Zero. Миссия "К" - Юрий Горюнов

– Но что-то мне подсказывает, наверное, опыт, что вы не будете откровенны. Я не думаю, что вы разговаривали о погоде, о природе. Что было личное, все равно не скажете.

– Тогда будем считать, что интервью не удалось.

– Ну почему же! Я бы мог вам предложить, замолвить за меня слово у вашего знакомого, чтобы он дал мне интервью.

Я пожал плечами: – Попросить можете, но я не думаю, что он согласится.

– Этокак попросить.

– Просить не буду. Не в моих правилах, но я могу оказать вам услугу. Вы напишите вопросы, а я при встрече передам их ему. Но не более. Если его заинтересует, то с вами свяжутся. Больше ничем помочь не могу.

– Это уже не мало. Ваша услуга будет оплачена.

– Я не ставлю целью зарабатывать деньги таким способом.

– Но что-то хотите получить взамен. Я не верю в бескорыстие.

– Я тоже. Пока не знаю, но если получиться, долг будет за вами.

– В разумных пределах?

– Безусловно. Я не буду просить вас представить меня английской королеве.

– А вы знаете, если постараться, то иногда это возможно.

– Я подумаю.

Марк налил себе еще вина и снова предложил мне, но я отказался. Это была разминка. Я не верил, что он просто журналист. Он, конечно, был им по документам и даже числился в штате, но должен был иметь отношение к спецслужбам. Слишком дорогое удовольствие держать журналиста в маленькой стране постоянно, где событий мало, легче краткосрочные командировки. Американские базы ему вряд ли были интересны, да и не по зубам. Пока я думал, Марк, отпивая вино, смотрел на меня, изредка бросая взгляды по сторонам, словно готовился к чему-то более серьезному и обдумывал.

Я посмотрел на него в упор, призывая начать.

– Мне говорили, что вы умный, не ординарный человек, – начал он.

Ну вот, разродился, наконец, – подумал я, и не меня выражения лица спросил:

– Я не стремлюсь к славе, но приятно, что меня знают в столь отдаленных уголках, я не считаю себя фигурой равной Черчиллю.

– И про то, что вы умеете владеть лицом.

– Чтобы им владеть, его надо иметь.

– Никаких сомнений, что вы его имеете. Но вас не интересует, кто мне говорил?

– Интересует, – ответил я, понимая, кто в Англии мог меня знать, – но спрашивать не буду. Сами скажете.

– А если промолчу?

– А как вы тогда будете выстраивать разговор? Сошлетесь на слухи при дворе королевы? Я вот привык задавать вопросы, на которые хочу получить ответы, и без догадок. Зачем задавать вопрос, если знаешь ответ, а в любой беседе есть лимит вопросов, исчерпав ответы на которые собеседник устает. Поэтому много собеседник сам скажет, порой больше, чем спрашивают.

– Разумно. Сведения о вас не преувеличены.

– Так может быть, перейдете к сути? Раз вы получили обо мне информацию, и достаточно быстро, то значит, сделали запрос не голубиной почтой.

– Я понял, что вы догадались от кого информация.

– Я не гадалка.

– Вы правы, – словно не слыша мой ответ, произнес Марк. – Мне сказал о вас Александр Браун, – и замолчал, смотря на мою реакцию.

– И что он рассказал? – спросил я буднично, не проявляя особого интереса.

– То, что вы сообразительны, и что с вами можно иметь дело, но предупредил, что давить бесполезно, можно только попросить, если вы согласитесь.

– Он вам сказал, откуда знает меня?

– Нет, об этом разговора не было. Он попросил передать вам, что если у вас будет возможность помочь мне, то он благодарен вам.

Это было не плохо. Не хватало, чтобы в МИ-6 говорили обо мне на каждом углу. Значит операция в Китае, не доступна, – отметил я про себя.

– Что вы хотите?

– Мне нужен выход на аппарат эмира.

– Вы думаете, я туда вхож?

– Пока нет, но у вас хороший знакомый.

– Что вы хотите получить от него?

– Нас интересует для начала знакомство с ним, общение, чтобы можно было оценивать настрой во власти.

– Для чего?

– У нас здесь экономические интересы и нам не безразлично, что за планы у правителей.

Так, снова наши интересы пересекаются, а мне это было совсем не нужно. Я не собирался отдавать им канал с Омаром, и остаться в стороне. Мне следовало их познакомить, но с выгодой для себя. Я не мог позволить давить на него еще с их стороны, хотя пока и с моей давления не было. Я подозвал официанта и заказал мартини. Пока выполняли заказ, я, молча, обдумывал ситуацию. Марк тоже молчал, понимая, что у меня идет мыслительный процесс. Официант принес мартини и удалился, а я чуть глотнув, продолжил разговор:

– Это я понимаю, но думаю, что все не так просто. У каждой услуги, есть цена, мы говорили об этом.

– Назовите цену, но как помню, это вас не интересует.

– Вы правильно понимаете. Деньги я зарабатываю сам. Мне нужна услуга.

– Мы говорили и об этом – если она разумна.

– Разумна. Я познакомился с Омаром в Париже. Он был у меня в салоне. Его заинтересовали некоторые картины, но как понял, у него это был не просто отдых…

– Почему вы так решили? – перебил меня Марк.

Он не был профессионалом, а если и был то слабым. Ни один профессионал не будет перебивать. Он даст высказаться собеседнику, так как, перебивая, он сбивает его с мысли и проявляет излишнее любопытство. А выслушав можно узнать больше. Надо уметь не только слушать, но и слышать, а потом анализировать слова, мимику.

– Чувствую я, понимаете? – усмехаясь, ответил ему. – Я от природы сообразительный. Не допускаете же вы, что я за ним следил. Мне продолжать?

–Да, извините.

– Так вот. Меня интересует его встречи в Европе, счета, о которых вы можете знать. Я думаю, раз вы здесь, то наверняка знали о его поездке и не оставили без присмотра в Европе.

– Опа! Это уже не просто размышления. Это вопросы профессионала, – и Марк изучающе посмотрел на меня.

– Вам же сказали,что я умный, – парировал я.

– Зачем вам это?

– Я уже упоминал, вам, что хочу попробовать открыть здесь бизнес, вот и хочу договориться, но чтобы он не смог мне отказать. А еще важнее помог.

– Этопохоже на шантаж.

– Называйте, как хотите.

– Мы не можем все знать, да и слишком много хотите.

– Достаточно части, но существенной.

– Я не могу обещать.

– Я подожду. Сутки вам хватит? Про меня быстро узнали. Если информация есть, то ее не надо добывать снова. И еще. Я не хочу, чтобы вы его привлекали к работе. Не хватало ему давления с двух сторон, сорвется. Я предлагаю вам