Капкан для провинциалки - Фредди Ромм

Взгляды всех присутствующих с интересом устремились на меня.

– Я была замужем за французом, постоянно проживаю в Париже, а в Москву приехала к друзьям.

Милиционер задумчиво повертел мой паспорт и вернул. Теперь всё его внимание было сосредоточено на Любе. Она медленно приходила в себя, а я воспользовалась моментом, чтобы вынуть мобильный телефон и набрать номер её жениха.

– Алло, Олег! – громко прошептала я. – У нас неприятность! Срочно приезжай на «Смоленскую», Арбатско-Покровская линия, поезд от центра!

– Сейчас! – коротко ответил Зелинский и разъединил. Я приготовилась вызвать огонь на себя:

– Товарищи милиционеры, а почему вы не проверяете документы бритоголовых? Надо ещё выяснить, нет ли и у них с собой ножей!

Милиционеры с интересом уставились на меня.

– Всё выясним, гражданка, не сомневайтесь, – пробормотал сержант, рассматривая преимущественно мои ноги. Бритоголовые смолкли и боязливо попятились. Из зала подошли сотрудники станции, они начали переговариваться, озабоченно глядя на пострадавшего.

– Они уходят! – патетически воскликнула я, указывая на наших противников.

– Э, э! – предостерегающе заговорил второй милиционер, поднял дубинку и двинулся на скинхедов. – А ну стоять!

Бритоголовые сникли и остановились. Внезапно раздался стон. Я не поверила своим ушам: стонал скинхед, который попал под поезд! Так он жив? Везучий, однако…

– Скорее врача! – произнёс один из сотрудников станции, обращаясь к остальным. Я вздохнула с облегчением: мерзавца, который охотится на людей из-за их цвета кожи и нападает с ножом на женщин, мне ничуть не жаль, но лучше, если он останется жив. Хотя бы для того, чтобы у Любы оказалось поменьше проблем. Милиционеры озабоченно смотрели, как сотрудники станции поднимают раненного скинхеда. Он был весь в крови, но, кажется, сильных телесных повреждений избежал. Впрочем, я не приглядывалась.

– Люба! Он жив! – громко шепнула я подруге. Она слабо кивнула. В отдалении появилась знакомая мне фигура – Олег спешил на помощь.

– Что здесь происходит? – внушительно произнёс он, окидывая суровым взглядом всех, кроме нас с Любой. Сержант порывисто отдал честь:

– Несчастный случай, товарищ майор! Гражданин упал на рельсы! Выясняем подробности!

– Этот гражданин бросился с ножом на нас и споткнулся! – подала я голос. Скинхеды тихо заскулили.

– Они первые напали на меня! – указывая на своих обидчиков, пылко заговорил негр. – Хотели убить! Девушки пришли мне на помощь!

– Так! – зловеще произнёс наш майор, и я поняла, что обидчикам Любы придётся несладко. – Прежде всего, составим протокол…

Через полчаса мы, участники злополучных событий, сидели в отделении и давали показания. Люба всё ещё была слаба, и её допрос оставили напоследок. Я прикидывала, как бы улучить момент, чтобы поговорить с её женихом. Меня больше всего интересовал вопрос, стоит ли требовать проверки на детекторе лжи, как меня научила когда-то Таня. За себя мне нечего было опасаться, но и Люба, со всех точек зрения, невиновна. Я, хоть и дралась в тот момент с мерзавцами, заметила, как всё произошло: когда моя подруга подсекла правую ногу скинхеда, левой он задел её широкую брючину и запутался. Он рванулся, освободился от захвата Любы, но потерял равновесие и полетел в сторону поезда. Так что пострадал, идиот, по своей вине. Нечего было дёргаться, когда его мягко и деликатно укладывали на пол.

Бедная Люба! Вот уж кому по характеру противопоказано работать в сыске. Как она тяжело переживает, когда причиняет вред какому-нибудь отморозку! Андрей рассказывал под большим секретом, как она себя чувствовала, когда ранила киллера. И при этом – природа словно подшутила, наделив её удивительной меткостью стрельбы, в которой она уступает разве что Андрею, и чёткостью в проведении приёмов рукопашного боя. А мне остаётся только завидовать её талантам. Не зря говорится: бодливой корове Бог рогов не даёт. Это про меня…

Вот, наконец, допрос завершился, и нас отпустили. Скинхеды боязливо поглядывали в нашу сторону – от них не укрылось особое отношение к Любе со стороны майора милиции. Спасённый нами негр кружил рядом, улыбаясь и стараясь не отстать. В какой-то момент меня удивило его поведение, и я спросила:

– Ты же говорил – тебе на Смоленскую?

– Да, к друзьям, но я могу подойти к ним и позже!

Я пожала плечами, собираясь сесть в машину Любы, которую вёл на этот раз Олег, но негр умоляюще посмотрел на меня:

– Простите, пожалуйста! Меня зовут Мфальме! Я бы хотел познакомиться с вами, вы очень красивы!

Настроения знакомиться у меня не было, но парень смотрел очень просительно, и я сжалилась:

– Меня зовут Надя.

Я не стала уверять, что знакомство с ним очень приятно – после всего случившегося, это было бы неправдой. Хотя, конечно, Мфальме не виноват.

– Можно ваш телефон?

Я продиктовала, сама ещё не зная, хочу ли, чтобы Мфальме мне позвонил, кивнула ему и направилась к ожидающей меня машине. Олег подождал, пока я сяду позади Любы, и дал газ.

– Да, неслабо сходили вы на экскурсию! – философски изрёк он, и мне пришло в голову, что в неприятности с Любой немалая доля моей вины. Не нашла более подходящего способа посмотреть город, в котором выросла.

– Люба, ты себя хорошо чувствуешь? – спросила я, тщетно пытаясь сбросить неприятные мысли.

– Ничего, – ответила она. Однако голос был слаб, и мне стало ясно, что ей нужно срочно лечь в постель. Даже хорошо, что сейчас с Сашей гуляет Павел.

Я вовремя заметила, что Олег собирается свернуть к улице, ведущей к моей гостинице.

– Олег, погоди! Можно, я сейчас заеду к вам? Хоть ужин приготовлю. Люба, ты не против?

Возможно, она бы и возражала, но Олег наверняка проголодался. После непродолжительных размышлений, Люба слабо кивнула, и мы поехали к ней. Я приготовила ужин и сама с удовольствием перекусила.

– А теперь я всё-таки отвезу тебя! – заявил, улыбаясь, Олег.

– Наденька, не отказывайся! – слабым голосом поддержала его Люба, и я сдалась. Мы с Олегом снова вышли на улицу, сели в «Тойоту» и на этот раз приехали ко мне. По дороге я рассказала, как бритоголовый угодил под поезд.

– Олег, извини, что так получилось! – виновато сказала я ему, прежде чем войти в подъезд.

– Не извиняйся, ты ни при чём. Нашему брату милиционеру надо работать получше, чтобы всякие мерзавцы людей не трогали, – улыбнулся наш майор, но я поняла, что мои извинения к месту. Завтра никаких экскурсий, пусть Люба отдыхает.

Аня

Я очень обрадовалась, когда Надя предложила составить мне компанию в поездке в институт. Одной было неловко, прежде всего – психологически, ведь мне предстояло как-то рассказать о своих приключениях в разных странах, наименее экзотической из которых была Бельгия. А ещё – признаться в своей беременности… не от мужа…