Стоя в тени - Шеннон Маккена

Автомобиль замер в дюйме от насмерть перепуганной Эрин, едва не сбив ее с ног. Судорожно вздохнув, она зажмурилась и прижалась спиной к увитой плющом каменной стене. В чувство ее привел раздавшийся из машины голос Коннора:

— Это я, успокойся, Эрин!

Испытывая одновременно облегчение, возбуждение и злость, она сглотнула подкативший к горлу ком, оторвалась от стены и заявила, упрямо вскинув подбородок:

— Вы напугали меня!

— Да, это заметно, — насмешливо сказал он. — У тебя дрожат коленки.

Опровергать этот очевидный факт Эрин не стала, просто передернула плечами и пошла дальше по тротуару.

Автомобиль медленно поехал рядом. Эрин поджала губы.

— Довольно дуться, — примирительно сказал Коннор. — Прыгай в машину, я подброшу тебя до дома. Так будет спокойнее.

Она сочла это разумным и села в машину. Но как только дверца захлопнулась, она ощутила легкий озноб, осознав, что оказалась наедине с диким языческим воином, уже давно являющимся главным героем ее эротических грез.

— Тебе потребуется постоянный телохранитель, пока Новак не вернется за решетку, — заявил он без обиняков. — Нельзя бездумно слоняться по улицам одной без охраны. Это очень опасно.

— Что за вздор! — воскликнула она. — Телохранитель мне сейчас не по карману. Я с трудом наскребаю денег, чтобы покормить любимую кошку.

— Речь идет не об оплате, — сказал Коннор.

— Уж не хотите ли вы стать моим ангелом-хранителем, мистер Маклауд? — запинаясь, спросила Эрин.

— Пристегнись ремнем безопасности, — строго сказал Коннор.

— Я не нуждаюсь в охраннике! — нервно выпалила Эрин, тщетно пытаясь пристегнуться. — И уж тем более в вашем лице, сэр! Не обижайтесь, но я не хочу иметь ничего общего с вашей конторой. Бывшие коллеги моего папочки действуют мне на нервы.

— Я больше не работаю в «Кейве», — мрачно изрек Коннор. — Я уже давно сам по себе. Они, к твоему сведению, не считают, что тебя нужно охранять.

— Понятно… — Эрин помолчала, осмысливая услышанное, и сказала: — Я признательна вам за заботу обо мне, однако…

— Кажется, ты не воспринимаешь мои слова всерьез, — перебил ее Коннор. — А зря!

Он включил сигнал поворота и свернул на ее улицу.

— Какое дело до меня Новаку? — не совсем уверенно спросила Эрин. — Он решает глобальные проблемы, строит грандиозные планы покорения мира. Кстати, как вы узнали мой адрес?

— Он есть в любом телефонном справочнике.

— Неправда. Мою фамилию туда не могли занести! Коннор посмотрел на нее как на слабоумную и снисходительно пояснил:

— Даже если это и так, найти тебя никому не составит особого труда, информация о тебе есть в базе данных Интернета. — Он притормозил напротив ее дома и, выключив мотор, добавил, оглядываясь по сторонам: — Должен сказать, это весьма угрюмое местечко. Почему ты съехала со своей чудесной квартирки на улице Королевы Анны?

— Вам и это известно? — с удивлением воскликнула Эрин.

— Об этом я узнал от Эда, он однажды похвастался, что ты получила в музее ответственную должность и купила себе квартиру. Все его коллеги знали, как он гордится успехами своей дочери.

При упоминании отца Эрин вздрогнула, потупилась и пролепетала:

— Просто в этом районе дешевле жить. Спасибо, что подвезли меня, мистер Маклауд.

Он тоже вышел из машины и сказал, захлопнув дверцу:

— Я провожу тебя до квартиры.

— Не вижу в этом необходимости, — возразила она.

Коннор пропустил эти слова мимо ушей и вместе с ней направился к дому. От растерянности Эрин продолжала молча идти к дверям своей квартирки, боясь обидеть его невольной грубостью, хотя вывести упрямого дикаря из равновесия было нелегко.

Достигнув площадки шестого этажа, она остановилась и холодно сказала:

— До свидания, мистер Маклауд. Спокойной ночи.

Коннор засунул руки в карманы, смерил ее пристальным взглядом и произнес:

— Поверь мне, Эрин, я действительно очень беспокоюсь за тебя.

— Не стоит, — с усмешкой ответила она.

Разумеется, она слукавила. Чтобы хоть как-то его успокоить. Нерешительность и робость частенько подводили ее в самый неподходящий момент. Вот и теперь она млела, глядя на его впалые щеки и чувственный рот; две глубокие складки придавали его облику особую притягательность. Коннор улыбнулся, словно прочитав ее мысли, и она выпалила:

— А вы бы не хотели зайти ко мне на чашечку кофе?

— Хотел бы, — неожиданно ответил он.

Сердце Эрин екнуло, она стала поспешно отпирать дверь, чтобы не рухнуть в обморок от явственного предчувствия чего-то необыкновенного. С трудом справившись с замком, она вошла в прихожую. Коннор последовал за ней. Эрин включила торшер, купленный по случаю на блошином рынке вместе с плетеной корзиной для белья, из которой получился миленький абажур, и комната наполнилась теплым и мягким светом, отбрасывающим на стены причудливые тени.

— Мне пришлось продать почти всю мебель, — опустив глаза, сказала Эрин. — Садитесь, пожалуйста, сюда, на стул, а стопку книг я сейчас уберу. — Она переставила книги, обвязанные бечевкой, в угол и спросила: — Чай? Кофе? Овсяного печенья? Боюсь, что мне больше нечем вас угостить.