Совы охотятся ночью - Энтони Горовиц

— Алан делился с вами подробностями?

— Однажды он напился и рассказал мне вполне достаточно.

— Так что вы винили во всем Фрэнка Пэрриса?

— Ну, не настолько, чтобы забить его молотком до смерти, если вы на это намекаете, Сьюзен. Но скажем так: узнав новость, я не пролила много слез.

Вопреки себе, я почувствовала расположение к Мелиссе. Подойдя ко мне в вестибюле отеля, она казалась враждебной и явно намеревалась высказать обвинения. Также мне тяжело было забыть, что у нее был роман с Андреасом, пусть даже еще и до нашего с ним знакомства. Но чем больше она говорила, тем более разумной и уравновешенной выглядела в моих глазах. Кроме того, эта женщина наравне с Конвеем была создательницей Аттикуса Пюнда. В другой жизни мы вполне могли бы стать подругами.

— Вам известно, что Алан посвятил Фрэнку Пэррису книгу? — спросила я.

— Роман «Аттикус Пюнд берется за дело»? Вообще-то, нет. Я его не читала.

— А вы знаете, по какой причине я оказалась здесь, Мелисса?

— Знаю. Эйден мне сказал. Алан приезжал в отель шесть недель спустя после убийства. Задавал кучу вопросов. А потом использовал все, что узнал, для нового романа. — Она покачала головой. — Это так типично для него. Он мог быть конченым ублюдком, когда хотел. А хотел он этого почти постоянно, как я теперь начинаю думать.

— Вы не виделись с Аланом, когда он был здесь?

— Нет. К тому времени я уже уехала, слава богу. Мне бы не хотелось наткнуться на него. Только не тогда.

— Конвей вывел в своей книге многих из работавших здесь людей. Лоуренса и Полин Трехерн. Дерека Эндикота. Эйдена. Между прочим, главную героиню зовут Мелисса. Быть может, он думал о вас.

— Что с ней сталось?

— Ее задушили.

Моя собеседница расхохоталась:

— Это меня не удивляет. Алан постоянно играл в игры. То же самое было в романах «Аттикус Пюнд расследует» и в «Нет покоя нечестивым». Ну и в «Английских сорочьих убийствах», естественно. — Она посмотрела мне прямо в глаза. — Он сделал Эйдена убийцей?

— Нет.

— Эйден никого не убивал. Поверьте мне, Сьюзен. Я вот что хочу до вас донести. Когда я приехала сюда, никто не отнесся ко мне добрее, чем Макнейл. И повторяю, я видела его с Сесили. В ней было что-то детское. Она напомнила мне Дору из «Дэвида Копперфильда». Немного инфантильная. Явно не отличалась особым умом. Но Эйден буквально ворковал с ней. Я хорошо разбираюсь в людях, и позвольте сказать, что он никогда не причинил бы жене вреда. Вы же вцепились в него мертвой хваткой и обвиняете беднягу в…

— Ни в чем я его не обвиняю, Мелисса.

— Ну, по крайней мере, он так это воспринял.

Возможно, мы снова начали бы спорить, но тут появился Ларс и направился к нашему столику.

— Мисс Райленд? — спросил он. — Вы ездите на красном «Эм-Джи-Би»?

— Да. — Я была озадачена и встревожена.

— Кто-то только что позвонил на ресепшен. Говорят, вы там выезд заблокировали.

Я припарковалась полчаса назад, и, насколько могла припомнить, никаких других машин рядом не было.

— Вы уверены?

Ларс пожал плечами. Я посмотрела на Мелиссу и пообещала:

— Вернусь через пару минут.

Я покинула комнату отдыха, миновала круглый вестибюль и вышла через главный вход. Случившееся далее отпечаталось у меня в мозгу как серия образов, следующих один за другим. Они описывали последовательность событий, но смысл приобрели только позже.

Моя машина стояла на месте. Как я и думала, проезд я никому не перегородила. Мне стоило сразу повернуть назад, но я пошла дальше с намерением выяснить, кто это на меня жаловался.

На подъездной дорожке перед отелем я увидела Эйдена Макнейла. Он закричал на меня. Сперва мне показалось, будто он по какой-то причине разозлился. Но потом я поняла, что это было предупреждение. Эйден указывал на что-то наверху, находящееся вне поля моего зрения.

Я подняла глаза как раз вовремя — передо мной предстало необыкновенное зрелище. Это была сова с распростертыми крыльями, как бы в полете. Мозгу потребовалась микросекунда на осознание того, что это вовсе не настоящая сова. То была каменная скульптура птицы, располагавшаяся в середине парапета на фасаде отеля. Кстати, я заметила ее, еще впервые приехав в отель. И сова вовсе даже не летела, а падала.

На меня.

Я находилась прямо под ней. И ничего не могла сделать. Отскочить в сторону просто не было времени. Но тут я заметила краем глаза темное пятно, и кто-то врезался в меня. Мужчина, стоявший рядом с входом. Я почувствовала, как его руки обхватили меня, а плечо уперлось в грудь, когда он приемом регбиста оттолкнул меня прочь, спасая от опасности. Почти в тот же миг сова грохнулась на землю и разлетелась на пятьдесят кусков. Я слышала мощный удар и ничуть не сомневалась, что скульптура убила бы меня.

Пока мы падали, мужчина извернулся так, что я приземлилась на него сверху. Он защитил меня от падения на гравий. Эйден, донельзя перепуганный, бежал к нам. Я слышала чьи-то крики. Я уже поняла, что все это произошло не случайно. Меня обманули. Телефонный звонок. Моя машина, якобы перегородившая выезд. Это было проделано с целью выманить меня из отеля.

Мужчина-спаситель наконец выпустил меня, и я повернулась. Еще не видя лица, я уже знала, кто это. И не ошиблась.

Это был Андреас.