Владимирович в среду в офисе?

— Да, был.

— Весь день?

— Нет, он ушел перед обедом и больше в офис не возвращался, — ответила скороговоркой секретарша.

— А куда он ушел?

— Не знаю, — пожала плечами Морозова.

Принесли пиццу. Я подождала, когда официантка уйдет, и спросила:

— То есть вы никогда не знали, куда отлучался в рабочее время ваш шеф? Или он только в тот день ничего не сказал вам?

— Обычно Андрей Владимирович говорил, куда уезжает и насколько, а в этот раз действительно ничего не сказал.

— А как вы сами думаете — куда он мог направиться?

— Я тогда подумала, что он просто решил пораньше пообедать. На час у него была назначена встреча с оптовым покупателем. Человек прождал его полтора часа и ушел, сказав, что никаких дел иметь с нами не желает, а будет работать напрямую с металлургическим комбинатом.

— Вы звонили шефу на мобильник, чтобы напомнить ему об этом серьезном клиенте?

— Конечно, я то и дело ему звонила, но он сначала не отвечал, а потом и вовсе отключил мобильник или оказался вне зоны доступа.

— Шорников ушел пешком или уехал на машине?

— Конечно, на машине. Наш офис находится за чертой города. Там раньше металлобаза «Облснабсбыта» была.

— Где он обычно обедает?

— На конечной остановке десятого троллейбуса есть кафе «Ромашка», вот там. А если едет по делам в город, то в разных местах, где удобнее. Иногда дома. Я и в «Ромашку» звонила, Света, официантка, сказала, что его не было. Она нас всех в лицо знает.

— Ясно, а какие отношения были у Андрея Владимировича с женой?

— Не знаю. Он со мной их не обсуждал, — вполне резонно заметила секретарша.

— А вы лично знакомы с Дарьей Олеговной?

— Так, видела пару раз…

— А в среду Шорникова случайно не звонила мужу?

— Ну я не всегда отвечаю на звонки, он зачастую сам снимает трубку. Помню, ему какой-то мужик звонил, — сказала Морозова и посмотрела на часы.

— Какой мужик?

— Не знаю, он не представился. Только он уже несколько дней ему надоедал. Такой вежливый, но тембр голоса жутко противный, сиплый какой-то.

— А разговор с ним вы случайно не подслушали?

— Я не имею такой привычки, — сказала девушка и мило улыбнулась.

— Неужели никогда не возникало такого соблазна?

— Нет.

— Какая вы хорошая секретарша!

— Это в каком смысле?

— Да во всех!

— Это вы сейчас на что намекаете?

— Только на ваши деловые качества. Не подслушиваете, не сплетничаете… Это сейчас большая редкость.