Жеребец - Джеки Коллинз

Господи, до чего же я рада, что вернулась домой. В самолете мы летели вместе с Мадлен. В аэропорту нас встретили ее отец и брат. Майкл — парень хоть куда. Я знаю его уже миллион лет, мы выросли вместе. Но с недавних пор он стал таким красивым.

Мэдди я об этом не сказала, опасаясь, что она меня не поймет. Сестра смотрит на брата совсем другими глазами, что вполне естественно. А вообще мы всегда обсуждали эту тему с Мадлен совершенно открыто. Я имею в виду мальчиков. Правда, мы их почти не видели, поскольку содержали нас в нашей швейцарской школе, как в монастыре. Мэдди все-таки ухитрилась закрутить грандиозный роман с садовником. Я по ночам открывала окно в вестибюле, и она вылезала в сад, где он ее ждал. Если бы это выплыло наружу, нас бы с ней наверняка исключили. К счастью для Мадлен, ей удавалось наслаждаться безнаказанно. Садовник, правда, был совсем старый — около тридцати, — но они без конца целовались, а однажды Мэдди даже позволила ему снять с себя свитер и лифчик. Зато потом, по ее словам, он очень изменился и стал требовать от нее такие непристойные вещи, что они перестали встречаться. По-моему, совершенно правильно — уж слишком он был неинтересный. Мрачный, угрюмый и скучный.

В последние каникулы родители Мэдди возили нас в Монте-Карло, где я познакомилась с потрясающим парнем. Он следил за порядком на пляже. Совершенно шоколадный от загара. Как-то вечером он повел нас с Мэдди на танцы и там поцеловал меня. Мне жутко не понравилось, что он при этом всунул мне в рот свой язык. Бр-рр, как неприятно!

Теперь мы наконец-то дома! Это как дивный сон. Представляете: избавиться от постылой школы! Мы с Мадлен разработали тайный план. Она поговорит с родителями, а я попытаюсь обработать, свою мать — мы хотим снять на двоих квартиру! В Лондоне! В Челси! Мы решили, что лучше Челси места не найти. Устроимся работать и заживем припеваючи.

В конце концов два месяца назад мне стукнуло семнадцать — я уже почти старуха! И до сих пор в моей жизни не было ничего волнующего и запоминающегося. Ничего!

Из аэропорта нас повезли в Вирджиния-Уотер, в дом, где Мэдди живет вместе с родителями. А вот мои родители разведены. Отец сошелся с ужасной женщиной, которая отбила его у моей мамочки. Мне кажется, это было очень эгоистично с его стороны. Нам было так хорошо всем вместе, да и мама у меня просто замечательная. Жаль только, что она такая ранимая, в противном случае она не отпустила бы отца. А вообще-то, его новая жена весьма эффектная. Меня ненавидит, я это нутром ощущаю. Не скажу, чтобы я очень огорчалась по этому поводу, потому что сама ее не выношу. По счастью, нам не приходится часто встречаться, разве что случайно, как, например, сегодня, когда я вернулась из школы.

Отец Мэдди вечером отвезет меня в Лондон к отцу, а завтра утром я сяду на поезд и поеду к маме. Мы живем с, мамой и братом Беном недалеко от Нью-Маркета. Мы переехали туда после развода, хотя отец настаивал, чтобы мы оставались в нашем старом доме. Но, во-первых, он слишком велик для нас, а во-вторых, маме было бы слишком тяжело в нем.

Новый наш дом — загляденье, даже конюшня есть. А у меня — собственная лошадка. Еще у нас есть бассейн, хотя вода в нем холодновата. И все же это не совсем то, что было. Правда, весь год я провела в Швейцарии, а до этого посещала частный пансион, так что жила в новом доме совсем мало. Надеюсь, мамочка разрешит мне пожить в Лондоне, она у меня такая добрая и понимающая, к тому же мы будем там вместе с Мэдди. Нет, мамочка мне не откажет.

— Что ты сегодня наденешь? — спросила Мэдди. Она вошла в комнату, завернутая в полотенце. Мэдди способна часами торчать в ванне. Вот и сейчас мне пришлось целых полчаса дожидаться своей очереди.

— Вообще-то я не собираюсь выряжаться, — ответила я.

Хотя при всем моем желании я не смогла бы этого сделать, поскольку в Швейцарии мы почти не вылезали из свитеров с юбками. Придется нам с Мадлен как следует приодеться — тряпки наши порядком поизносились да к тому же из моды вышли.

— Ну и правильно, — закивала Мэдди. — На твоем месте я бы тоже не выпендривалась перед ней.

Мэдди питает такие же чувства к Фонтэн, как и я, хотя никогда ее в глаза не видела. У нас друг от друга секретов нет.

Приняв ванну, я причесалась и натянула самое чистое платье, которое смогла отыскать.

Мэдди откопала кое-какую косметику. Я почти не пользуюсь ею, поскольку, честно говоря, плохо представляю, как с ней управляться. В каждом деле нужна практика.

— Желаю повеселиться, — улыбнулась Мэдди, когда я собралась. — До скорого.

Мы договорились, что я вернусь к ней ночевать.

Спустившись вниз, я отыскала мистера Ньюкома. Он собирался в Лондон на деловой ужин. Какой он все-таки чудесный отец, подумала я. Вот бы мой был таким же!

Как замечательно, что Майкл решил поехать с нами. Он такой высокий, статный, красивый, носит длинную прическу. А живет в Лондоне. Ничего, когда мы с Мэдди переедем в Лондон, мы будем часто встречаться с Майклом. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.

Майкл занял место впереди, рядом с отцом, а я устроилась на заднем сиденье, поэтому разговаривать нам было не слишком удобно.

Мой отец живет в огромном особняке в Белгравии. Мама считает, что особняк совсем безвкусный. Снаружи мраморные статуи, а внутри пусто и неуютно. Там даже есть огромный плавательный бассейн — застекленный со всех сторон, но какой-то мрачный, нагоняющий тоску. Вокруг обсажен лианами и прочими растениями. Очень неприятно.

Поблагодарив мистера Ньюкома, я попрощалась с ним. Майкл тоже улыбнулся мне.

— До встречи, — сказала я ему.

Интересно, нравлюсь ли я Майклу. Мэдди уверяет, что от подружек у него отбоя нет. Может быть, и мне удастся стать одной из них. Или даже единственной.

Я продолжала мечтать об этом даже тогда, когда дворецкий впустил меня в дом и принял мое пальто.

Фонтэн выпорхнула навстречу.

— Александра, милочка, как я рада тебя видеть! И чмокнула меня в щеку. Вот ведь притвора! Я-то знаю, что она только ради отца старается. Отец обнял меня. По-моему, он постарел, обрюзг и как-то съежился.

Я вдруг ощутила прилив нежности к отцу и тоже обняла его. Господи, кажется, все бы отдала, чтобы он только остался с мамочкой! Всем известно, что Фонтэн вышла за него только из-за денег.

— Какой у нас будет чудесный вечер, — сказал отец. — Как твоя школа? Расскажи мне.

Мы сели рядом на софу, и на глаза мне вдруг навернулись слезы — отец показался мне совсем старым и утомленным. Каких-то четыре месяца назад, когда мы виделись в последний раз, он выглядел куда лучше. И что только она с ним сотворила?

— Папочка, ты себя хорошо чувствуешь?

— Конечно. Работаю очень много, но по-другому ведь я не могу, сама знаешь. Не выношу праздность.