Дочь убийцы - Владимир Колычев

Теперь старший лейтенант Горелов понимал, как круто он облажался. Ведь Игорь видел эту девушку, когда разговаривал с Шестопаловым. Она подъехала к ним на машине, опустила стекло, посмотрела ему в глаза и была такова, пока он щелкал клювом. В итоге он и братка этого не задержал, и главную подозреваемую отпустил.

– Эй! – Аксенов щелкнул пальцами перед его носом.

Игорь встряхнулся и осмысленно посмотрел на следователя.

– Влюбился, что ли? – забирая у него снимок, спросил Аксенов.

– С первого взгляда, – ответил Игорь. – Как только увидел ее вживую.

– Вживую?

– Она к подъезду подъехала, на меня посмотрела. А я Шестопаловым был занят, не включился.

– Шестопалов мне больше интересен, – сказал следователь, возвращая снимок.

– Больше? – Игорь настороженно глянул на него.

Аксенов сам принял решение отпустить Шестопалова, но вдруг он собирался забыть об этом и сделать крайними оперов?

– Девушка среднего роста, худенькая, сколько в ней мощи? А Самохина, скорее всего, ударил человек, обладающий настоящей мужской силой, – проговорил Горелов.

– Скорее всего?

– Девушка тоже могла так ударить, если рука у нее сильная и опытная. Есть, конечно, женщины в русских селеньях.

– Таких, как Москва.

– Зря ты ее упустил, – сказал Аксенов, кивком показав на тот самый снимок.

– Да, это понятно, – буркнул Игорь.

План расследования стремительно пополнялся новыми пунктами, но девушка из «Лексуса» была в приоритете. Сначала нужно найти ее, потом уже все остальное. Даже если на эти розыски уйдет вся жизнь.

– Кому там Самохин перед смертью звонил? – спросил Аксенов.

– Телефон зарегистрирован на Егорову Яну Ивановну.

– Вдруг это она и есть?

Кокошин уже потревожил оператора сотовой связи, установил несколько номеров, на которые звонил Самохин, но Игорь запомнил только фамилию первого абонента.

– Разберемся.

Еще старший лейтенант мог снять изображение с уличной видеокамеры. Он успел заметить, что блондинка была на белом «Лексусе» с тонированными стеклами, а на регистрационные номера внимания не обратил. Та камера, на которой засветилась блондинка, ему не поможет, ракурс не тот, но есть же и другие точки наблюдения, в конце двора, например.

Кокошина он нашел на втором этаже. Тот вежливо и терпеливо обрабатывал даму с собачкой, нервный, даже истеричный взгляд которой не сулил ему ничего хорошего. Игорь пронесся мимо него сквозняком.

Кокошин догнал его уже во дворе.

– Спешишь куда-то? – спросил он.

– Песик ничего не раскопал? – с усмешкой полюбопытствовал Игорь, глянув на собачьи экскременты под урной.

Он не остановился, лишь сбавил ход, чтобы Кокошин не скакал за ним вприпрыжку.

– Этот песик, можно сказать, бдительность проявил. На громилу набросился.

– На какого громилу?

– Рослый мужчина внушительной внешности.

– Интересно.

– В мокрых штанах и с ободранным носом. Это было уже после убийства.

– Не интересно.

– Интересно другое. Мужчина шел по отмостке вдоль фундамента. Я смотрел, там протоптана дорожка от торцевой парковки, в обход камеры, расположенной у подъезда. Очень легкий, скажу тебе, обход. Преступник запросто мог им воспользоваться.

– Шестопалов и Ершов шли на камеру, – заметил Игорь.

– Уже после того. А как они шли прежде?

– Экспертиза покажет.

Аксенов распорядился отсканировать пальчики Шестопалова и Ершова. Криминалист уже пробил их по базе, но еще пока не сверил с отпечатками, найденными в квартире убитого.

Это с живого пальца узор снять просто, приложил его к сканеру, вот и все. С предметов отпечатки берутся по старинке. Порошки, пленки, лаборатория. Пока то да се.

Вполне допустимо, что Шестопалов и Ершов бывали на месте преступления, но их уже и след простыл. Ну да, сейчас же не тридцать седьмой год.

Игорь продолжил путь. Его интересовали видеокамеры, в объективы которых мог попасть белый «Лексус». Он был уже в конце дома, когда зазвонил мобильник. Беспокоил Горелова Аксенов.

– Елену Прекрасную твою идентифицировали, записывай. Кирей Елена Витальевна, девяносто третьего года рождения, – неторопливо, но без пауз проговорил следователь. – Один раз привлекалась за проституцию, второй – за мошенничество, третий – за наркотики, во всех случаях отделалась легким испугом.

– А телефончик ее в каких-то протоколах обозначен?

– Я об этом спрашивал. Нет, пусто.

Игорь говорил, а сам рыскал взглядом по сторонам и вдруг увидел белый «Лексус», припаркованный к торцу дома.

– А номер машины? – спросил он и подошел к автомобилю со стороны водителя.

Стекла тонированные, но видно, что внутри никого нет.

– Про машину ничего не сказано.

– Да она сама за себя говорит, – заявил Игорь и усмехнулся. – Белый «Лексус» стоит тут за углом и улыбается мне в оба глаза. Я отвечаю ему тем же. Номер диктовать?

Ему снова пришлось делать запрос в Департамент информационных технологий. Дорожка туда была уже протоптана, поэтому требуемая видеозапись поступила оперативно.

К этому времени Игорь сумел выудить из глубин социальных сетей фотографию Яны Ивановны Егоровой, девяносто восьмого года рождения. Он как-то не очень удивился, когда узнал ту самую девушку, которую дворовая камера зафиксировала в компании Елены Кирей.

О чем они говорили, выяснить не удалось, как и отследить маршрут их движения тоже. Егорова покинула место встречи пешком, а Кирей села в машину. Обе исчезли. Автомобиль нашелся, а девушки – нет.

«Лексус» действительно принадлежал Кирей Елене Витальевне. Этой машине было уже восемь лет, но это не помешало Кокошину сделать вывод.

– Неплохо проститутки зарабатывают, – сказал он, закрывая свой ноутбук.

– Хочешь попробовать? – осведомился Игорь.

Они сидели в машине Кокошина, работал двигатель, шелестел кондиционер.

– Заплатить им? – спросил Кокошин, глянув на Горелова с улыбкой человека, понимающего только хорошие шутки.

В его взгляде при этом звучало предостережение. Да так громко, что Игорь не смог не согласиться с ним.

– Да, заплатить, – сказал он. – Не исключено, что Елена Кирей сегодня заработала.

– У Самохина?

– Кирей работала в одном подъезде, Егорова – в другом.

– Трудовой десант? – Кокошин повел рукой в сторону многоподъездного дома.