Знаки - Дэвид Бальдаччи

Роби сидел в ресторане за столиком, обеспечивающим нужный обзор, переключаясь между улицей и экраном телевизора, подвешенного на стене за барной стойкой. По телевизору передавали новостной репортаж о грядущем арабском саммите, намеченном для проведения в Канаде. Очевидно, решили, что в нейтральной обстановке, подальше от терактов и войн, шансы добиться прорыва подрастут. Есть надежда, вещал телеведущий, что саммит, организованный при поддержке ООН, позволит странам, слишком долго воюющим между собой, вступить в новую эру сотрудничества.

– Удачи вам в этом, – проговорил Роби под нос.

Сюжет закончился, и он увидел рекламу «Сиалиса»^[9] с пожилыми мужчиной и женщиной в ваннах под открытым небом. Очевидно, какая-то сексуальная метафора, постичь которую ему не дано. Потом ванны исчезли, и другой телеведущий заговорил о предстоящей поездке президента в Ирландию для проведения симпозиума по проблеме угрозы международного терроризма и способов его предотвращения.

– И в этом удачи, – проворчал Роби.

И отвел взгляд от телевизора как раз вовремя, чтобы увидеть Николь Вэнс, торопливо шагающую по улице. Посмотрел на часы. Опаздывает минут на пятнадцать. На ходу она подправила макияж и губную помаду, проверив результат в карманном зеркальце. Роби обратил внимание, что рабочий костюм она сменила на платье, чулки и туфли на каблуках. Может, потому и опоздала.

К счастью, спеша мимо него к двери ресторана, Вэнс не заметила Роби, убирая косметику обратно в сумочку. Вряд ли она желала быть пойманной на том, что «наводила красоту» перед ужином с ним.

* * *

– Ты что-то похудел.

Роби поднял глаза на Николь Вэнс, севшую напротив.

– А ты какая-то задерганная, – парировал он.

– Извини, что опоздала. Увязла в деле.

Подошедший официант принял у них заказы на напитки. Когда он удалился, Роби сломал хлебную палочку пополам, откусил немного и спросил:

– Что-то новое?

– Во всяком случае, что-то интересное.

– Я думал, у тебя все дела интересные.

– Негодяи обычно довольно тривиальны. Все упирается в банальный сбор улик. А он жутко быстро и ужасно наскучивает.

– Не хочешь поделиться?

– Сам знаешь, Роби. Текущее расследование. Разве что тебя перевели в ФБР, не удосужившись уведомить меня. Значит, был в разъездах? – Она вгляделась в него.

– Ты уже спрашивала.

– А ты не ответил.

– Не-а, ответил. Сказал: не особо.

– Значит, все же был?

– А с чего бы тебя волнует расписание моих командировок?

– Интересные дела на свете творятся… Даже у нас на задворках.

– Как всегда. Ну и что?

– Я отчасти в курсе, чем ты зарабатываешь на жизнь.

Роби поглядел направо, потом налево и наконец снова на Вэнс.

Не успел он и рта раскрыть, как она сказала:

– Извини. Мне не следовало этого касаться.

– Да, не следовало.

– Мы начали с неверной ноты.

Роби не отозвался ни словом.

– Ладно, я начала с неверной ноты. Как поживаешь?

– В делах, как и ты. – Он помолчал. – Несколько раз подумывал, не позвонить ли тебе. Но так руки и не дошли. Извини. Столько всего навалилось…

– Должна сказать, я удивлена, что ты вообще думал об этом.

– С чего бы? Мы же договорились держать связь.

– Ценю, Роби. Но сомневаюсь, что твоя работа оставляет много времени для досуга.

– Как и твоя.

– Тут дело другое, сам знаешь.

Принесли напитки, и Вэнс с наслаждением отхлебнула из бокала.

– Боже, хорошо-то как!

– Чуешь лен?

Поставив бокал, она улыбнулась.

– До последней ниточки.

– Чувство юмора помогает вынести многое.

– Мне твердят это постоянно. Но я нахожу все меньше поводов посмеяться.

– Что возвращает нас к текущему моменту. С какой стати приглашение выпить и поесть? Ты это серьезно?

– Просто ради встречи двух друзей.

– Это у занятого агента ФБР, вкалывающего сверхурочно? Что-то непохоже.

– У меня нет тайных намерений, Роби.

Уилл просто смотрел на нее.

– Ладно, как бы есть.

– Тогда как бы посвяти меня.

Подавшись вперед, она понизила голос:

– Даглас Джейкобс?

Роби даже бровью не повел.

– И в чем он замешан?

– В чем он был замешан. Джейкобс мертв. Застрелен в собственном кабинете.

– Прискорбно слышать. Что произошло?

– Толком не знаю. По всей видимости, работал на АСВУ. Знаешь их?

– Знаю о них.

– Я говорю «по всей видимости», потому что практически уверена, что все, с кем я говорила, врут напропалую.

– Почему?

– Сам знаешь, Роби. Это территория спецслужб, я уверена. А они всегда лгут.

– Не всегда.

– Ладно, не всегда, но почти всегда. – Она снова пригубила коктейль, пристально глядя на Роби. – Так ты уверен, что не был знаком с Джейкобсом?

– Ни разу в глаза не видел, – честно признался Уилл.

Откинувшись на спинку стула, Вэнс скептически поглядела на него.

– А ты каждого в ФБР знаешь? – задал он встречный вопрос.

– Само собой, нет. Бюро слишком большое.

– Что и требовалось доказать.

– Нутром чую, что Джейкобс был причастен к чему-то действительно важному. И случившееся с ним напугало кое-кого в верхах до усрачки.

«Да, причастен, и да, напугало», – подумал Роби.

– Даже если б я что-то знал, Вэнс, то не мог бы тебе сказать. Ты же знаешь.

– Девушка всегда может надеяться, – нежно проворковала она, осушив бокал и подняв руку, чтобы заказать еще один.

Они поели, почти не нарушая молчания. И когда покончили с ужином, Вэнс сказала:

– Меня так до конца и не посвятили в то, что случилось после Марокко.

– Даже не сомневался.

– Для тебя-то все хорошо кончилось?