Монстры из хорошей семьи - Дарья Донцова

Честно говоря, Верочка не была в восторге оттого, что темным вечером ей придется одной идти через лес, но ведь Кирилл могзаболеть еще сильнее, при простуде не следует переохлаждаться…

На платформе никого не оказалось, и Вера,ощущая дискомфорт, побежала по тропинке. Тут следует отметить, что у девушкиуже почти месяц не переставая болела голова. Подобное с ней было впервые вжизни, до сих пор Верочку не мучили никакие болячки, и бедняжка извелась,глотала, несмотря на данное Кириллу обещание не прикасаться к медикаментам,таблетки, но никакого облегчения не испытывала. И сейчас, несясь по леснойтропинке, она ощущала, как каждый шаг болью отдается в висках и затылке.

«Может, у меня опухоль мозга?» – в полнейшемужасе подумала Вера, и… вдруг на нее навалилась темнота.

Свет от лампы ударил по закрытым векам,девушка села, открыла глаза и в первую секунду не поняла, где она. Потом сталопонятно: Верочка на даче, лежит на диване около камина, рядом с самымвстревоженным видом сидит Кирилл.

– Привет, – как-то странно поглядывая наневесту, сказал Долгов. – Голова не кружится?

– Нет, – протянула Вера. – Я что, додачи добежала? Вот странность, ничего не помню. Вроде по тропинке шла, и бац,свет погас…

Кирилл начал кашлять. Он так долго изображализ себя тяжелобольного, что Вера не выдержала:

– Хватит идиотничать! – рассердиласьона. – Говори, не тяни!

Долгов нахмурился:

– Я все-таки пошел тебя встречать. Правда,припозднился чуток, не успел к поезду. Иду по дорожке и вижу: ты лежишь всугробе, без сознания, а вокруг…

Не договорив до конца, Кирилл умолк.

– Что? – насторожилась Вера.

Но он не ответил, перевел на другую тему:

– Признавайся, опять таблеток наглоталась?

– Ага, – призналась Вера. И, желаяоправдаться, быстро добавила: – Но только цитрамон.

– Я же предупреждал: не трогайлекарства! – возмутился Кирилл. – Ясное дело, у тебя парадоксальнаяреакция на медикаменты. Как можно быть такой неосторожной! А не выйди янавстречу? Земля, несмотря на апрель, холодная.

Вера поежилась:

– Очень голова болит. Наверное, надо к врачусходить. Вдруг у меня опухоль мозга?

– У тебя ум опух! – вконец обозлилсяКирилл. – Незачем по кабинетам таскаться, в поликлинике тебе навернякаскажут: нельзя медикаменты горстями жрать. А башка у тебя на смену погоды ноет,весна все-таки.

– Раньше со мной подобного не случалось, –тихо парировала Вера.

– Котик, – улыбнулся любимый, – всекогда-нибудь происходит впервые. И потом, ты же элементарно стареешь, вот, ужепревратилась в метеозависимую бабулю…

– Дурак! – фыркнула Вера и швырнула влюбимого подушкой.

Кирилл обнял девушку, и вечер завершилсяпросто замечательно.

На следующий день была суббота. Верочкапроспала до одиннадцати, потом, зевая, выползла на кухню и обнаружила полнейшееотсутствие хлеба. Нацепив куртку и забыв даже умыться, Вера пошла в местныймагазин. Идти было недалеко, метров двести, не больше. Рядом со станциейрасполагается птицефабрика, и в торговой точке всегда толчется народ, желающийкупить парную курицу. Но сейчас в крохотной лавчонке не нашлось никого –отсутствовали и продавцы, и покупатели.

Девушка постояла пару секунд и крикнула:

– Оля, вы где?

– Иду, – раздалось из внутреннегопомещения, и к прилавку вышла продавщица с зареванным лицом.

– Что случилось? – испугалась Вера.

– Ну какие сволочи… – заплакала Оля. –Мерзавцы, знаю я, чьих рук дело! Кузьмины постарались, Петька и Павлуха!Представляешь, моего Барсика убили…

– Кота? – ахнула Вера. – За что? Чемон им помешал? Милый такой, спал тут на подоконнике тихонько…

– Барсик мне вместо сына был, – зашмыгаланосом Оля. – Кольку-то как за разбой посадили – он по пьяни у каких-то бабна платформе сумочки посрывал, – кот пришел и остался. А Кузьминым я вчераводки в долг не дала, вот они и озверели. Петька, уходя, так и пообещал: «Ещепожалеешь…»

Вера сочувственно слушала Ольгу, а та,заливаясь слезами, повествовала о том, как, не обнаружив вечером Барсика на еголюбимом месте, принялась рано утром носиться по поселку, а в конце концоврешила добежать до станции. Вот на узкой тропинке, невдалеке от нее Ольгу и поджидаластрашная находка – она увидела следы крови и неподвижное тело любимого кота.

– Сволочи, мерзавцы! – причиталаженщина. – Вот, смотри, улику оставили…

Продолжая плакать, продавщица выдвинула ящик ивытащила довольно большую «золотую» пуговицу.

– Видишь? – вытирая слезы, сказалаОльга. – Небось мой несчастный кот сопротивлялся и оторвал. Сейчасуспокоюсь и пойду к Кузьминым. Да не одна, участкового прихвачу! Есть, говорят,статья за убийство животного. Пусть их за решетку сунут! Кстати, и отметины на сволочахдолжны быть, царапины всякие…

Вера ни жива ни мертва слушала рыдающую Ольгу.Девушка сразу узнала пуговицу – точь-в-точь такими украшено ее пальто. ВчераВера в нем ездила на работу, а сегодня побежала за хлебом в старенькой куртке.И еще: утром, умываясь, Верочка с огромным изумлением обнаружила у себя наногах ссадины – словно она продиралась сквозь заросли роз или ежевики. Накакое-то мгновение Вере стало страшно.

Купив буханку, девушка полетела домой. Подороге она слегка пришла в себя и попыталась рассуждать логично. Ну и чтопуговица? Ничего особенного в ней нет, такие пришивают и на женскую, и намужскую верхнюю одежду. А ноги она могла поранить, когда упала без чувств.Небось на дорожке полно камней, а то и битых бутылок…

Вернувшись на дачу, Верочка кинулась квешалке, но пальто своего не увидела. Страшно удивленная, заглянула в шкаф и необнаружила в нем юбки с любимой водолазкой, в которых вчера ходила на работу.Впрочем, скоро они нашлись в бане – в тазу, щедро посыпанные стиральным порошком.Удивленная сверх меры, Верочка растолкала еще спящего Кирилла и спросила:

– Где мое пальто?

– Какое? – сонно спросил любимый.

– Оно у меня одно – бежевое, в клетку.

– Извини, – бормотнул Долгов, – яего выбросил.

– Куда? Почему? – возмутиласьВера. – Придет же в голову идиотская идея совсем новую вещь вышвыривать!

Кирилл зевнул, повернулся к стене и, засыпая,тихо сказал: