Плата за красоту - Нора Робертс

Он взглянул на Миранду, на ее распущенные волосы, осененные лунным нимбом.

– Когда я нашел ее в ящике, спрятанную в гараже, когда я взял ее на руки впервые, я услышал звук арфы. Честное слово. Вы верите в подобные чудеса, доктор Джонс?

Миранда и сама слышала этот звук, во всяком случае, в снах.

– Зачем ты ее сюда привез?

– Подумал, что ты захочешь ею полюбоваться. Ну и потом чтобы ты убедилась в том, что я действительно ее нашел.

– Я знала это.

Миранда не могла удержаться. Она подошла и провела пальцем по его улыбающемуся лицу.

– Я знаю это уже две недели. Как только ты исчез, я поняла, в чем дело.

Какое у него подлое, прекрасное лицо, подумала она.

– Но я не думала, что ты вернешься.

– По правде говоря, я тоже так не думал. – Он поставил статуэтку на стол. – В конце концов каждый из нас получил то, чего добивался. Ты вернула себе репутацию, стала настоящей знаменитостью. Хотела отомстить? Ты отомстила. Больше, чем отомстила. Насколько мне известно, и книжные издательства, и Голливуд наперебой предлагают тебе продать эту историю.

Миранда смущенно потупилась:

– Ты не ответил мне на вопрос.

– Сейчас дойдем и до этого. Я свое слово тоже сдержал. Вернуть тебе «Давида» я не обещал. Что же касается «Смуглой Дамы», то речь шла лишь о том, что я помогу тебе ее найти. Я ее нашел, и теперь она моя по праву. Предлагаю вступить в новый тур переговоров. Скажи мне, эта статуэтка тебе очень нужна?

Миранда чуть не ахнула:

– Ты собираешься мне ее продать? Продать мне то, что было у нас же украдено?

– Нет, не продать, а поменять.

– Поменять? На что?

Она вспомнила, что он мечтал о Челлини, а также о Донателло.

– Не на что, а на кого. Она захлопала глазами:

– В каком смысле?

– Меняю одну даму на другую. По-моему, это честно.

Она прошлась по террасе и пришла к окончательному заключению, что он негодяй, каких мало.

– Итак, ты хочешь, чтобы в обмен на Микеланджело я занялась с тобой сексом.

– Не будь дурой. Ты, конечно, в постели хороша, но все-таки не настолько. Нет уж, Миранда, мне нужна вся партия оптом. Статуэтка принадлежит мне. В принципе я даже мог бы официально предъявить на нее претензии – как нашедший утраченный шедевр. Конечно, не факт, что этот номер у меня получился бы, но есть смысл попытаться. Однако вот какая штука: за последние дни я, к глубокому своему сожалению, обнаружил, что ты мне нужна еще больше, чем она.

– Я тебя не понимаю.

– Отлично понимаешь, ты ведь такая умница! Решай сама – можешь получить статуэтку, и поступай с ней как хочешь. Поставь в шкаф или отправь во Флоренцию. Хоть выброси ее, мне все равно. Но сначала мы заключим сделку. Во-первых, я хотел бы жить в этом доме.

Ей стало трудно дышать.

– Ты хочешь здесь жить? Он прищурился:

– Представь себе. И хватит изображать из себя идиотку. Это у тебя очень плохо получается. Я хочу жить в этом доме, хочу, чтобы здесь росли мои дети. Что это ты так побледнела? Честно говоря, мне ужасно нравится, что ты умеешь так замечательно бледнеть и краснеть. Должен тебе сказать, Миранда, что я ужасно, безрассудно тебя люблю.

Она хотела что-то сказать, но не смогла, потому что сердце так и выпрыгивало из груди.

Райану было весело на нее смотреть, страх уже прошел.

– И учти, Миранда, что насчет детей у меня самые серьезные намерения. Я ведь наполовину ирландец и наполовину итальянец. Семья должна быть многодетной.

– Ты делаешь мне предложение?

– Готовлю почву для этого. Ты мне не поверишь, но это дается мне с трудом. Итак, я уже сказал, что люблю тебя.

– Да, я слышала.

– Господи, какая же ты упрямая! – Он глубоко вздохнул. – Хочешь получить статуэтку? Тогда давай договариваться. Ты ведь меня любишь, я знаю.

Она нахмурилась, и он усмехнулся:

– Не ври. Иначе ты сдала бы меня полиции.

– У меня было такое намерение.

– Врешь. – Он слегка поцеловал ее в губы. – Соглашайся, Миранда. Не пожалеешь.

– Ты вор.

– В отставке.

Он сунул руку в карман, достал коробочку.

– Сейчас последует официальное предложение. Она попыталась высвободить руку, но он уже надел ей на палец кольцо. То самое, так хорошо ей знакомое.

– Соглашайся, не валяй дурака, – повторил он. Дышать ей было все так же трудно.

– Ты расплатился за кольцо? – спросила она.

– Ну конечно.

Миранда посмотрела, как камень играет на солнце гранями. Ничего, нужно подержать паузу, подумала она. Пусть понервничает.

– Я отвезу статуэтку в Италию. Правда, не знаю, как буду объясняться с властями.

– Что-нибудь придумаем. Ты, главное, скажи «да».

– Сколько детей? – строго спросила она. Лицо Райана осветилось улыбкой.

– Пятеро.

Она саркастически фыркнула:

– Глупости. Максимум двое.

– Трое, а дальше как получится.

– Трое, и точка.

– Договорились.

– Мы еще не закончили, – сказала Миранда.

– Сейчас закончим. Вот только поцелую тебя. Его голос звучал так нахально, что Миранда поневоле улыбнулась.

– Еще одно условие: никаких рецидивов. О прежней профессии ты забудешь раз и навсегда.

– Никаких? – поморщился он. – Ну, может быть, иногда, в виде исключения?

– Ни за что на свете.

– Ладно, – пробормотал он. – Отставка так отставка. Рецидивов не будет.

– Ты отдашь мне все фальшивые паспорта, которыми когда-либо пользовался.

– Что, все до одного? – Он махнул рукой. – Ладно. В конце концов, достать новый паспорт не проблема.

– Еще какие-нибудь условия?

– Нет, хватит.

Она погладила его по щеке:

– Я тебя тоже безумно люблю. Условия приняты. Отныне ты мой, а я твоя. Но не забывай про проклятие семьи Джонс.

– Доктор Джонс, верьте мне. – Он поцеловал ей руку. – Отныне все в вашей жизни будет по-другому.