На шаг сзади - Хеннинг Манкелль

Нюберг стоял у него за спиной.

– Посмотри, – обернулся к нему Валландер. – Думаю, ты поймешь, почему мы здесь находимся.

Нюберг шагнул вперед и замер. Они поглядели друг на друга.

– У нас есть два пути. Тихо уйти и поставить дом под наблюдение. Или перекопать всю квартиру прямо сейчас.

– Он убил восемь человек, – сказал Нюберг. – Значит, он вооружен. И опасен.

Валландер даже и не подумал, что они подвергаются какой-то опасности. Решение пришло мгновенно – поднять всех. Нюберг аккуратно закрыл секретер. В кухне на столе стояло несколько немытых стаканов. Валландер завернул один в туалетную бумагу и сунул в карман. Он уже собирался выйти из кухни, как вдруг заметил дверь на черную лестницу. Она была приоткрыта.

Его вдруг охватил страх. Сейчас дверь откроется, и оттуда появится преступник с оружием в руках. Он замер. Все было тихо. Он осторожно открыл дверь и выглянул – черная лестница была пуста. Нюберг уже готовился запереть за собой дверь квартиры. Валландер последовал за ним. Они прислушались. Нюберг осторожно запер дверь и посветил на замок карманным фонариком.

– Несколько царапин все же осталось, – сказал он. – Но их никто не заметит, если не искать.

Валландер подумал о приоткрытой двери в кухне.

Решил пока промолчать.

Они вышли на пустынную улицу. Нюберг оставил машину чуть подальше, у театра. Они молча доехали до полиции.

– Кого будем вызывать? – спросил Нюберг.

– Всех, – сказал Валландер. – Всех, включая Турнберга и Лизу Хольгерссон.

– Наблюдение за домом?

– Никаких полицейских машин. И я хочу, чтобы все поняли, насколько это серьезно. Решим, кого поставим на наружное наблюдение, когда все соберутся.

Они договорились, кто кому позвонит. Валландер бегом помчался в свой кабинет. Первым делом он позвонил Мартинссону, потом Анн-Бритт и остальным.

– Мне повезло, – сказала она. – Ко мне мама приехала.

– Я вернулся на Гармонигатан. Я чувствовал, что ждать нельзя.

В четверть третьего все были в сборе. Валландер оглядел собравшихся и удивился: когда Турнберг успел так шикарно завязать галстук? Он вкратце рассказал, где побывал.

– А как тебе пришло в голову вломиться туда посреди ночи?

– Я вообще-то не очень доверяю своей интуиции, – сказал Валландер. – Но на этот раз она меня не подвела.

Он постарался забыть про усталость. Ему сейчас предстояло создать команду загонщиков. И они не имеют права остановиться, пока не поймают убийцу.

– Где он, мы не знаем, – сказал он. – Дверь на черную лестницу приоткрыта. Думаю, что он слышал, как мы звонили в дверь, и ушел через задний выход. В спешке. Другими словами, он знает, что мы его нашли.

– И это означает, что он вряд ли вернется, – сказал Мартинссон.

– Этого мы не знаем. Но наблюдение поставим. Два человека и две машины, чтобы контролировать прилегающие улицы.

Он уронил ладони на стол.

– Этот человек опасен, – добавил он. – Всем иметь при себе оружие.

Ханссон и один из приданных им полицейских из Мальмё ушли – им досталась первая смена. Нюберг поехал с ними – проверить, по-прежнему ли есть свет в окнах, все ли так, как было.

– Позвоните Челлю Альбинссону в Рюдсгорд. Разбудите его и пошлите за ним машину.

Никто понятия не имел, кто такой Альбинссон. Валландер объяснил.

– Оке Ларстам, – сказал он. – Есть он в наших базах данных? Пусть Мартинссон немедленно этим займется. Сейчас ночь, но для нас – рабочий день. Звоните и будите кого угодно, если надо. Альбинссон может рассказать о нем кое-что, вопрос только, хватит ли этого нам. И вообще, знает ли он этого Ларстама. Он все время переодевается, изменяет внешность. Может быть, его зовут вовсе не Ларстам. Может быть, это выдуманное имя. И звучит странно. Сейчас надо поднять все, чтобы составить себе представление, кто он такой.

Валландер вытащил из кармана завернутый в туалетную бумагу стакан.

– Если повезет, найдем отпечатки пальцев. Если все так, как я думаю, они должны совпасть с теми, что мы нашли в квартире Сведберга и в национальном парке. И с теми, что мы так и не нашли в Нюбрустранде.

– А Сунделиус? – спросила Анн-Бритт. – Разве его не надо разбудить? Если все так, как мы думаем, он должен знать этого Оке Ларстама.

Валландер кивнул и покосился на Турнберга. Тот, судя по всему, не возражал.

– Пусть его привезут сейчас же. Ты им и займешься. Причем не миндальничай. Он врал нам, я в этом уверен. У нас сейчас нет времени выслушивать байки.

Турнберг кивнул.

– Все правильно, – сказал он. – Я хочу услышать только одно: есть ли хоть малейший риск, что мы ошибаемся?

– Нет, – сказал Валландер. – Мы не ошибаемся.

– Значит, ты совершенно уверен, что Оке Ларстам – убийца? Не забудь, единственная улика против него – несколько газетных вырезок.

Это возражение почему-то возымело обратное действие – Валландер совершенно успокоился.

– Да, – сказал он. – Это он. Никаких сомнений.

Напоследок они обсудили, сколько следует выжидать, прежде чем войти в квартиру. Если все обстоит так, как думает Валландер, если Ларстам понял, что обнаружен и в спешке покинул квартиру, то шансов на его возвращение очень мало. Валландер и сам не мог привести более или менее вразумительный аргумент в пользу того, что следует какое-то время выждать. И все же он почему-то колебался. По предложению Мартинссона решили подождать до разговора с Челлем Альбинссоном – его выдернули из постели в Рюдсгорде, и он был уже в пути.

– Надо узнать, кто еще живет в этом доме, – сказал Валландер. – Пошлите кого-нибудь, пусть узнает имена. Кто владелец дома? Мне нужны ключи от чердака и подвала.

Комнатка для совещаний превратилась в штаб боевых действий. Валландер сидел в торце стола и нетерпеливо ждал, когда же привезут Челля Альбинссона. Наконец тот появился – очень бледный и, казалось, совершенно не понимающий, зачем его разбудили и привезли в Истад. Валландер попросил принести ему кофе. В коридоре промелькнули Анн-Бритт и разозленный Сунделиус.

– Я не буду играть в кошки-мышки и скажу все, как есть, – сказал Валландер. – Мы думаем, что Оке Ларстам несколько дней назад убил полицейского по имени Сведберг. Его вчера похоронили.

Альбинссон побледнел еще сильнее:

– Этого не может быть.

– Может, причем это еще не все. Мы также убеждены, что он убил троих молодых людей в Хагестадском национальном парке, девушку на острове в Эстергётландских шхерах и молодую пару в Нюбрустранде. За короткое время он лишил жизни восемь человек. Это один из самых страшных преступников в истории страны.